Всеволод

— Не понимаю, как ты мог променять горнолыжный курорт на эту задрипаную… деревушку! — Инга скривила губы, разглядывая одну из комнат старого дома моих родителей.

Да, он нуждается в ремонте. Но я планирую только подлатать-починить, а не делать масштабного ремонта, чтобы сохранить «дух моих предков». Я здесь вырос… С этим домом связаны воспоминания детства и юности.

— Я дал тебе возможность отдохнуть… с подругами. Понравилось хоть?

— Да, было весело. До сих пор мышцы болят.

Ага, я видел на фотографиях, от чего ее мышцы болят. Эта дура забыла, что на меня подписана ее подружка, с которой они вместе отправились в «путешествие». Я так понимаю, в сексуально-эротическое. Потому что ее подруга выложила несколько фотографий, и Инга тоже попала в кадр на некоторых.

Только на них она зажимается с каким-то мускулистым мачо. Или чмо. Мне как-то пофиг.

А я, дебил, жениться на этой пустышке хотел. Ей от меня нужны только бабки. А все эти слова про любовь — это липкий компот в уши.

Хорошо, дочь позвала к себе. Правда, я должен был приехать только завтра. Но увидев те самые фотки, мне стало так противно находиться в квартире, где мы с Ингой жили. Так что я приехал в родную деревню на несколько дней раньше.

Сам сюрпризы не люблю, и делать их не умею. Потому что вечно все идет через одно место. Вот приехал сюрпризом, и дочь как назло, не застал…

А Инга… Тоже сюрприз мне сделать решила. Только неприятный. Я надеялся, мы с ней по телефону все обсудим, когда она с курорта по окучиванию кучерявых самцов вернется.

— Я так соскучилась! — лезет ко мне обниматься. Ненавязчиво отталкиваю. — А где здесь… спальня? — она закусывает одну губу, делая бедрами эротические движения.

Не возбуждает… Скорее, презираю ее еще больше. Вчера была с другим, а сегодня опять создает иллюзию влюбленной дурочки?

Про «дурочку», может, и поверю. А вот про второе — пусть теперь другим лапшу на уши вешает. Здесь это больше не прокатит. Больше не актуально.

— Спать хочешь? — спрашиваю равнодушно. — Только у меня отопление не работает. Если хочешь, могу тебе предложить грелку с горячей водой.

— Ну кооооть. Я думала, мы с тобой пообнимаемся. Так давно не виделись. Ну ты что? Твоя киса хочет любви и ласки! — тянется к пряжке моего ремня. Отталкиваю.

— Инга, хватит!

— Что? — она часто хлопает ресницами.

— Вести себя как шлюха. Я понимаю, что от вредной привычки сложно избавиться. Можно, ты хотя бы избавишь меня от себя?

— Я не… Я не понимаю? Любимый, ты не рад, что я приехала?

— Нет… — пожимаю плечами. Инга ждала не такого ответа. — Хотя… Знаешь, вот посмотрел в твои глаза бесстыжие, и окончательно понял, что наши с тобой отношения были ошибкой.

— Как ты можешь такое говорить?

— Я говорю правду, Инга. Из нас двоих, похоже, только я это умею.

— Что? Какой же ты… Подлец! — ее губы завибрировали противно.

А она мне казалась красивой раньше. Сейчас вижу, что ничего особенного. Как отрезало…

— Это все из-за этой? Тетки?! — сквозь натуженные слезы пропищала она.

— Кто тебе дал право так ее называть? Тот мужик, с которым ты трахалась на курорте?

— Я? Что ты… Как ты…

— Я все знаю, Инга. Можешь не оправдываться, мне не интересны твои лживые слова.

— Да пошел ты, старпер вонючий! Я тебя почти год терпела… У меня тоже есть потребности, которые надо удовлетворять. А ты вечно на работе…

— Ну вот и славно, Инга. Теперь терпеть никого не надо. Скатертью дорожка. Надеюсь, прощай…

— Да кому ты нужен… — она ушла, громко хлопнув дверью…

Спасибо за удар по и без того небезупречной самооценке. Но мне неважно ее мнение…

Меня интересует мнение только одной женщины.

Той, которая живет в доме по соседству, и которую я однажды так глупо отпустил. А теперь у меня появился второй шанс… И я обязан им воспользоваться.