горизонт целует облака

в белые пушистые бока,

будто бы они из молока сгущённого

я жадно поглощаю воздух ртом

и боль откладываю на потом

вместо того, чтобы лежать пластом

много чего ещё

и такая легкость бытия

абсолютная, невозмутимая

и кажется, что уж теперь-то я

прощён.