Бабур в Средней Азии и Афганистане. Бабур, основатель империи Моголов в Индии, был чагатайским тюрком, потомком Тимура по прямой мужской линии, а по линии матери претендовал на происхождение от Чингисхана. Его отец Умар-Шейх-мирза II правил Ферганой. Бабур исключительно быстро повзрослел. Он родился в Фергане в феврале 1483 года и в одиннадцать лет наследовал отцовский эмират, а в 1497 году, когда ему еще не исполнилось пятнадцати, захватил столицу Средней Азии Самарканд. Через четыре месяца город пришлось оставить, но с тех пор у него появилась идея воссоздать былую империю Тимуридов. Спустя несколько лет он снова завоевал Самарканд, но это повлекло за собой столкновение с ханом Бухары Шейбани, который нанес Бабуру поражение в двух битвах и вытеснил его не только из Самарканда, но и из Ферганы.
Эти поражения заставили Бабура передвигаться, как он пишет в своем сочинении «Бабур-наме», «с одного квадрата на другой, подобно шахматному королю». В 1504 году он захватил Кабул и сделал его столицей своего нового государства. Отсюда он сделал еще одну попытку утвердиться в Средней Азии. Сефевидский правитель возрожденной Персидской империи шах Исмаил согласился помочь Бабуру восстановить свою власть в Самарканде и Бухаре, но условием этого поставил, по-видимому, распространение шиитских доктрин. Но сунниты-узбеки оказали сопротивление Бабуру, и хотя он занял Самарканд, вскоре вынудили его покинуть город.
После этого его взор был обращен только в сторону Индии, богатства которой давно уже дразнили его воображение. В первый раз Бабур вторгся в Северо-Западную Индию в 1519 году, затем в 1520 году, а к 1525 году созрел для похода на Дели.
Бабур явился в Индию с новым представлением о роли правителя. Он не желал быть султаном, пользующимся верховной властью над самостоятельно правящими князьями, а претендовал на роль падишаха, то есть единоличного правителя.
Битвы при Панипате (1526), Кхануа (1527) и Гогре (1529). В ноябре 1525 года Бабур выступил из Кабула и вошел с армией в 12 тысяч человек в Пенджаб, который, будучи потомком Тимура, рассматривал как свое наследственное владение. Здесь он нанес поражение наместнику делийского султана Даулат-хану Лоди и двинулся по направлению к Дели. Султан Ибрахим Лоди выступил ему навстречу. Сам Бабур описал в «Бабур-наме» Ибрахима Лоди как «неопытного молодого человека, который двигался в походе без предосторожности, останавливался или отступал без всякого плана и вступал в битву не подумав». Такой человек не мог рассчитывать на победу над столь опытным воином, как Бабур.
Решающая битва произошла 21 апреля 1526 года при Панипате, где так часто решалась судьба Индии. Это место неизменно становилось полем сражения в тех случаях, если врага, идущего с северо-запада, не удавалось остановить у Хайберского прохода. В Панипат Ибрахим привел сорокатысячную армию. Однако эта плотная масса войск представляла превосходную мишень для пушек, а ровная местность идеально подходила для конницы Бабура. В результате армия Ибрахима была уничтожена, а сам он погиб. После этого Бабур занял Дели и Агру.
Чтобы обеспечить себе господство в Индостане, Бабуру необходимо было одолеть еще двух врагов — раджпутов под предводительством раны Санграма Сингха, правителя Мевара, и афганцев.
Армии Бабура и раны сошлись в битве при Кхануа 27 марта 1527 года. Решающую роль здесь сыграла артиллерия, против сокрушительного огня которой раджпутская конница устоять не смогла. Раджпуты и их афганские союзники потерпели полное поражение. Битва при Кхануа сделала невозможным установление власти раджпутов в Северной Индии, к чему, казалось бы, шло дело после распада Делийского султаната.
Разбив раджпутов, Бабур повернул на восток и ударил по афганцам, на помощь которым пришла армия бенгальского султана Нусрат-шаха. В битве на реке Гогре 6 мая 1529 года Бабур обратил бенгальскую армию в бегство, после чего Нусрат-шах запросил мира, а большинство афганских вождей изъявило ему свою покорность.
Бабур умер 26 декабря 1530 года. Имеются указания на то, что в последние дни его жизни был организован заговор с целью устранить его старшего сына Хумаюна. Если такой заговор действительно имел место, то он окончился полной неудачей; во всяком случае Хумаюн спокойно наследовал Бабуру. Ему досталась в наследство обширная империя, простиравшаяся от Амударьи до Бихара, которую можно было удержать лишь при помощи военной силы.
«Бабур-наме». Бабур обладал хорошим литературным вкусом. Он хорошо писал как на фарси, так и на тюркском языке. Самый важный источник сведений о его деятельности — превосходная автобиография, написанная им на тюркском языке и переведенная на язык фарси при Акбаре. Как указывает английский историк Маунтстюарт Элфинстон, «его мемуары содержат подробное описание жизни великого тюркского монарха наряду с выражением его личных мнений и чувств, свободное от маскировки и утаивания, а также от показной откровенности и прямоты. Стиль его простой и мужественный, а также живой и образный. Точно в зеркале, отображает автобиография Бабура его соотечественников и современников, их облик, обычаи, стремления и поступки. В этом отношении она почти единственный образец подлинного исторического описания в Азии: Бабур изображает внешность, одежды, вкусы и привычки каждого человека и описывает страны, их климат, пейзаж, хозяйство, произведения искусства и ремесла. Наибольшее очарование работе придает, однако, характер самого автора. Отрадно среди напыщенной холодности азиатской истории встретить правителя, который мог плакать и рассказывать нам, как он скорбел о смерти товарища своих детских лет».