«Сестренка, ну вот зачем ты поднимаешь ту самую тему, которую я так старательно обхожу…» — мысленно проворчал Клейн, чувствуя, как в голове снова начинает пульсировать боль.[23]

«Забытых прежним владельцем знаний оказалось не то чтобы много, но уж точно и не мало. Собеседование уже послезавтра, где мне взять время, чтобы все это наверстать…»

«К тому же я оказался втянут в пугающие и мистические события, какое тут может быть желание „повторять пройденное“…»

Отделавшись от сестры парой дежурных фраз, Клейн начал делать вид, что читает, а Мелисса пододвинула стул, села рядом и при свете газовой лампы принялась за домашнее задание.

В комнате воцарилась тихая и умиротворяющая атмосфера. Ближе к одиннадцати брат и сестра пожелали друг другу спокойной ночи и легли спать.

* * *

Тук! Тук-тук! Раздался стук в дверь, вырвавший Клейна из сна.

Он бросил взгляд на утреннюю зарю за окном и, все еще находясь в полудреме, сел на кровати:

— Кто там?

«Сколько сейчас времени? Почему Мелисса меня не разбудила?»

— Я, Данн Смит, — ответил из-за двери спокойный мужской голос.

«Данн Смит? Не знаю такого…» — покачав головой, Клейн спустился с кровати и подошел к двери.

Открыв ее, он увидел вчерашнего полицейского с серыми глазами.

— Что-то случилось? — настороженно спросил Клейн.

Сероглазый полицейский с серьезным выражением лица ответил:

— Мы нашли кучера. Он подтвердил, что 27-го числа, то есть в день гибели мистера Уэлча и мисс Наи, вы ездили к мистеру Уэлчу домой, и более того, мистер Уэлч сам заплатил за вашу поездку.

Клейн на мгновение опешил, но не испытал ни малейшего страха или чувства вины от того, что его ложь раскрыли. Все потому, что он вовсе не лгал; напротив, доказательства, представленные сероглазым офицером Данном Смитом, оказались вполне ожидаемыми.

«Значит, 27 июня прежний владелец тела действительно ходил к Уэлчу, а вернувшись в ту же ночь, покончил с собой — в точности как Уэлч и Ная!»

Клейн приоткрыл рот и с горькой усмешкой произнес:

— Это недостаточно веское доказательство. Оно не может напрямую подтвердить мою причастность к смерти Уэлча и Наи. Честно говоря, я бы и сам хотел узнать, что произошло, хотел бы выяснить, какая беда постигла двух моих бедных друзей… но… но я правда ничего не помню. Я почти полностью забыл все, что делал 27-го числа. Вы, наверное, не поверите, но только благодаря собственным записям я с трудом смог догадаться, что 27-го, возможно, ходил к Уэлчу.

— У вас хорошая психологическая выдержка, — без капли гнева или улыбки кивнул сероглазый офицер Данн Смит.

— Вы должны были услышать в моих словах искренность, — Клейн посмотрел прямо в глаза собеседнику.

«И я говорю чистую правду… конечно, лишь малую ее часть!»

Данн Смит не ответил сразу. Обведя комнату взглядом, он медленно протянул:

— Мистер Уэлч потерял револьвер. Думаю, я смогу найти его здесь, не так ли, мистер Клейн?

«Так я и знал…» — Клейн наконец-то выяснил происхождение револьвера. Мысли в его голове замелькали с быстротой молнии, и в одно мгновение он принял решение.

Он полуподнял руки и шаг за шагом отступил назад, освобождая проход, а затем указал подбородком на двухъярусную кровать:

— На обратной стороне кроватной доски.

Он не стал уточнять, что имеет в виду нижний ярус, ведь нормальному человеку и в голову не придет прятать вещи под верхним матрасом — любой гость сразу бы их заметил.

Сероглазый офицер Данн не сдвинулся с места, лишь дернул уголком губ:

— Не желаете ничего добавить?

Клейн без колебаний ответил:

— Желаю!

— Проснувшись посреди ночи накануне, я обнаружил себя лежащим на письменном столе, рядом лежал револьвер, а в углу валялась пуля. Все выглядело так, будто я пытался покончить с собой. Только вот, может быть, из-за неопытности, из-за того, что я никогда не пользовался пистолетом, или же я испугался в последний момент… В общем, пуля не достигла желаемого эффекта, моя голова осталась цела, и я до сих пор жив.

— И с того самого момента я потерял часть воспоминаний, в том числе о том, что делал в доме Уэлча 27-го числа и что там видел. Я не лгу, я правда ничего не помню.

Чтобы снять с себя подозрения и разобраться в настигшей его чертовщине, Клейн выложил почти все, умолчав лишь о своем перемещении в этот мир и о «собрании». Кроме того, он тщательно подбирал слова, чтобы каждая фраза могла выдержать проверку: например, он не сказал, что пуля не попала в голову, а лишь упомянул, что она не достигла желаемого эффекта, и в итоге его голова осталась цела. Для постороннего уха это звучало почти одинаково, но на самом деле разница была колоссальной.

Внимательно выслушав его, сероглазый офицер Данн медленно заговорил:

— Это вполне соответствует моим предположениям о развитии событий, а также скрытой логике подобных инцидентов в прошлом. Разумеется, я не знаю, каким образом вам удалось выжить.

— Главное, что вы мне верите. Я и сам не знаю, как остался жив, — Клейн с облегчением вздохнул.

— Однако, — Данн использовал противительный союз, — моя вера здесь ни при чем. Сейчас вы находитесь под сильным подозрением. Вы должны пройти проверку у «эксперта», который подтвердит, что вы действительно забыли о случившемся, или что вы действительно не являетесь прямой причиной смерти мистера Уэлча и мисс Наи.

Откашлявшись, он принял серьезный вид:

— Мистер Клейн, прошу вас оказать содействие следствию и проехать с нами в полицейский участок. Если у вас действительно нет проблем, это займет примерно два-три дня.

— Эксперт уже прибыл? — ошеломленно переспросил Клейн. «Разве он не должен был приехать через пару дней?»

— Она прибыла раньше, чем мы ожидали, — Данн отступил в сторону, жестом приглашая Клейна на выход.

— Я оставлю записку, — попросил Клейн.

Бансон все еще был в командировке, а Мелисса ушла в школу. Оставалось лишь оставить им записку с сообщением о том, что он оказался замешан в деле Уэлча, и просить их не волноваться.

Данн безразлично кивнул:

— Хорошо.

Клейн вернулся к столу, достал листок бумаги и, пока писал, начал обдумывать свои дальнейшие шаги. По правде говоря, ему совершенно не хотелось встречаться с этим экспертом, ведь он скрывал куда большую тайну. В мире, где существует семь великих Церквей, а император Россель, судя по всему являвшийся его «предшественником», был убит, за такое явление, как «перемещение в другой мир», скорее всего, отправят прямиком в инквизицию или на суд трибунала!

Но как он, человек без оружия, без боевых навыков и без потусторонних сил, мог противостоять профессиональному полицейскому? К тому же, в полумраке за дверью стояли несколько подчиненных Данна. Стоит им достать револьверы и дать залп — и ему конец!

«Эх, будь что будет».[24] Оставив записку и прихватив ключи, Клейн следом за Данном вышел из комнаты.

В тусклом коридоре по обе стороны выстроились четверо полицейских в черно-белой клетчатой форме, выглядевшие весьма настороженно.

Топ, топ, топ. Клейн шел рядом с Данном, спускаясь ступенька за ступенькой по деревянной лестнице, которая время от времени протяжно поскрипывала.

У дверей квартиры стоял одноконный четырехколесный экипаж. На боку его кузова красовалась эмблема полицейского управления — «скрещенные мечи, увенчанные короной». Вокруг, как и в любое другое утро, было шумно, людно и суетливо.

— Поднимайтесь, — Данн жестом предложил Клейну идти первым.

Клейн только собирался сделать шаг, как вдруг торговец устрицами схватил одного из покупателей, обвинив того в воровстве. Завязалась потасовка, которая напугала лошадь, и все вокруг мгновенно погрузилось в хаос.

«Это шанс!»

Не раздумывая ни секунды, Клейн резко пригнулся и рванул вперед, затесавшись в толпу. Расталкивая людей и уворачиваясь, он отчаянно побежал к другому концу улицы.

В нынешней ситуации, чтобы избежать встречи с «экспертом», оставалось лишь бежать к городским докам, сесть на корабль и спуститься по реке Тассок, скрывшись в столице — Баклунде, где благодаря огромному населению легко затеряться. Либо же можно было запрыгнуть на паровой поезд, отправиться на восток к ближайшему порту Энмат, а оттуда морем добраться до Притца, и уже потом — до Баклунда.

Вскоре Клейн добежал до перекрестка и свернул на улицу Железного Креста, где стояло несколько наемных экипажей.

— К городским докам, — бросил Клейн, опираясь рукой и запрыгивая в один из них.

Его план был предельно ясен: сначала сбить преследующих полицейских со следа, а когда экипаж отъедет на достаточное расстояние, просто выпрыгнуть на ходу!

— Хорошо, — кучер натянул поводья.

Цок-цок-цок — экипаж покинул улицу Железного Креста.

Как раз в тот момент, когда Клейн приготовился выпрыгнуть, он вдруг заметил, что экипаж свернул на другую улицу, ведущую вовсе не за город!

— Куда вы едете? — опешив, выпалил Клейн.

— К дому Уэлча… — совершенно безэмоционально ответил кучер.

Что? Клейн застыл в оцепенении, а кучер в это время обернулся, обнажив глубокие, холодные серые глаза. Это был не кто иной, как офицер Данн Смит!

— Вы! — в необъяснимом ужасе воскликнул Клейн. Внезапно он почувствовал, как мир закружился перед глазами, и резко сел.

Сел? С недоумением оглядевшись по сторонам, Клейн обнаружил, что за окном ярко сияет багровая луна, а комнату устилает лунная «вуаль».

Он дотронулся до лба — тот был влажным и ледяным от проступившего холодного пота. То же самое ощущалось и на спине.

— Это был просто кошмар… — Клейн медленно выдохнул. — Слава богу, слава богу…

Ему показалось весьма странным, что во сне он пребывал в ясном уме и даже мог хладнокровно рассуждать. Немного успокоившись, Клейн взглянул на карманные часы. Заметив, что сейчас всего лишь начало третьего ночи, он тихо спустился с кровати, собираясь сходить в общую умывальную комнату, чтобы ополоснуть лицо и заодно справить нужду.

Открыв дверь комнаты, он оказался в тусклом коридоре и, ориентируясь по слабому, едва различимому лунному свету, бесшумными шагами приблизился к умывальной.

Внезапно он увидел силуэт человека, стоящего у окна в самом конце коридора. Этот человек был одет в черную верхнюю одежду, похожую на плащ: короче мантии, но длиннее обычного сюртука.

Фигура наполовину сливалась с темнотой, купаясь в холодном багровом свете луны. Силуэт медленно обернулся, явив глубокие, темные и холодные глаза.

Данн Смит!