— Я, конечно, слышал, что женщина без работы деградирует, но чтобы настолько…
Миша недовольно морщился, вытирая лицо шелковым платком, который до этого был аккуратно сложен треугольником в кармане его пиджака. Он остался выяснять со мной отношения, а его любовница сбежала в сторону туалетов.
Да уж. Миша себе не изменяет. У него всегда лучшей защитой было нападение…
Что ж… Хотя бы кому-то мой муж хранит верность.
— Это ж надо было отупеть настолько, чтобы додуматься! Хорошо, тебе хотя бы хватило ума сделать это не при всех, Лида…
— Миша, не пытайся манипулировать моим чувством вины. Его у меня сейчас нет, поверь…
К своему удивлению, я была очень спокойна. Возможно, даже слишком, учитывая ситуацию. Мой организм сейчас решил не тратить энергетический ресурс на человека, который этого не достоин.
Плакать? Чтобы соленые слезы обжигали кожу на лице?
Скандалить? Напрягать свои голосовые связки?
Биться в истерике? Мои нервные клетки не скажут мне за это «спасибо».
Слишком много жертв ради одного гада. Муж — субстанция непредсказуемая. Сегодня его нет, завтра появился новый. Так что много чести…
— Вместо того чтобы сейчас выпендриваться, лучше бы лужу вытерла возле двери. Еще не хватало, чтобы кто-то из гостей на ней навернулся. Тебе, я смотрю, понравился этот маскарад. Так продолжай его до конца.
— А кроме тебя здесь редко кто-то бывает. Я не против, если ты поскользнешься…
Наш с Мишей кабинет находится в самом конце коридора, так что из гостей сюда вряд ли кто-то забредет. Лужу то я вытру, но всему свое время.
— Хватит вести себя со мной так, будто я в чем-то перед тобой виноват. Я ничего не сделал. А вот ты! Зачем ты меня позоришь?! Самой не стыдно? Вырядилась, как…
— А чего я должна стыдиться? Разве что… Того, что мой муж по углам тискается со всякими доступными шлюшками. Поправка… Уже почти бывший муж.
— Что? Так вот из-за чего весь концерт! Ты меня приревновала? Лида… Я не знаю, что ты там себе напридумывала? Но между мной и Лизой ничего нет. И вместо того, чтобы вести себя как дура, надо было нормально со мной поговорить.
— Чтобы услышать очередную ложь? Зато я все увидела своими глазами.
— И что ты увидела?
— Этого мне оказалось более чем достаточно, Миш…
— Мы с Лизой шли в кабинет, чтобы обсудить некоторые моменты сегодняшнего мероприятия.
— Слишком длинно ты описываешь слово «потрахаться».
— Да что ты такое говоришь?
— Надо было дотерпеть до кабинета, Миш, прежде чем распускать руки. Твоя ладонь очень недвусмысленно лапала ее задницу. Или это у тебя такие новые методы ведения диалога?
— Лида, ты все преувеличиваешь. На самом деле все вообще не так! Никого я не лапал!
— Да? А что ты там говорил про «наденешь для меня вечером»? Наверное, ты решил выдать ей новую форму администратора, да? А знаешь что, давай проверим!
— Что ты собралась проверять?! — Миша пытался возразить, но я уже вынула из кармана свой комплект ключей и всего за секунду открыла дверь. — Ого…
Из моей груди вырвалось разочарованное восклицание. На горизонтальных поверхностях были расставлены имитационные свечи на батарейках. Но выглядели они очень реалистично…
— Настолько романтично, что аж зубы сводит. А это ты как объяснишь, Миш? Лампочка в кабинете перегорела? А нет, со светом все в порядке! — я нажала на выключатель, и в кабинете стало светло.
— Нет… Я… Мне так… Я так… Я хотел помедитировать.
— Ну да. Теперь это так называется? А это у нас что? — прямо по центру Мишиного стола стояла коробка. Та самая, которую я видела издалека…
— Лида, ну на самом деле. Прекращай все это, — он пытался меня остановить.
Но теперь его слова на меня не имели былого эффекта.
Я подняла крышку коробки.
— Надо же…
Взяла в руки содержимое. Это было маленькое черное платье с вшитым белым фартуком. Очень маленькое! Такое мини прикроет разве что пупок…
На дне оставался кружевной ободок, чулки и манжеты. Я догадалась, что это — костюм горничной.
— Ну вот и замечательно. Когда твоя Лиза переоденется, напомнишь ей о луже, ладно?
— Это не то…
— Завязывай, Миш. Не закапывай себя еще глубже. Хватит оправдываться, не поможет.
Миша пытался опять все вывернуть так, будто виновата я, а не он.
На этот раз не выйдет…
С меня, наконец, спали розовые очки. И теперь я вижу настоящее лицо своего мужа. Злое, хитрое, лицемерное.
— Мне не в чем перед тобой оправдываться! Это просто шуточный подарок! Ты опять преувеличиваешь. — продолжал он ломать эту комедию. — И ты права! Давай, действительно, завязывать. Думаю, тебе лучше уехать домой. А перед Лизой я сам извинюсь. Ты испортила ее праздник. Давай, не доводить все до точки кипения. Я через пару часов вернусь, и мы дома все обсудим с холодными головами.
Он серьезно думает, что что-то изменится за пару часов?
Или ему нужно время, чтобы придумать более-менее адекватное оправдание?
Боюсь, поздно… Он нарушил главный принцип брака — верность. И теперь у нас с ним один выход — развод.
Думаю, очень символично, что сегодня я надела именно костюм уборщицы. Это знак, что пора убрать главный мусор из моей жизни — мужа.