Со Львом мы все-таки засиделись. Много разговаривали, подкидывали полена в камин, вспоминали молодость. Хотя, нас и сейчас старыми не назовешь. Тридцать пять лет для мужика самый сок. Все девчонки твои, особенно если у тебя есть деньги.

Алкоголь мы практически не пили. Когда есть о чем поговорить с другом, выпивка не нужна. А вот кофе оказался, кстати. Пропустили пару чашек за душевной беседой. Со Львом мы много лет дружим, нам было о чем поговорить. Но то, что порой у меня в голове появлялись мысли о Лесе, меня пугало. Потому что я мог потерять эту самую дружбу. Но проблема не только в этом. Проблема еще в том, что я не могу перестать думать о его дочери. Кажется, я повернут на ней. И это очень плохо. Меня давно не вело от женщины с такой силой. Даже от своей жены. А теперь к Ксении у меня ничего не осталось. Она давно переключилась на другого мужика пока я активно развивал бизнес пропадая на работе. Я не винил ее. Меня действительно часто не было дома, а она в это время нуждалась в мужском внимании.

— О чем задумался? — поинтересовался я у друга, который неотрывно смотрел на огонь в камине.

— Да так, думаю о том, когда мы успели так повзрослеть. А дочь моя? Она же невеста уже! Восемнадцать девчонке. Давно ли мы были такими?

— Не так давно, но ты уже стал папашей в этом возрасте, — я рассмеялся, подкалывая друга.

Лев хмыкнул и почесал подбородок, наверное, вспоминая те дни.

— Знаешь, я даже был бы не против второго ребенка.

Я выгнул бровь.

— Тогда тебе нужна женщина, которая родит.

— Нужна, но такая, которую я буду любить. Вон, как с Лизой было.

— Лиза твоя уникальная женщина! Надеюсь, что с Ксенией мы разойдемся так же дружно. Да нам, по сути, и делить нечего.

— Не скажи! У вас финансы, а это порой доводит до войн. Пока разведетесь, морально истощены будете.

— Пока все шло ровно. Мы обговаривали процент, который отойдет жене. Надеюсь, она останется в своем решении стабильна. Не хотелось бы скандалов.

— Не могу сказать, что хорошо знаю твою жену, но не припомню, чтобы она была истеричкой.

Я кивнул. Ксения действительно была адекватной. Но в жизни случается всякое, и в голову может прийти такое, что потом не знаешь, как избавиться от прошлого.

— Ладно, Игнат, пойду я… А ты располагайся в любой гостевой. Только не напротив Леськи, там ее подруга ночует.

— Хорошо, к подруге не пойду, — хмыкнул я, а про себя добавил, что не против присоединиться к Лесе.

Кстати, девочка даже не к курсу, что я остался в доме. Может заглянуть к ней? Стены толстые, шумоизоляция хорошая, нас не услышат.

Черт, думаю об этом и так противно на душе. Неприятно обманывать друга. И тем более трахать его дочь в его же доме. Нет, трахать Лесю приятно, но знать, что за стенкой спит Лев, такое себе ощущение.

Посидев еще немного у камина, я потушил верхний свет и пошел на кухню выпить воды. Никого из помощников уже не было на рабочих местах, что меня радовало. Сейчас бы начали предлагать перекусить или выпить чаю. Не хочу. Если понадобится, я и сам смогу приготовить. Дома никогда помощников не было, не переутомился.

Достав из шкафа стакан, налил из кулера воды и полностью осушил его. На кухне было темно, только свет уличных ламп лишь немного освещал поверхности. Я присел на высокий стул около барной стойки и сцепил перед собой руки в замок. Спать не хотелось, как и подниматься наверх. Боюсь, окажись я рядом со спальней Леси, не смогу пройти мимо. Знаю, что девочка не откажет, сама течет от меня. Но это дом Льва, и я не могу дать слабину. В прошлый мой визит сюда, я уже воспользовался занятостью друга, за что себя и виню. Сейчас я не стану поддаваться своим слабостям.

Глядя в окно, обратил внимание, как по периметру ходит охрана. Все проверяет, всегда на чеку, что не удивительно с таким человеком, как Лев. Он всегда имел хороший бизнес, отличный статус в обществе, и много врагов. Расслабляться нельзя. Удивительно, как он еще не установил жесткий контроль над Лесей. Не боится, что к ней могут подобраться близко? Тем более такая красивая девочка, что уже говорить про то, что она единственная дочь Даурова.

Со стороны гостиной послышались тихие шаги. Я даже подумал, что рабочие проснулись, но нет. В тусклом свете я увидел знакомую мне фигурку.

— Пап, ты чего здесь сидишь в темноте?

Она потянулась к выключателю, но я быстро оказался рядом с ней. Перехватил за руку и повернув, прижал бедрами к столешнице.

— Игнат? Что ты здесь делаешь? — зашипела она, руками хватаясь за кофту на моей груди. —Напугал.

— Жду тебя. Думал, уже не придешь, — соврал я, приблизившись и опаляя дыханием ее губы.

— С ума сошел? Папа может увидеть нас. Какого черта ты вообще здесь делаешь так поздно?

Я оскалился и подцепив пальцами подбородок, отвел в сторону, чтобы губами коснуться бешено бьющейся жилки на ее шее.

— Не поверишь, — выдохнул я и лизнул то самое местечко, пробуя девочку на вкус, — твой отец сам и предложил мне остаться здесь.

— Правда? А еще сказал, что ты можешь трахнуть его дочь?

Я отстранился и в темноте отыскал ее глаза. Свет от окон позволил разглядеть бурю в ее взгляде.

— А ты бы хотела?

Я бедрами прижался к ее животу, давая ощутить степень моего желания.

— Я…

Резко подхватил Лесю под попку, и усадив на стол, расположился между бедер. Перетянул на край, снова вжимаясь в нее своим пахом.

— Скажи, и я окажусь в тебе.

Тем более долго раздевать не придется. Она уже была переодета в кружевную пижамку, которую не составит труда сорвать с ее тела.

— Ты сумасшедший, — выдохнула она, и надавив пятками мне на задницу, прижалась плотнее, показывая, чего хочет на самом деле.

Меня долго упрашивать не нужно.