— Там что-то не так, — серьезно и осторожно произнес Клейн, указывая на ступени, разделяющие гостиную и трапезную.

Во внутренних архивах Ночных Ястребов он читал, что если Духовное восприятие реагирует подобным образом, это зачастую означает присутствие чего-то злого и оскверненного. И если нет абсолютной уверенности в своих силах, лучше эту дрянь не трогать. Иначе можно с легкостью лишиться жизни — порой даже мимолетного взгляда достаточно, чтобы получить необратимый урон.

Данн проследил за его взглядом. Обладая ничуть не меньшей Духовностью, он тут же почуял неладное. Повернувшись к Клейну, капитан невозмутимо распорядился:

— Проведи гадание: узнай, пройдет ли обследование этого места благополучно.

«Перед тем как войти в замок, капитан даже не заикался о гадании, будучи абсолютно уверенным в своих силах… Значит, он считает, что это скрытое зло может оказаться куда опаснее мстительного духа…» — Клейн беззвучно кивнул. Убрав револьвер, он передал трость стоящему рядом Фраю.

Затем юноша отмотал спрятанный под манжетой кулон из желтого кварца. Зажав серебряную цепочку в левой руке, он тщательно подобрал нужную формулировку.

В мгновение ока его глаза потемнели, а вокруг закружились невидимые вихри сквозняка.

«Исследование тайника в замке пройдет благополучно».

«Исследование тайника в замке пройдет благополучно».

…

Повторив фразу семь раз, Клейн вернул глазам привычный цвет и увидел, что желтый кварц вращается по часовой стрелке.

Пусть амплитуда была и невелика, но кулон совершенно точно двигался по часовой стрелке!

А это означало, что всё пройдет гладко.

Став истинным Провидцем, Клейн без малейших сомнений кивнул Данну и Фраю:

— Опасность либо отсутствует вовсе, либо находится в пределах наших возможностей.

Данн прикрепил Мутировавший Священный Знак Солнца к левой стороне груди. Придерживая свой шелковый цилиндр, он быстрым шагом подошел к ступеням и привычными, отработанными движениями принялся искать скрытый механизм.

Фрай, уже успевший подобрать латную рукавицу, вернул трость Клейну. Вскинув револьвер, он настороженно озирался по сторонам, готовый в любую секунду отразить внезапное нападение.

«Мне всё еще не хватает профессионализма… по крайней мере, в работе Ночных Ястребов…» — Клейн мгновенно подобрался. Вновь выхватив револьвер, он присоединился к дозору.

Спустя несколько минут Данн Смит, сидящий в полуприседе, нажал на что-то невидимое. Из-под ступеней тут же раздался тяжелый, скрежещущий звук работающего механизма.

Каменные плиты разъехались в стороны, открывая зев уходящей вниз лестницы. Оттуда хлынул такой густой поток ледяного холода и скверны, что казалось, будто он вот-вот обретет физическую форму.

Данн заглянул во мрак, сорвал с груди Запечатанный артефакт «3–0782» и без малейших колебаний швырнул его прямо в открывшийся тайник.

Звяк! Звяк! Звяк! Попрыгав по каменным ступеням, Мутировавший Священный Знак Солнца замер где-то во тьме.

«Если внизу прячется какая-нибудь нежить, она непременно подберет „3–0782“ и швырнет его обратно… Вот это будет потеха…» — Клейн уставился на уходящие вниз ступени, терпеливо дожидаясь результатов.

Гнетущий холод и скверна стремительно таяли, словно снег под палящими лучами солнца. Вскоре вход в тайник окутало мягкое, очищающее тепло.

— Клейн, мы с тобой спускаемся. Фрай, остаешься здесь. Будешь прикрывать нас на случай, если кто-то вздумает заблокировать механизм снаружи, — опираясь на богатый опыт, распорядился Данн.

— Понял, — Клейн больше не тушевался. Сделав пару шагов вперед, он встал рядом с капитаном. Фрай же лишь едва заметно кивнул, не ослабляя бдительности.

Топ, топ, топ. Данн первым ступил на лестницу, и его шаги гулким эхом разнеслись в тишине подземелья.

Он не стал брать ни керосиновую лампу, ни факел. Для Потусторонних пути «Бессонного» мрак был вовсе не помехой, а благословением.

В такой среде их зрение оставалось таким же острым, как и днем.

Спустившись на несколько ступеней, Данн внезапно обернулся и посмотрел на Клейна:

— Совсем вылетело из головы, что у тебя нет ночного зрения. Уж больно я привык обходиться без источников света…

— … Капитан, не берите в голову. У меня есть Духовное зрение, — ответил Клейн, с удивлением осознав, что эта забывчивость больше не вызывает у него ни малейшего шока.

«Ну конечно, тот хладнокровный и крутой капитан, что был пару минут назад — это скорее исключение из правил!»

В его Духовном зрении кромешная тьма впереди сменилась тусклой, серой пеленой. Пусть картинка и была размытой, но этого вполне хватало, чтобы не споткнуться о ступени.

«Хм, а капитан пышет здоровьем. Да и ментальное состояние у него в норме…» — Клейн осторожно нащупывал ногой каждую следующую ступень, медленно спускаясь во мрак.

Лестница оказалась короткой. Миновав четырнадцать-пятнадцать ступеней, они спустились на твердую землю.

Запечатанный артефакт «3–0782» мирно покоился на полу, излучая мягкое, очищающее тепло и слабое, ровное свечение.

В этом тусклом свете Клейн смог лучше разглядеть обстановку. Они оказались в небольшой подземной комнате. Могильный холод исчез, но сырость всё еще ощущалась.

Прямо по центру подвала возвышался массивный черный гроб. Вбитые в него железные гвозди отливали темно-красным цветом.

Крышка гроба была сдвинута, образуя щель, сквозь которую виднелись человеческие кости. Обезглавленный скелет.

Данн сначала внимательно огляделся по сторонам и лишь затем нагнулся, чтобы подобрать Мутировавший Священный Знак Солнца.

— Капитан, этот гроб… Судя по всему, его главная задача — не дать мертвецу обратиться в зомби или мстительного духа…

Клейн скрупулезно изучал темно-красные гвозди на черном дереве. Опираясь на их расположение и свои весьма недурные познания в мистицизме, он распознал в них древний ритуал, предотвращающий восстание из мертвых.

В то же время он мысленно пробормотал: «Но ведь в нормальной ситуации никто в здравом уме не станет подозревать своих родных в склонности к посмертным мутациям? А, ну да… хоронили-то его, скорее всего, вовсе не родственники… Хм, и спрятали гроб в подвале, а не в склепе, чтобы никто не нашел…»

Данн, вернув артефакт «3–0782» на грудь, подошел вплотную к гробу. Внимательно осмотрев содержимое, он изрек:

— Судя по всему, покойный умер от отравления.

— Выходит, убийца отравил его, а затем использовал ритуальную магию, чтобы тот не восстал из мертвых ради мести… И произошло это, должно быть, тысячу триста или тысячу четыреста лет назад? Поразительно… Спустя столько веков он всё равно превратился в мстительного духа… Какая же колоссальная жажда отмщения таилась в его душе! — Клейн тоже подошел к гробу. — А где его голова? Тот ритуал совершенно не требует обезглавливания…

Данн немного поразмыслил и ответил:

— У меня есть одна теория. Этот мстительный дух появился здесь совсем недавно. От городка до руин всего пятнадцать минут ходьбы. Местные сорванцы наверняка то и дело бегали сюда играть на протяжении многих поколений. И до недавнего времени никаких слухов о призраках не ходило.

Клейн едва заметно кивнул:

— Капитан, вы хотите сказать, что кто-то совсем недавно проник сюда, вскрыл гроб и забрал череп?

— Да. Ритуал не давал мертвецу восстать, но при этом намертво запечатал его злобу внутри гроба, сохранив ее в первозданном виде. А стоило лишь сдвинуть крышку — печать пала, и высвободившаяся ярость, опираясь на металлическую латную рукавицу, мгновенно сформировала мстительного духа…

— Этот расхититель гробниц не оставил после себя трупа. Значит, он был далеко не простым обывателем… Но зачем ему понадобился чужой череп?

Данн устремил глубокий взгляд на белеющий скелет:

— То, что злоба сохранилась на столь долгий срок, объясняется не только ритуалом, но и природой самого покойного. При жизни он наверняка был Потусторонним. Или, как минимум, потомком Потустороннего средних Последовательностей во втором поколении. Я имею в виду средние уровни по старой классификации — 6-ю или 5-ю ступени.

— А тела таких людей всегда таят в себе нечто особенное. Череп мертвеца вполне мог понадобиться для проведения какого-нибудь могущественного ритуала.

Выдержав паузу, капитан добавил:

— Впрочем, всё это лишь мои догадки. Но часть из них мы вполне можем проверить. Вернемся в городок, разделимся и опросим местных. Нужно найти тех, кто в детстве бегал играть в этот замок и получал там раны или ссадины. Если эти люди до сих пор живы и здоровы, значит, мстительный дух действительно поселился здесь лишь недавно.

— Безупречная логика, — восхитился Клейн. Он еще раз тщательно обыскал подвал, но так и не нашел больше ничего ценного.

Юноша попытался с помощью ритуальной магии воссоздать облик того самого «гостя», что проник в тайник. Увы, с того момента прошло больше месяца, а присутствие мстительного духа окончательно исказило и стерло все духовные следы. Ритуал не дал никаких результатов.

После этого они поднялись наверх и сменили Фрая, чтобы этот признанный эксперт по мертвецам смог провести более детальный осмотр останков.

Спустя пятнадцать минут, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, Данн и Фрай по ступеням вернулись в главный зал замка.

Первый нащупал механизм и запер потайную дверь, а второй лаконично доложил:

— Смерть действительно наступила от отравления. А вот следы на шейных позвонках оставлены не раньше чем три месяца назад.

«Выходит, вероятность недавнего визита расхитителя гробниц практически стопроцентная…» — задумчиво кивнул Клейн.

Сразу после этого трое Ночных Ястребов успели до наступления кромешной тьмы вернуться в городок Ламуд. В местной гостинице они сняли лишь два номера. Всё дело было в том, что дежурному, которому выпадало охранять Мутировавший Священный Знак Солнца, приходилось уходить подальше от людей и гулять по пустырям. Смены длились по два часа, так что в третьей комнате попросту не было нужды.

Наскоро поужинав, Клейн, Данн и Фрай разделились. Они разбрелись по городку, выискивая коренных старожилов.

В подобных делах полицейские удостоверения работали безотказно.

* * *

— Офицер, а к чему такие вопросы? Да, помню, в детстве мы постоянно лазали в этот заброшенный замок… Раны? А как же без них! Какой мальчишка не расшибет коленки… Помню, как-то раз я сильно порезался об острый камень у внешней стены… — сорокалетний мужчина с мягкими русыми волосами недоуменно смотрел на Клейна, но честно отвечал на вопросы.

Это был уже четырнадцатый опрошенный Клейном человек. Двое из них совершенно отчетливо помнили, что получали травмы в тех самых руинах.

«Догадка капитана подтвердилась…» — мысленно констатировал юноша. Убрав удостоверение, он с улыбкой произнес:

— Благодарю за содействие. Больше вопросов нет.

Оставивший трость в номере Клейн уже собирался уходить, как вдруг русоволосый мужчина, хитро блеснув глазами, окликнул его:

— Офицер, я смотрю, вас живо интересует тот старый замок? Знаете, у меня дома хранится портрет первого барона, владевшего им. Мой прапрапрадед… эх, короче говоря, один из моих давних предков утащил из руин картину, написанную маслом. Говорят, на ней изображен сам первый барон Ламуд!

— Не желаете взглянуть? Это же самый настоящий антиквариат!

«Будь это настоящий антиквариат, твоя семейка уже давным-давно спустила бы его с молотка… А у этого проныры губа не дура, раз решил впарить фальшивку полицейскому. Может, выхватить револьвер для профилактики?» — Клейн мысленно усмехнулся, но, рассудив, что за просмотр денег не берут, ответил:

— И кто поручится, что это подлинник? Я доверяю лишь собственному чутью и экспертизе.

— Несите, посмотрим.

Русоволосый мужчина мгновенно расплылся в угодливой улыбке. Юркнув в дом, он принялся лихорадочно рыться в вещах.

Вскоре он вернулся, сжимая в руках картину, написанную маслом.

Клейн лениво, без особого интереса скользнул взглядом по портрету. Но стоило ему приглядеться, как он увидел мужчину в белом кудрявом парике. У первого барона были мягкие черты лица, бронзовая кожа, а в глазах таилась непередаваемая глубина и мудрость прожитых лет.

«Да он же вылитый мистер Азик!» — Клейн остолбенел, широко распахнув глаза. Движимый внезапной догадкой, он инстинктивно перевел взгляд на правую мочку уха так называемого первого барона.

И там, прямо под ухом, он увидел крошечную, неприметную черную родинку.

Точно такую же, как у преподавателя исторического факультета, мистера Азика!