Обед протекал действительно в напряжённой обстановке. И вроде Джаред ел молча, но от него исходила такая зловещая аура, что кусок в горло не лез.
Мое терпение медленно иссякало, но куда быстрее, чем картофельное пюре на тарелке.
— Если ты будешь нести своё дурное настроение в дом, то я лучше буду есть отдельно, — не выдержала я наконец.
Он вздрогнул и поднял взгляд.
— Что? — казалось, меня и вовсе не услышали.
— Твоё настроение! Ты сейчас ложку пополам согнёшь.
Я кивком указала на столовый прибор, подвергшийся суровому испытанию в драконьих лапах.
— Прости, — Джаред вдруг смутился. — Не привык, что со мной за столом ещё кто-то сидит. Но можешь вообще не обращать внимания, я никогда не спускаю злобу на близких.
Он странно поморщился и снова опустил голову. Принялся есть дальше. Меня жгло любопытство.
— Ты был в Ланторне?
— Да, проверял, как идут дела.
— И идут они плохо?
— Ну почему же, всё хорошо, — он пожал плечами.
— И поэтому ты теперь сидишь мрачнее тучи?
— Миа, — он рассмеялся. — Я просто недоволен тем, что кто-то пустил слух, что я отхожу от дел. Клиенты забили тревогу. Пришлось объяснять, что я женат. У меня поместье и красивая супруга, которой я желаю уделять внимания куда больше, чем им. Но как только мой медовый год завершится, я снова переберусь в Ланторн. Естественно, с женой... — он вскинул голову. — Ротик прикрой, душа моя.
Я резко закрыла рот, клацнув зубами. Что?
— Ты... Ты рассказал всем, что мы... Что...
— В смысле рассказал? А я никогда не скрывал, что женат. И мои компаньоны знают, что моя молоденькая жена доучивается в пансионе благородных девиц. Это вовсе не секрет. Моя ошибка, Миа, заключалась в том, что я упустил из виду твой выпускной. И ты на несколько месяцев осталась без моего внимания. И вот в этом месте я действительно зол, но скорее на себя. Нужно было написать твоей директрисе и запретить без моего ведома выпускать тебя из стен школы. Я понадеялся на твою бабушку. Леди Харнион уверяла меня, что ты получаешь достаточное содержание. Я выделял средства, чтобы она заботилась о тебе и...
— ЧТО?! — вот теперь вилка дрогнула в моих руках. — Ты что делал? Да как? Нет...
Услышанное потрясло. То есть всё это время брак был фальшивкой только лишь для меня, а он действительно верил, что он настоящий.
— Ты не должен был... Мы друг другу никто, Джаред. Я не желала за тебя замуж. Условия были поставлены так, что отказаться было невозможно. Я оплачивала учебу из денег, что остались в наследство от матушки. Их едва хватило на последний семестр, а после бабушка сообщила мне, что всё — у меня ни гроша в кармане...
Джаред странно моргнул, нахмурился. На его лбу появилась глубокая складка. Отложив ложку, он поднял руку и развязал бант на шее, после ещё и расстегнул две верхние пуговицы на рубашке.
— Миа, ты только сейчас спокойно всё выслушай, — начал он, но выдохнул, потянулся за чаем, сделал глоток. — В общем, три последних года твоей учёбы оплатил я. Никто не трогал наследство твоей покойной матушки. Насколько мне известно, оно как лежало в банке под процентами, так и лежит. Дополнительно я выделял средства на твоё содержание: на платья, которых у тебя почему-то нет, на приятные мелочи, которых, к слову, я тоже не обнаружил. Не понимаю, что за игру вели наши бабушки, но всё мне очень не нравится.
Есть мне резко перехотелось. Отодвинув тарелку, взглянула в окно.
Погода была замечательная: ясное небо, ласковое солнце. И так захотелось исчезнуть из гостиной... Из дома... И не думать. Ни о чем!
— Я оставлю тебя, Джаред. Хочу прокатиться...
— За ворота поместья выезжать запрещаю, — его голос сделался строгим.
— Я сама способна за себя решить, — не прониклась я его тоном. — Не стоит строить наши с тобой и без того отвратительные отношения в подобном ключе. Я... — и вдруг в голову пришла интересная мысль. — Я видела выписки со своего счёта, Джаред. Ты лжёшь! Маминого наследства не осталось. Вот только зачем тебе это?
Он резко поднялся.
— Я говорю правду. Деньги отправлялись через управляющего. Последние три года он вёл дела.
— Фомир? — я приподняла бровь.
— Нет, — Джаред покачал головой. — Другой. Господин Марлос. Ныне покойный.
— А, ну конечно, с мёртвого теперь и не спросишь, — я невольно усмехнулась.
— Надо во всём разбираться, — Джаред и вовсе содрал развязанный бант с шеи и намотал его на ладони, как удавку. — Кажется, вокруг творится что-то, что весьма мерзко попахивает. Если твою учебу проплачивали из средств, оставленных в наследство, то тогда на что шли деньги, что переводил я?
Вот теперь его лицо действительно стало злым. Жутким, я бы даже сказала.
— Иди прогуляйся, Миа, но прошу только по тропинкам и желательно в саду. А мне пора засунуть свой любопытный нос в книги учёта и познакомиться с нашим новым управляющим ближе. Узнать у него о предшественнике подробнее.
Он поднялся и вышел из гостиной. Появившаяся в дверях Берта проводила его испуганным взглядом.
— Леди, может, на кухне поедите? — предложила она почему-то шёпотом.
— Нет, я наелась. Спасибо, всё было очень вкусно.
— Ну и то неплохо. Может, ещё чего хотите? Чай успокоительный? У меня такой сбор есть, вмиг на душе легче станет. Там и ромашка, и мелисса, и мята? М?
— А не откажусь, — улыбнулась я. — Гулять лучше с лёгкостью на душе.
— И правильно. Следуйте за мной. Я как раз сыночку запарила. У него вечно какие-то дела, трудности. Хоть на мать время находит, уже хорошо. Всё мечтаю его женить, чтобы счастье в доме. Детки. И он пристроен, и мне спокойно. Пойдёмте, леди. Вы мой сбор непременно оцените!
Я пошла следом за этой по-доброму ворчливой женщиной. Подкупала меня её грубоватая открытость. Да и хорошее успокоительное мне было бы не лишнее. От всего уже голова шла кругом.