— Действительно всё закончилось? — с долей недоверия переспросила Элизабет.

Клейн неспешно и с улыбкой кивнул:

— Да.

— В этом не было ничего сложного.

«А вот это уже наглая ложь…» — мысленно добавил он.

То ли из-за непоколебимого спокойствия Клейна, то ли из-за того, что он оставался ее единственной спасительной соломинкой, Элизабет больше не стала сомневаться. Похлопав себя по груди, она с облегчением выдохнула:

— Спасибо. Вы поистине надежный джентльмен. Я была просто в ужасе.

— Как там Селена? С ней всё будет хорошо?

— Она проспит еще несколько минут, но в остальном проблем нет. Разве что слабость на пару-тройку дней — это вполне нормальные последствия, — на этих словах Клейн вдруг помрачнел и строго спросил: — Кто ее наставник в мистицизме? Разве он не объяснял ей базовые табу?

Элизабет мгновенно вытянулась по струнке, словно школьница, получившая нагоняй от учителя.

Немного подумав, она ответила:

— Селена как-то обмолвилась, что ее учителя зовут Хайнас Винсент. Год назад она ходила в Клуб гадателей на Хаулс-стрит и там познакомилась с этим джентльменом.

«Хайнас Винсент… Значит, на людях он учит безобидному гаданию на волшебном зеркале, а втайне преподает „черную магию“… Знал бы я раньше, уже давно доложил бы капитану, чтобы тот проверил его газовый счетчик…» — с легкой досадой подумал Клейн и хмуро спросил:

— Это он научил Селену гаданию на зеркале?

Больше всего в этой ситуации Клейна пугало то, что это едва не навредило его сестре Мелиссе!

Элизабет осторожно кивнула:

— Да, но до этого у Селены ни разу не получалось. Эм, сегодня она похвасталась, что подглядела секретные заклинания из личных запасов учителя, поэтому была уверена в успехе.

«Малолетняя самоубийца…» — Клейн с головной болью потер виски и произнес:

— Вы помните заклинание, которое она читала?

«Хм… Пусть Хайнас Винсент и не учил Селену этим опасным премудростям намеренно, совершенно очевидно, что он сам с ними экспериментирует. Игры с неведомыми, скрытыми сущностями — это бомба замедленного действия. Рано или поздно рванет. Нужно разобраться с этим как можно скорее, пока ситуация не вышла из-под контроля и не пострадали невинные…»

— Лишь обрывки, — попыталась вспомнить Элизабет. — Она читала на гермесе, а я, сами понимаете, изучаю его совсем недавно. Запомнила только слова «блуждающий», «дух», «Творец» и «служитель».

«Творец? Истинный Творец? И правда, многие подпольные оккультисты поклоняются этой древней сущности, почитаемой массой тайных организаций… Точно, Он же появился еще в начале Пятой Эпохи, больше тысячи лет назад!» — задумчиво кивнув, Клейн произнес:

— Когда Селена очнется, обязательно выспросите у нее полный текст заклинания и при первом же удобном случае передайте его мне.

— Хорошо, — без колебаний согласилась Элизабет.

Но тут же с недоумением спросила:

— Мистер Моретти, а почему бы вам не спросить у нее лично?

— Я не хочу, чтобы Мелисса знала о моем увлечении мистицизмом. Вы сохраните это в тайне? — ответил Клейн вопросом на вопрос.

Элизабет слегка прикусила губу, и ее глаза загорелись пониманием:

— Без проблем. Мелисса и впрямь предпочитает механизмы мистике, а логику — интуиции.

Клейн прижал руку со шляпой к левой стороне груди и отвесил изящный джентльменский поклон:

— Благодарю за понимание. А что касается Селены… сами знаете, хранить секреты — не ее сильная сторона.

— Если быть точной, она обожает делиться чужими секретами, — согласилась Элизабет.

Нахлобучив шляпу, Клейн немного поразмыслил и добавил:

— Когда Селена придет в себя, скажите ей, что она внезапно упала в обморок и разбила зеркало. Думаю, ее память оборвалась в самом начале гадания.

Дождавшись кивка Элизабет, он вновь напустил на себя суровый вид:

— И запомните накрепко: будь то гадание или любые другие оккультные практики, никогда не возносите мольбы никому, кроме семи ортодоксальных Богов! Если увидите заклинание, взывающее к иным сущностям — немедленно сжигайте его и держитесь подальше от того, кто вам его дал!

— Если бы я сегодня вовремя не вмешался, Селена через десять минут превратилась бы в чудовище, в злого духа. И никто из присутствующих в этом доме не выжил бы, включая меня!

Вспомнив жуткую, леденящую душу «Селену» из зеркала, Элизабет ни на секунду не усомнилась в словах Клейна. Содрогнувшись от ужаса, она выдохнула:

— Я поняла. Я запомню это на всю жизнь. И за Селеной тоже прослежу.

— Отлично. А теперь ступайте к Селене, позаботьтесь о ней, — Клейн приподнял черную трость с серебряным набалдашником и направился к лестнице.

На ходу его взгляд потемнел, обратившись внутрь себя. Правой рукой он извлек медную монету в один пенни и со звоном подбросил ее в воздух.

«Селене больше ничего не угрожает».

«Селене больше ничего не угрожает».

…

Клейн стремительно повторял это утверждение. Поймав кувыркающуюся медяшку, он увидел, что та легла профилем Георга III вверх.

Это было упрощение не метода лозоходства, а «гадания по снам». В то короткое мгновение полета монеты Клейн с помощью медитации заставил себя заснуть, позволив Астральному телу совершить молниеносное путешествие в Духовный мир, а стороны монеты стали лишь материальным воплощением полученного ответа.

Профиль — верно, цифра — ложь!

«Вот и славно, значит, обошлось…» — Клейн позволил медной монетке весело закрутиться меж пальцев.

Подобное упрощение ритуала было под силу лишь истинному «Провидцу».

* * *

Элизабет завороженно смотрела в спину Клейна, наблюдая за взлетевшим пенни и тем, как непринужденно он его поймал.

Лишь когда юноша скрылся на лестнице, она развернулась и скользнула в спальню. Селена всё так же лежала без сознания на полу, а рядом искрились осколки разбитого зеркала.

Затаив дыхание, Элизабет на цыпочках подобралась к осколкам. Убедившись, что в них отражается лишь потолок, а не та жуткая «Селена», она окончательно успокоилась.

Девушка шумно, с невероятным облегчением выдохнула.

Однако, как она ни старалась, дотащить Селену до кровати ей так и не удалось — она лишь растормошила спящую подругу.

— Элизабет… что со мной? Я что, перебрала с вином? — слабым голосом пробормотала Селена. Ее обычно сияющие глаза заметно потускнели, в них читалась лишь полная растерянность.

Элизабет поколебалась пару секунд и предельно серьезно ответила:

— Нет, Селена. Ты вляпалась в беду. Твое гадание на волшебном зеркале привлекло какую-то жуткую тварь.

— Да ну? — Селена, опираясь на плечо Элизабет, тяжело опустилась на край кровати. Потирая виски, она добавила: — Я помню только, как начала читать заклинание для зеркала.

Элизабет принялась плести полуправду:

— Ты вдруг стала сама не своя! Та ты, что в зеркале, даже отличалась от настоящей… Я жутко перепугалась. Под предлогом сюрприза затащила тебя в спальню, выхватила зеркало и разбила его об пол! А потом… потом ты просто грохнулась в обморок.

— Хвала Богине, теперь с тобой всё в порядке!

— Я… я совсем этого не помню… — мертвенно-бледная Селена испуганно замотала головой.

Чем больше она пыталась вспомнить, тем гуще становился туман в ее голове, и тем сильнее ее охватывал первобытный ужас.

Инстинктивно подняв взгляд на письменный стол, она заметила, что вещи расставлены совершенно иначе.

«Да что здесь вообще стряслось?..» — мучительно соображала Селена. На задворках сознания мелькнул лишь смутный образ мужской спины — не слишком высокой и крепкой, но удивительно прямой. На незнакомце был черный фрак и шелковый полуцилиндр.

— Селена, — Элизабет заговорила с пугающей торжественностью. — Когда я в прошлый раз покупала амулет на подпольном рынке, я познакомилась с одним экспертом в области мистицизма. Он строго-настрого запретил возносить молитвы кому-либо, кроме семи ортодоксальных Богов. Иначе это неминуемо обернется катастрофой. Поклянись мне, что больше никогда не станешь с этим экспериментировать! Я ведь чуть с ума не сошла от страха, гадая, смогу ли я тебя спасти!

До смерти перепуганная Селена торопливо закивала:

— Клянусь, больше никогда!

— Кстати, а что вообще означало твое заклинание для зеркала? Если мне еще раз повезет встретить того эксперта, я обязательно у него спрошу, — как бы невзначай поинтересовалась Элизабет.

Селена помассировала виски и напрягла память:

— Блуждающий дух, служитель Истинного Творца, око, взирающее на судьбу.

* * *

Цок, цок, цок.

Неспешно спускаясь по лестнице, Клейн тщательно расправил складки на одежде и стряхнул с нее невидимую пыль.

Затем он снял шелковый полуцилиндр, перехватил черную трость с серебряным набалдашником и вразвалочку подошел к длинному обеденному столу.

— И где ты пропадал? Тебя не было минут десять, — спросил брат Селены Крис, как раз сбросивший карты в пас.

Клейн с улыбкой ответил:

— Освежался в уборной, а потом познакомился с парочкой леди на втором этаже.

— Обожаю твою прямолинейность! — хохотнул Крис.

У него были рыжие волосы и унаследованный от семьи невысокий рост. Лицо украшали очки в золотой оправе, а в манерах сквозила хватка опытного дельца — он был весьма успешным солиситором.

«Знал бы ты, что я поднимался на второй этаж лишь затем, чтобы вырубить твою сестренку, ты бы запел по-другому…» — Клейн лишь скромно улыбнулся:

— Сугубо академическая беседа.

«В области мистицизма…»

Пристроив шляпу, он уселся на свое место. Когда началась новая раздача, Клейн получил две карманные карты.

Приподняв уголки, он увидел пикового короля и бубнового туза.

«Надо же, удача возвращается… Награда за добрые дела?» — Клейн выудил медные монеты, готовясь сделать ставку.

«Раз уж Хайнас не учил Селену этому заклинанию целенаправленно, то и спешить с докладом капитану нет особой нужды…» — рассудил он про себя.

На протяжении всей игры Клейн придерживался весьма осторожной тактики: ставил только с хорошей картой и не пытался вскрывать чужие блефы, если не был уверен наверняка. В итоге обошлось без серьезных потерь и выигрышей. К половине одиннадцатого, когда партия подошла к концу, он остался в плюсе на шесть пенсов.

— А я в плюсе на два сула и восемь пенсов, — Бансон с довольным видом покрутил в руках купюры и медяки.

— Кто бы мог подумать, что ты у нас карточный шулер, — со смехом поддел брата Клейн.

— Вовсе нет, я играю раз в сто лет. Но я твердо усвоил: покер — это те же переговоры. Главное — скрыть свои козыри, прочесть карты соперника, а затем пустить в ход все средства: запугать или заманить в ловушку… — Бансон не успел договорить, заметив спускающихся со второго этажа Мелиссу и ее подруг.

— Пора домой, — Клейн скользнул взглядом по сестре и ее компании, потирая ноющие виски.

Головная боль так никуда и не делась.

Перед уходом Клейн наведался в уборную и, улучив момент, когда они с Элизабет разминулись в коридоре, узнал у нее полный текст заклинания.

Вернувшись к брату и сестре, он с улыбкой произнес:

— Да, чуть не забыл! Мне нужно срочно заскочить на работу. Заедем по пути на Зотланд-стрит? Это займет буквально минутку.