Я проснулась от того, что солнце било прямо в глаза.

— Фейту… закрой ставни… — простонала я, не отрываясь от подушки.

Голова раскалывалась. Во рту было сухо, а тело… тело ныло так, будто я всю ночь таскала мешки с рисом.

Фейту не отозвалась, поэтому пришлось все-таки приоткрыть один глаз. Потолок был незнакомым.

«Где я?» — мысль прозвучало в голове гулким эхом, и я осторожно открыла второй глаз и приподнявшись на локтях огляделась. Комната была оставлено аскетично, но явно дорого. На резном столике у окна лежали какие-то свитки, кисти для каллиграфии, у стены на подставке стоя меч. В углу книжные полки и большим количеством рукописей.

В голове плавали смутные, липкие обрывки сна. Какого-то невероятно откровенного, стыдного сна. Я… вешалась на кого-то?

Образы мелькали, как осколки разбитого зеркала: повозка, покачивающаяся в ночи. Линь Янь, пытающийся меня удержать. Я смеюсь, нет, хихикаю по-идиотски и лезу к нему… целоваться?!

Боги, нет. Пожалуйста, скажите, что это был просто дурацкий сон.

«Приснится же такое», — мрачно подумала я, потирая виски.

Я опустила глаза на себя и нахмурилась. На мне было простое домашнее ханьфу цвета персикового цветка, явно женское, но не моё. Ощупала голову: волосы распущены, украшения сняты.

Я… с кем-то провела ночь?

Это ещё более странно.

Сердце ухнуло вниз. Память услужливо подбросила ещё один обрывок: горячие губы на моих. Чьи? Линь Яня?

«Нет-нет-нет, это точно был сон!»

Я принялась лихорадочно искать своё платье, но его нигде не было. Зато на стуле лежала аккуратно сложенная одежда, видимо приготовленная для меня.

Надеясь понять, что произошло, хотя бы через интерфейс я открыла меню. И заскользив глазами по строчкам, ткнула то, что интересовало сейчас больше всего.

«Проверка статуса текущей симпатии…» — вспыхнуло перед глазами знакомое полупрозрачное окно.

Я затаила дыхание. С Жень Хэ и Мин Е со вчерашнего дня почти ничего не изменилось, а вот Линь Янь…

«Текущая симпатия к вам: 100 °Cтатус: МАКСИМУМ. Поздравляем!»

«Ваша симпатия к Линь Яню: 100 °Cтатус: МАКСИМУМ. Поздравляем!»

— Как?! Когда?! — Я уставилась на цифры. — Я же ничего такого не…

Словно отвечая на мой вопрос интерфейс мигнул, предложив:

«История начисления очков симпатии временно недоступна. Хотите активировать расширенный отчёт за 500 лепестков лотоса. Да/Нет?»

— Нет! — рявкнула я. — Пятьсот лепестков? Что за обдираловка!

И тут, словно издеваясь, появилось новое окно. Большое. Яркое. С фейерверками по краям:

«Поздравляем! Вы достигли максимального уровня отношений с фаворитом «Линь Янь»! Вы в одном шаге от счастливого финала. Заключите и конкурируйте брак с Линь Янем, чтобы активировать эпилог и завершить игру! Награда: Возвращение в собственный мир и бонусные призы! Время на выполнение: не ограничено Удачи!»

Я беззвучно открыла рот.

Неужели это… победа?

То, к чему я так долго шла? Всё случилось так просто? Раз, и тысяча очков?

Если я выйду за него замуж и пересплю с ним, то вернусь домой и больше никогда не увижу Линь Яня? Этого властного, самовлюблённого, невозможного мужчину? Мужчину, который смотрит на меня так, будто я единственная звезда на небе. Который следит за мной, оберегает, даже когда я не прошу об этом.

С другой стороны, ну и какое мне дело до него? Пусть следит и оберегает. Меня ждет мой мир, мое тело, мой дом.

Только радости почему-то особой не было.

Точнее — меня радовала возможность вернуться. Но почему-то огорчала необходимость бросить эту жизнь…

Тут дверь тихонько скрипнула. Я подскочила, как ошпаренная, схватила с кровати подушку и прижала к груди, словно она могла защитить меня.

В комнату с подносом в руках вошёл Линь Янь. Он шёл осторожно, а лицо его было непривычно мягким, и даже смущённым.

— Доброе утро, — произнёс он тихо, словно боялся спугнуть меня. — Я принёс завтрак. Подумал, ты проголодалась.

Он поставил поднос на соседний столик с кроватью. Я молчала, сжимая подушку.

— Как ты себя чувствуешь? Голова болит? Принести воды? Или, может, отвар от похмелья? У меня есть отличный рецепт, который…

— Что вчера произошло? — выпалила я.

— О чем ты? — смутился Линь Янь.

— Моё платье! — я ткнула пальцем в себя. — Где моё платье?! Почему я в этом?! Ты меня… — на самом деле злилась я сейчас не на него, а на дурацкую игру, в которой я наконец почти дошла до финала. Вот только это совсем не радовало.

Линь Янь поспешно поднял руки в успокаивающем жесте:

— Ничего! Клянусь, ничего такого не было! — его голос был почти отчаянным. — Твоя служанка переодела тебя! Фейту! Я вызвал её сюда вчера ночью специально, чтобы всё было… пристойно!

Я прищурилась.

— Фейту? И где она сейчас?

— В гостевых покоях! Она всю ночь просидела у твоей кровати, и только недавно я отправил ее спать. Я даже близко к тебе не подходил! То есть… я донёс тебя до комнаты, но дальше… дальше всё делала она! — он говорил быстро, сбивчиво, совершенно не похоже на обычного холодного генерала Линя.

Я всё ещё смотрела на него с подозрением.

— И ничего… больше?

— Ничего, — твёрдо повторил он. — Я же обещал. Только после свадьбы. Я не из тех, кто нарушает слово.

«Когда это он обещал мне свадьбу?»

Я зажмурилась:

— Что вчера вообще было? Я почти ничего не помню. Почему тебе вообще понадобилось приводить меня к себе?

— Афродизиак, — кивнул Линь Янь. — Кто-то подмешал его в вино. Я ещё выясняю, кто именно, но когда найду… — его голос стал жёстче, — этот человек очень пожалеет.

Афродизиак! Я замерла, и осколки «сна» внезапно сложились в жуткую, отвратительную картину. Это был не сон, совсем не сон. Повозка, Линь Янь, которого я пыталась соблазнить, лезла к нему с поцелуями, а когда он отказался, я…

О, боги! Это все было наяву. Я действительно пыталась приставать к нему!

Лицо вспыхнуло, и я уткнулась им в подушку, которую все еще держала. Вот бы сквозь землю провалиться.

— Я… — голос предательски дрогнул, — …я вела себя… неподобающе?

Линь Янь ответил не сразу, и это было хуже любых слов.

— Ты была не в себе, — наконец осторожно произнёс он. — Афродизиак — сильная штука. Ты не виновата в…

— Насколько неподобающе? — перебила я, говоря по-прежнему «в подушку». — По шкале от «немного странно» до «лучше утопиться в ближайшем пруду»?

Пауза затянулась. Линь Янь словно подбирал слова, решая, насколько щадящей должна быть правда.

— Ты… пыталась творить недопустимые для незамужней барышни вещи, — медленно, с явной неохотой признался он. — Например, лезла ко мне с поцелуями.

Волна стыда накрыла меня с головой. Я глухо застонала, надеясь, что мягкий шёлк подушки хоть немного заглушит мой позор.

— И пыталась добиться большего, — добавил Линь Янь после паузы, в его голосе промелькнула нотка сдержанного сочувствия.

Я застонала ещё громче.

— Очень настырно пыталась, — закончил он совсем тихо, почти виноватым тоном, словно сам чувствовал себя неловко от необходимости перечислять мои грехи.

Нет, провалиться под землю было бы слишком просто и милосердно. Мне нужно было испариться, раствориться в воздухе.

Линь Янь деликатно покашлял, явно собираясь с духом для следующего признания. Когда он наконец заговорил, голос его был осторожным, почти нежным:

— Ты… предлагала мне… составить тебе компанию на ночь. Несколько раз, — я почувствовала, как он слегка склоняется ближе, наблюдая за моей реакцией. — Очень… настойчиво.

Щеки горели от стыда, но я заставила себя поднять на него взгляд.

— Линь Янь… — голос мой дрогнул. — Я должна извиниться. За свое… недостойное поведение. И поблагодарить тебя. За твою сдержанность. За то, что не воспользовался ситуацией.

Он стоял, скрестив руки на груди, и на его губах заиграла ядовитая ухмылка.

— О, я всё же воспользовался ситуацией, — возразил он, бархатный голос прозвучал нарочито невинно. — Я получил подтверждение, что целоваться с тобой — занятие более чем приятное.

Что за ужасный мужчина! Даже сейчас не мог просто согласиться: «Да, я тобой не воспользовался, я молодец»!

— Остальное… — Линь Янь сделал многозначительную паузу, и его взгляд скользнул по моим губам, заставив меня вспомнить вчерашний поцелуй со всей остротой, — …остальное подождет. До свадьбы. Потому что тебя я хочу получить не случайно и под действием афродизиака. А раз и навсегда.

Он произнес эти слова не как вопрос, а как констатацию факта. Как нечто неизбежное. И вместо протеста, который должен был родиться в моей груди, я почувствовала лишь странное, глухое волнение.

— Я не против, — услышала я свой собственный голос, прежде чем разум успел взвесить все «за» и «против». — Стать твоей женой.

Он кивнул, словно и не ожидал иного ответа. Его ухмылка стала чуть шире, в глазах вспыхнуло удовлетворение.

Наверное, не так должны договариваться о свадьбе любящие люди. И ладно я, я-то не люблю Линь Яня. Но он…

Тут же во мне вспыхнуло два противоречия разом. Во-первых, с чего я взяла, что Линь Янь должен делать предложение как-то иначе? Ведь он тиран и абьюзер, которому чужда настоящая любовь.

А во-вторых…

С «во-вторых» оказалось ещё сложнее. Потому что моя нелюбовь к генералу Линю уже не казалась такой очевидной.

Конечно же, я хотела домой. Я шла к этой цели так долго. Даже заставила систему вернуть мне интерфейс.

Но…

Сейчас, в эту секунду, всё это перестало казаться мне значительным. Каким-то неважным. Словно мой мир был каким-то далеким и чужим, пустым.

И я пока не могла объяснить, почему так.

— Разумеется, я предложу тебе брачный союз по всем обычаям, — добавил Линь Янь. — Но позже. Пока мне достаточно знать, что в следующий раз ты не откажешь. Ты была права, когда запретила мне взять тебя в наложницы. Такая женщина, как ты, не может стать наложницей. Только единственной и неповторимой женой.

Возможность замужества с ним должна была пугать. Он был властным, циничным, опасным человеком. И раньше не вызывал во мне никаких чувств, кроме глухого раздражения.

Мне не должен был нравиться Линь Янь.

Но почему-то мысль о том, чтобы связать с ним жизнь, теперь не казалась ужасной. Напротив, в ней была какая-то… приятная изюминка.

* * *

Я уехала из его поместья ближе к обеду. Переодетая, умытая, даже накормленная, хоть кусок в горло и не лез. Линь Янь предлагал мне показать свои владения, но я отказалась и поспешила сбежать оттуда.

Мне было стыдно. Безумно. Перед ним — за всю ситуацию. Он может сколько угодно оправдывать всё афродизиаком, но я ведь липла не ко всем подряд — хвала небесам, что я липла не ко всем подряд! — а конкретно к нему. Настойчиво так. Лишь благоразумие генерала Линя помешало нам завершить вечер в постели.

Фейту щебетала о том, какой чудесный выдался ужин, а меня съедали сомнения. И о моих попытках завалить Линь Яня, и о его предложении брака, и о том, что до победы остался какой-то шажок.

Поженимся, и дело с концом. Так ведь?

Я ведь не должна ничего испытывать. Это всего лишь игра. Линь Янь — один из фаворитов. Не он, так принц или Мин Е.

Да, так и есть.

Наверное…