Глава 36

Личная охрана, как красивая ваза!

Немного придя в себя после прохладного душа, я решаю спуститься к концу завтрака. Телефон показывает время двадцать минут одиннадцатого, и я надеюсь, что уже никого нет в гостиной, поэтому смогу поесть на кухне, рядом с Алисиньей предавшись мыслям о Рое.

Спустившись вниз, я понимаю, что все дома и семья бурно обсуждает вчерашний вечер. Тетя Марисэлла что-то рассказывает сыновьям и смеется.

Мне не хочется ни с кем разговаривать и вспоминать вчерашний день, тем более Эстебан мог рассказать всем про то, как я чуть не сбежала и с кем именно.

Тетя с братьями, кажется, не обращают на меня внимания, а дядя разговаривает у входа с Акауа.

При виде их, я замираю на месте, и дядя подзывает меня к себе.

— Вот, и она, Айна, подойди к нам.

Я сглатываю ком в горле. Тон у дядя жесткий и надеюсь это никак не относится ко мне.

Подойдя ближе, смотрю во все глаза на якудзу.

Сегодня он одет в черную футболку и черные джинсы. Наколки на его мускулистых руках выделяются намного ярче, чем мне показалось во время боя.

Волосы так же аккуратно зачесаны и собраны в тугой пучок на затылке.

Спокойное и уверенное лицо без тени эмоций и пронзительные карие глаза с характерным прищуром, которые не скрывают надетые на нем тишейды1[1], чем напоминает мне главного героя из фильма «Леон»2[2].

В детстве я много раз пересматривала его, мечтая стать киллером как Матильда.

В нашей белой гостиной он выделяется как ваза династастии Цин: идеальной формой тела с широким спектром цветов татуировок на коже.

Акауа очень красив: черные как сажа волосы превосходно гармонируют с его белоснежной кожей на лице. Для меня это становится загадкой и решаю, как – нибудь уточнить в чём его секрет; ведь все азиаты выделяются своей ухоженной бледной кожей, но как он сохраняет её под палящим солнцем Бразилии?

К нему не то, что прикасаться, а даже смотреть боязно, как будто немой взгляд может разрезать как самурайский меч. На секунду мне кажется, что даже воздух вокруг стал холоднее, как после прикосновения к фарфору.

Я киваю ему в знак приветствия, сдерживая улыбку от сравнения его с вазой.

— Айна, ты уже знакома с Акауа, – дядя начинает разговор. – С этого дня он будет твоим телохранителем.

Акауа без эмоций на лице кивает мне.

В эту секунду я начинаю сомневаться, правильно ли сделала, выбрав его в телохранители, возможно он сам этого и не хотел.

Я отвечаю на пальцах: «Надеюсь, это взаимно и вас эта работа не обременит».

Акауа удивляется и чуть приподнимает бровь, все так же смотря на меня из-под тишейд.

«Для меня это честь, сеньорита Айна, не знал, что вы владеете языком жестов».

«Хотела быть готовой для общения с вами» - Отвечаю я.

Хотя он очень сдержанный в эмоциях, но рядом с ним мне приятно находиться, от него исходит теплая энергетика и я начинаю ощущать себя под защитой.

«Я вас слышу, и вы можете со мной общаться словами, но ответить я смогу только жестами».

— О! – Я заливаюсь румянцем. – Отлично.

— Я вижу вы поладите. – Прерывает нас дядя. – Акауа, будет сопровождать тебя в школу и из школы, в город, на пробежки и вообще куда ты ему скажешь. У нас есть гостевой домик в конце сада, который займет Акауа. Эстебан ему передал твой номер телефона и школьное расписание.

Я киваю и представляю лица своих одноклассников, когда они увидят рядом со мной японца, у которого все тело покрыто татуировками.

Я думаю о том, что подумает Рой. Он опять всплывает у меня в голове несмотря на то, что всё утро стараюсь читать мантры чтобы забыть его как можно скорее.

— Микаэль, покажи Акауа его домик и выдай все что ему необходимо. Введи в курс дела Жуеля. – Обращается дядя уже к сыну.

Я отправляю Акауа «Увидимся позже», и он уходят с Микаэлем.

— Когда ты успела выучить язык жестов, сестренка? – Удивляется со своего места Эстебан.

Не хочу вспоминать как я начала учить жесты сидя в кладовке со швабрами с разбитыми коленками.

— У меня всегда есть время для книг. Дядя! – тут же переключаюсь я. – Мне нужно поговорить с тобой о вчерашнем случае в клубе.

Вчерашний случай не давал покоя мне весь вечер и утро. К этому добавился еще игнор Мартинеса, поэтому я сейчас крайне зла и хочу выплеснуть свою злость на кого-то еще.

Дядя Густаво разворачивается ко мне, и я по глазам вижу, что он в курсе произошедшего.

Но я не собираюсь спустить это на тормозах.

— Тот тип, со шрамом на лице, – даже не хочу произносить его имя. – вел себя по отношению ко мне неприемлемо и во время танца лапал меня. Ты сам на днях сказал, что стоит только кому-то обидеть меня как ты с ним решишь вопрос. К тому же было второе домогательство со стороны Фабио Лима.

Во мне сейчас кипит ярость, и я даже не думаю подбирать правильные слова и надеяться на какую–то милость, мне хочется справедливости, чтобы каждый мой обидчик получил по заслугам. В комнате становится тихо. Тетя с Эстебаном замерли на своих местах и смотрят на дядю.

Дядя Густаво поджимает губы от чего лицо становится суровым. Он прячет телефон в карман брюк и просто смотрит на меня.

— Я знаю о случившемся, Айна. – Говорит дядя через несколько минут. – Оба виновника понесут наказание и извинятся перед тобой. Я не допущу чтобы кто–то относился к тебе без уважения.

Дядя Густаво подходит ко мне и кладет руку на плечо.

— Мне жаль, что так получилось. Мы с твоей тетей хотели устроить для тебя вечер знакомств, с людьми, которые ведут бизнес в нашем городе, с нашими партнерами, но не смотря на все меры предосторожности и охрану случилось то, что не должно было. Каждый понесет наказание.

Это не может не радовать, я стою и думаю стоит ли мне заговорить о Рое. Ведь Рой меня спас от Лима и предложил свою помощь.

Я кидаю беспокойный взгляд на Эстебана, и он кажется, прочитав мои мысли, качает головой.

Я решаю промолчать.

— Теперь рядом с тобой будет Акауа, тебе нечего бояться. – Дядя обнимает меня и по-отцовски гладит по спине.

— Спасибо, дядя. – Я его обнимаю в ответ.

У дяди звонит телефон, и он уходит в свой кабинет.

Я растерянная поворачиваюсь к тете и Эстебану.

У тети тут же выступают слезы на глазах, и она тоже меня обнимает, подойдя ко мне.

— Наша девочке. Ничего не бойся рядом с нами. Теперь у тебя свой телохранитель, который жизнь за тебя отдаст. Я слышала так принято у якудзы.

Мы смеемся и садимся на диван, на котором задрав ногу на ногу сидит Эстебан.

— Какие планы на сегодня? – Спрашиваю его.

Брат отрывает глаза от планшета и удивленно вскинув брови собирается с мыслями.

— Хочу заехать по делам в Арену, да и Микаэль просил подбросить.

У каждого брата была своя машина, но они часто пользовались услугами шофера или просили подбросить друг друга. Тетя собирается тоже в город, заехать в салон и проследить чтобы привезли мои подарки с «Silva».

— Отлично! – Вскакиваю я со своего места. – Я еду с вами.

Я не даю опомниться Эстебану и обращаюсь к тете:

- Тётя, тебе нужно будет посмотреть на комнату, которую для меня выделили братья. Она просто огромная, оборудована всем что может пригодится при тренировках и там можно даже оставаться на ночь, в ней есть комната с кроватью. Это почти что квартира.

Тетя Марисэлла утвердительно кивает мне.

— Я обязательно, взгляну на твою боевую комнату, но ночевать там не нужно. Тебе нельзя ходить голодной. К тому же Микаэль с Алисиньей затеяли новый спор.

— Что на этот раз?

Тётя хватается за сердце и её красивые стрелки находятся под угрозой от навернувшихся слёз.

— На это раз Алисинья будет удивлять нас блюдами из огурцов. – Ели–ели заканчивает она сдерживаясь от смеха.

Я морщусь на это и представляя лицо Микаэля.

— Это будет забавно, - уверяю я. – Сама я знаю разве что три-четыре блюда из огурца.

— Нашу Алисинью не победить! – Заявляет уже на полном серьезе тетя.

— А, кстати! – тут я вспоминаю прошлый спор. – Чем закончился спор по части тыквы? Кто выиграл?

— Конечно же Алисинья. – Отвечает она.

Эстебан встает с дивана и разминая плечи усмехаясь шепчет, проходя мимо:

— Мы еще не знаем, что ждет Микаэля за проигрыш, но Алисинья еще та выдумщица.

Я хихикаю на это и собираюсь подняться к себе чтобы переодеться, как меня окрикивает тетя:

— Айна, – тетя смотрит на часы на руке. – Через час привезут твои подарки с клуба, и я их велю отнести в твою комнату. После сможешь их разобрать.

Я в недоумении хмурю брови:

— У меня есть подарки?

— Разумеется! – Тетя удивлена как будто у нас в тридцатиградусную жару с неба пошел снег. – Вчера все гости пришли с подарками для тебя, это было одно из условий посещения нашего вечера, помимо благотворительного пожертвований. Я же не могла допустить чтобы они глазели на тебя бесплатно!

На что я ухмыляюсь и опять меня посещает неприятное и обидное чувство что меня выставляли на показ как на аукционе.

— Да, конечно! Спасибо, тетя, я их разберу.

Я ухожу с чувством, словно дали под дых. Физически не больно, но внутри ощущается обида.

Поднимаясь в свою комнату, понимаю, что так и не поговорила с тетей по поводу вечера.

Вчера мне не понравилось то, что я была призом на аукционе, от чего чувствовала себя просто ужасно. Как кусок мяса, выставленный на продажу, а все эти хищники так и забавлялись, ожидая кто же заберёт этот приз. Сейчас об этом никто из них даже не заикнулся, они считают, что это нормально, может у них так принято? У богатых.

Я ведь себя к ним ещё не отнесла, потому что не так-то просто привыкнуть к новому за две недели и начать осознавать, что я наследница сигарного бизнеса, а не просто лондонская студентка, у которой родственники живут в Бразилии и когда-нибудь мне придётся вернуться к ним.

Когда–нибудь мне придётся принять ту жизнь, которую мне завещал мой отец.

Мне не хочется ссориться с тётей и дядей по этому поводу, но терпеть или делать то, что мне не нравится тоже не в моих правилах.

Интересно, какой подарок будет от семьи Мартинес? Подарок Роя меня поразил!