До сих пор в основном говорилось о налётах союзной авиации. Думаю, настало время рассказать и о германской системе ПВО.

К сентябрю 1939 г. общая организация Военно-воздушных сил Германии имела следующую структуру: три воздушных флота (1-й воздушный флот «Ост», командующий генерал авиации Кессельринг; 2-й воздушный флот «Норд», командующий генерал авиации Фелинг; 3-й воздушный флот «Вест», командующий генерал авиации Шперрле), и, кроме того, три отдельные группы ВВС: «Восточная Пруссия», «Австрия» и «Морская».

В состав каждого воздушного флота входило два-три воздушных округа (Luftgau), которые руководили соединениями и частями ВВС, в том числе и частями ПВО.

Воздушный округ в то время представлял крупное соединение, включавшее в себя авиационные дивизии оперативного назначения, части лёгкой истребительной авиации (предназначенные для ПВО), зенитно-артиллерийские части, прожекторные части, службу воздушного наблюдения, а также имевшие в своём подчинении военные школы и резервные (учебные) части. Воздушные округа руководили противовоздушной обороной страны через специальных начальников ПВО (в крупных пунктах, например, в Берлине), либо через командиров тех частей, которые обороняли отдельные объекты.

Воздушные округа существовали только на территории собственно Германии. В Восточной Пруссии и Австрии все авиационные части и войска ПВО подчинялись непосредственно командованию соответствующих групп ВВС.

Зенитная артиллерия в тот период состояла из отдельных дивизионов и полков. Дивизий и корпусов зенитной артиллерии не существовало.

В ходе войны ВВС Германии получили дальнейшее развитие. К осени 1942 г. Германия имела уже семь воздушных флотов: шесть из них значились под номерами от 1-го до 6-го, седьмой флот именовался флотом «Митте».

Дислокация флотов была следующая: 1, 4 и 6-й флоты — советско-германский фронт; 5-й воздушный флот — Норвегия и Финляндия; 3-й воздушный флот — Франция, Бельгия, Голландия; 2-й воздушный флот — Италия и Африка; флот «Митте» — Германия, Австрия, Чехословакия, Польша. Кроме того, продолжали существовать отдельные группы ВВС: «Юго-Восток» на Балканах и группа «Крит».

Части ПВО, действовавшие на фронтах, подчинялись воздушным флотам.

Войска ПВО, оборонявшие объекты в глубине страны, по-прежнему были подчинены воздушным округам, которые в свою очередь входили в воздушные флоты.

К концу 1942 г. существовали следующие воздушные округа:

а) В составе флота «Митте»: I воздушный округ — Восточная Пруссия и Северная Польша (штаб в Кёнигсберге); III воздушный округ — Померания, Бранденбург и Нижняя Силезия (штаб в Берлине); VI воздушный округ — Рур (штаб в Мюнстере); VIII воздушный округ — Верхняя Силезия, Польша (штаб в Кракове); XI воздушный округ — Ганновер, Голштиния, Дания (штаб в Гамбурге); XVII воздушный округ — Чехия, Австрия (штаб в Вене).

б) В составе 3-го воздушного флота: VII воздушный округ — Бавария (штаб в Мюнхене); XII воздушный округ — Гессен, Анхальт (штаб в Висбадене); воздушные округа «Голландия», «Бельгия — Северная Франция», «Западная Франция».

На рисунке представлены границы воздушных округов по состоянию на декабрь 1942 г.

В 1943 г. все воздушные округа в административном отношении были переподчинены непосредственно главнокомандующему ВВС Германии рейхсмаршалу Герингу. На командование воздушных флотов возлагалось только оперативное руководство боевой деятельностью воздушных округов.

Границы воздушных округов Германии по состоянию на декабрь 1942 г.

В результате всех этих изменений, а также в результате потери в ходе войны ряда территорий на Западе и Востоке к концу 1944 г. общая организация ВВС и ПВО Германии представлялась в следующем виде:

1. Воздушные флоты 1, 2, 3, 4, 5 и 6-й — действовали на фронтах; воздушный флот «Райх» (бывший «Митте») — на территории Германии, Австрии, Чехии.

Из флотов, действовавших на фронтах: 1, 4, 5 и 6-й — на советско-германском фронте; 3-й — на Западном фронте; 2-й — в Италии и на Балканах.

В самом конце 1944 г. три флота — 2, 3 и 5-й — были расформированы и на занимаемых ими участках фронта были созданы оперативные группы ВВС.

2. Воздушные округа: I воздушный округ — Восточная Пруссия; III воздушный округ — Померания и Бранденбург; VI воздушный округ — Рур; VII воздушный округ — Бавария, Вестфалия, Гессен; VIII воздушный округ — Западная Польша, Силезия; XI воздушный округ — Ганновер, Голштиния, Дания; XVII воздушный округ — Чехия, Австрия.

Все эти семь воздушных округов подчинялись главному командованию ВВС в административном отношении и воздушному флоту «Райх» — в оперативном отношении.

Зенитные части, действовавшие на фронте и в ближайшем фронтовом тылу, были сформированы в зенитные бригады, дивизии и корпуса, входившие непосредственно в состав соответствующих воздушных флотов. Зенитные дивизии, осуществлявшие ПВО внутренних областей Германии, Австрии, Чехии и частично Польши, входили в состав воздушных округов.

К концу 1944 г. Германия насчитывала 22 зенитно-артиллерийские дивизии и 6 зенитно-артиллерийских бригад. Распределение этих соединений было таково: на территории воздушного флота «Райх» в составе семи воздушных округов — 12 зенитно-артиллерийских дивизий; на Восточном фронте — 7 зенитно-артиллерийских дивизий; на Западном фронте — 3 зенитно-артиллерийские дивизии; в Италии — 3 зенитно-артиллерийские бригады; в Норвегии — 1 зенитно-артиллерийская бригада; в Венгрии и на Балканах — 2 зенитно-артиллерийские бригады.

Наиболее защищенным объектом ПВО Германии, естественно, был Берлин. Поэтому я подробно остановлюсь на ПВО столицы рейха.

К маю 1939 г. в Берлине проживало 4,3 миллиона жителей. Берлин был одним из наиболее важных по количеству выпускаемой продукции промышленных центров Германии, занимавшим третье место среди промышленных районов страны.

В Берлине было сосредоточено две трети электротехнической промышленности Германии, шестая часть машиностроительной промышленности и значительная часть военной промышленности. Чтобы представить значение Берлина в военном отношении, достаточно вспомнить, что в Берлине находилось до 40 предприятий авиационной промышленности, 10 крупных автобронетанковых заводов, более 30 орудийных и оружейных заводов, 25 заводов, производивших взрывчатые и отравляющие вещества.

Наконец, Берлин представлял собой важнейший узел коммуникаций: к нему сходились пятнадцать железнодорожных линий, шесть автострад (на Штеттин, Ганновер, Мюнхен, Лейпциг, Бреслау, Франкфурт-на-Одере). Кроме того, Берлин являлся крупным портом внутреннего судоходства, насчитывавшим более 50 гаваней, связанных системой каналов и рек с морскими портами (Гамбургом, Данцигом, Штеттином), с Верхней Силезией, Руром и Рейнско-Вестфальским промышленным районом.

Площадь Большого Берлина составляла 884 кв. км, то есть он занимал второе место среди крупнейших городов мира (после «Большого Лондона»). Наибольшая протяжённость с востока на запад — 43 км, с севера на юг — около 30 км. Следует учесть, что в систему ПВО Берлина входили ещё и города, расположенные вне черты Большого Берлина, но примыкавшие к нему: Ораниенбург, Хеннигсдорф, Генсхаген, Шёнефельд, Эркнер. Таким образом, площадь прикрытия для системы ПВО была весьма обширной.

Берлин входил в границы III воздушного округа, который подчинялся в оперативном отношении командованию воздушного флота «Митте», переименованного, как уже говорилось, в 1944 г. в «Райх». Кроме района Берлина, в III воздушный округ входили такие важные промышленные центры и районы, как Лейпциг, Дрезден, Силезия, Штеттен. Однако Берлин оставался всё время главным объектом, обороне которого воздушный округ уделял особое внимание.

Непосредственное руководство зенитными средствами, прикрывавшими Берлин, осуществлялось до сентября 1941 г. штабом, который именовался «Командование противовоздушной обороны I» (Luftveteidigungskommando I). В сентябре этот штаб был реорганизован в штаб 1-й зенитно-артиллерийской дивизии, в состав которой вошли все оборонявшие Берлин части: 22, 53 и 126-й зенитные артиллерийские полки, 82-й зенитно-прожекторный полк, III дивизион ПВО особого назначения (ложные сооружения), 121-й батальон связи ВВС, три транспортные батареи.

1-я зенитно-артиллерийская дивизия осуществляла ПВО Берлина до конца войны.

Заводы фирмы «Хейнкель», расположенные в Ораниенбурге, являлись важным объектом, обороне которых со стороны 1-й зенитно-артиллерийской дивизии в течение всей войны уделялось особое внимание. Все средства зенитной артиллерии, оборонявшие эти заводы, объединялись зенитно-артиллерийской подгруппой Ораниенбург, которая входила в состав группы «Норд».

Границы района 1-й зенитно-артиллерийской дивизии по состоянию на март 1943 г.

Схема размещения радиолокаторов 121-го батальона связи на ПВО Берлина (1945 г.)

Группировка батарей зенитной артиллерии на обороне Ораниенбурга, непосредственно примыкавшая к системе зенитной артиллерии Большого Берлина, являлась как бы частью последней. В то же время она представляла собой цельную систему и с этой точке зрения могла служить примером группировки средств на обороне объекта сравнительно небольшого протяжения.

Общее количество средств зенитной артиллерии, оборонявших заводы «Хейнкель», было довольно большим: летом 1943 г. — 68 орудий тяжёлой зенитной артиллерии и 27 орудий средней зенитной артиллерии. Во всяком случае, район Ораниенбурга был прикрыт более сильно, чем ряд других районов и объектов Берлина.

Группировка зенитной артиллерии на обороне заводов фирмы «Хейнкель» в Ораниенбурге (лето 1943 г.)

Оборона Берлина истребительной авиацией осуществлялась авиационными соединениями, подчиненными флоту «Митте» («Райх»). В 1942–1943 гг. Берлин входил в район действия 4-й истребительной авиадивизии; в 1944–1945 гг. — в район действия 1-й истребительной авиадивизии. Границы района этой дивизии показаны на рисунке. Там же нанесены аэродромы дивизии. Мы видим, что у самого Берлина аэродромов истребительной авиации было немного, а основная масса аэродромов разбросана по западной границе дивизии, что обеспечивало введение истребителей в бой ещё на пути к обороняемым объектам.

В составе дивизии были эскадры дневных и ночных истребителей. Количественный состав частей дивизии часто изменялся, но, несмотря на это, она могла вводить в бой одновременно значительное количество истребителей. Так, например, осенью 1943 г. при отражении ночных налётов англичан непосредственно над Берлином вводилось в бой от 100 до 250 истребителей.

К 1 сентября 1939 г. на вооружении ПВО Берлина имелось до 40 тяжёлых зенитных батарей четырёхорудийного состава и до 200 стволов лёгкой зенитной артиллерии. Все орудия были на колёсных лафетах. Зенитные батареи имели приборы управления огнём, а радиолокаторы отсутствовали. Данных о количестве и типах прожекторов в тот период автором не найдено.

В ходе войны состав ПВО Берлина непрерывно изменялся в количественном и качественном отношениях.

В ходе массированных налётов зенитчики открывали огонь по головной группе самолётов до момента сбрасывания ими бомб, а затем переносили огонь на новую волну самолётов.

Схема расположения аэродромов и маяков 1-й истребительной авиадивизии (1944 год)

«Ахиллесовой пятой» в боевой работе всех зенитных батарей была подача снарядов к орудию. У немцев ручная установка взрывателя осталась только на зенитных пушках калибра 8,8 см — Flak 18, 36 и 37. У всех остальных тяжёлых зенитных орудий имелся механический установщик трубки, причём подача снаряда на лоток затвора производилась автоматически. Но, несмотря на всё это, подача тяжёлых снарядов к орудию была настолько утомительна, что личный состав изматывался после полутора-двух минут непрерывной стрельбы. Введение двух запасных номеров продлило срок непрерывной стрельбы до 3–3,5 минут. После этого батарея неизбежно вынуждена была делать перерыв в ведении огня на 3–5 минут. Это время обычно использовалось для перемены цели, но такие перерывы в общем весьма отрицательно отражались на сохранении плотности и интенсивности зенитного огня ПВО Берлина.

Советские бойцы и командир у трофейной зенитной пушки 3,7-см FlaK 36. Март 1943 г. (Автор: Николай Фиников)

В расчётах зенитных орудий использовалось большое число военнопленных, большинство из которых составляли русские. В расчётах прожекторных частей к ноябрю 1944 г. все мужчины рядового состава были заменены женщинами в возрасте от 18 до 35 лет.

Бомбёжки Берлина союзная авиация проводила с больших высот — ночью англичане бомбили на высотах 6000–7000 м, а днём американские «Летающие крепости» — на высотах 7000–8500 м. При высотных налётах эффективность германских зенитных орудий существенно снижалась.

К апрелю 1945 г. состав тяжёлой зенитной артиллерии на стационарной обороне Берлина был следующий. Всего стволов 342. Из них: калибра 12,8 см — 20, калибра 10,5 см — 48, калибра 8,8 см Flak 41–10, калибра 8,8 см Flak 18 и Flak 36 — 226, калибра 88 мм (итальянские) — 22, калибра 88/85 мм (русские) — 12.

Анализируя эти данные, следует обратить внимание на то, что из 342 стволов у немцев было 82 ствола орудий (23,3 %) с высотой действительного огня 9500—11 000 м (калибры 12,8 см, 10,5 см и 8,8 мм Flak 41). Таким образом, до 25 % орудий могло вести успешную борьбу против высотных налётов англо-американской авиации.

Замечу, что слабость германской зенитной артиллерии надо воспринимать относительно. Обратим внимание, что самые мощные советские зенитные пушки — 85-мм образца 1939 г. — физически не могли вести борьбу с американскими «Летающими крепостями», а лучше у нас тогда ничего не было. Более мощные пушки стали поступать на вооружение лишь после окончания войны. 85-мм пушка КС-1 принята на вооружение 2 июля 1945 г., 100-мм пушка КС-19 — 2 марта 1948 г., а 130-мм пушка КС-30 стала поступать в части лишь в 1954 г.

О роли германской зенитной артиллерии в ПВО Берлина можно судить по интенсивности огня орудий. Так, в 1944 г. при отражении 33-х массированных налётов, отчёты о которых попали в руки советского командования, зенитная артиллерия израсходовала всего 685 193 снаряда крупного калибра (88 мм и выше).

Для усиления ПВО Берлина зачастую применялась переброска в Берлин железнодорожных батарей 12,8-см, 10,5-см и 8,8-см орудий. Количество этих батарей колебалось в разные периоды от 10 до 27.

Для установки этих батарей в Берлине у ряда железнодорожных станций были подготовлены позиции. Каждая позиция была занумерована, обеспечена надлежащей документацией и всегда была готова к приему батареи.

Группировка тяжелой зенитной артиллерии на ПВО Берлина в марте 1945 г.

Число дней ведения огня зенитной артиллерии Берлина за время войны (с 1 сентября 1939

по 20 апреля 1945 г.)

Железнодорожная батарея 12,8-см орудий

Как видно из рисунка, основное количество позиций было расположено непосредственно внутри границ Большого Берлина, внутри кольца зенитных стационарных батарей. Позиции занимались в зависимости от обстановки и наличного количества железнодорожных батарей.

Довольно широко практиковалось перемещение железнодорожных батарей с целью усиления защиты объектов от предполагаемых налётов. Таким образом, находившиеся в Берлине железнодорожные батареи представляли собой подвижный резерв в руках командира 1-й зенитной дивизии для маневрирования им в зависимости от обстановки. Если учесть, что все остальные тяжёлые батареи были стационарные, и что для перемещения их с одной позиции на другую требовалось много времени, то значение подвижного резерва в виде железнодорожных батарей для системы ПВО Берлина станет очевидным.

Размещение позиций железнодорожных зенитных батарей в Берлине (1944 г.)

Тем не менее, с весны 1944 г. все железнодорожные батареи были сняты с ПВО Берлина и больше в Берлин не возвращались.

Особый интерес в ПВО Германии представляют собой так называемые зенитные артиллерийские башни, которые были построены в таких крупных городах, как Берлин, Гамбург и Вена.

Для усиления ПВО от высотных налётов авиации в 1940 г. в центре Берлина началось строительство зенитных артиллерийских башен, вооруженных 12,8-см пушками Flak 40. Самым удобным местом для зенитных башен оказались парки Берлина. Но для обеспечения открытых секторов обстрела необходимо было либо вырубить часть деревьев, либо устанавливать орудия выше их. Немцы выбрали последний вариант — строительство высотных башен для установки на них тяжёлых зенитных орудий.

Всего немцы построили в городе шесть башен. Они группировались попарно: башня управления и на расстоянии около 300 метров — орудийная башня. Три группы башен были расположены: 1-я башенная батарея — в парке Фридрихсхайн; 2-я башенная батарея — в парке Тиргартен; 3-я башенная батарея — в парке Гумбольдтхайн.

Берлинский архитектор Таммс спроектировал эти башни и руководил их постройкой. Сооружение башен длилось два года и было закончено в течение 1942 г.

Орудийная башня имела: четыре спаренных 128-мм орудия, установленных по углам на верхней площадке, и взвод 3,7-см пушек (3–4 орудия), установленных на площадках специальной галереи, расположенной этажом ниже. В центре верхней орудийной площадки башни был устроен небольшой «местный командный пункт», вооруженный вспомогательным командным прибором-трансформатором «Мальзи-43» и четырёхметровым дальномером. Эти приборы должны были вступать в действие в случае выхода из строя основных приборов или синхронной связи с башней управления.

Объём орудийной башни составлял около 196 тысяч кубометров, башни управления — 40 тысяч кубометров. Стены, перекрытия и несущие конструкции железобетонные. Толщина стен 2,8 метра, перекрытия над двумя верхними этажами по 4 метра каждое. Окна и двери имели стальные щиты толщиной 5—10 см с массивными запорными механизмами.

План 1-го этажа орудийной башни.

1 — отопление; 2 — вентиляция; 3 — станция водоснабжения; 4 — приток воздуха; 5 — помещение для боеприпасов; 6 — мастерская; 7 — запасной вентилятор; 8 — гараж для танков; 9 — гараж для легковых автомашин; 10 — шлюзы; 11 — охрана; 12 — служебное помещение; 13 — высокое напряжение; 14 — служебное помещение; 15 — служебное помещение; 16 — служебное помещение входы

Башни были оборудованы приточно-вытяжной вентиляцией, обеспечивавший необходимый обмен воздуха в обычное время и при газоопасности. Электроэнергией башни снабжались от городской электросети. На случай аварии имелась своя электростанция с дизель-генератором.

Башня управления представляла собой шестиэтажное сооружение размером 50 × 22 метров и высотой 40 метров. Назначение башни — управление огнём орудийной башни, радиолокаторами и артиллерийскими приборами, расположенными на её верхней платформе. Внутри башни находились служебные помещения и помещения для личного состава, обслуживавшего башню управления. На нижней платформе было расположено четыре площадки для установки одиночных и спаренных мелкокалиберных зенитных пушек, предназначенных для отражения нападения авиации с малых высот.

Все три башни управления были однотипны. Незначительная разница имелась лишь во внутренней планировке.

Отдельные этажи башни управления в парке Тиргартен были распланированы следующим образом: на первом этаже находились служебные помещения специального назначения — отопление, вентиляционные камеры, водонапорные агрегаты, гараж для танков и др.

Из первого этажа с двух сторон большого зала (вестибюля) на 6-й этаж вели две лестницы, оборудованные лифтами грузоподъёмностью по 2 тонны каждый.

На втором этаже размещался командный пункт 1-й зенитно-артиллерийской дивизии, который занимал шесть помещений общей площадью 213 кв. м. Ещё несколько комнат на втором этаже занимал штаб дивизии.

При проектировании башни в ней не предусматривалось размещение командного пункта дивизии, это пришлось сделать уже после их ввода в строй. Основным помещением командного пункта дивизии была оперативная комната, откуда и велось управление боем зенитно-артиллерийских средств города. Потолок и стены оперативной комнаты были обиты звуконепроницаемыми материалами: два слоя пористого картона и один слой стекловаты.

План верхней платформы орудийной башни.

1 — 12,8-мм орудия; 2 — зенитный трансформатор «Мальзи»; 3 — по-мещение для хранения орудийного имущества; 4 — подъемник для снарядов; 5 — укрытия подъемника и снарядов

На 3-м и 5-м этажах размещался личный состав башни управления, там находились общежития, столовые, склады и комнаты для отдыха.

На 4-м этаже размещался офицерский состав, клуб, столовая и канцелярия командования башни управления.

6-й этаж состоял из служебных помещений и нижней платформы шириной 6–9 м, на которой были установлены мелкокалиберные зенитные орудия.

С нижней платформы 6-го этажа две наружные лестницы вели на верхнюю платформу, где в железобетонных укрытиях (позициях) размещались приборы управления. Здесь вырабатывались данные для стрельбы по воздушным целям, которые передавались на орудийную башню, «спаренную» с башней управления.

Позиция приборов управления состояла из наблюдательного пункта командира башенной батареи, наблюдательного пункта разведчика, двух оптических дальномеров (4- и 6-метровых) и двух радиолокаторов «Вюрцбург» и «Большой Вюрцбург». «Большой Вюрцбург» с диаметром параболоида 8 метров имел дальность действия 80 км, а «Вюрцбург» — обычный радиолокатор с дальностью действия до 40 км.

Для укрытий материальной части и живой силы имелись железобетонные гнезда и шахты различной формы. Укрытием для «Большого Вюрцбурга» служила большая шахта размером 6 × 8 × 10 м, сделанная в толще двух верхних этажей башни. Специальные подъёмные механизмы обеспечивали подъём и спуск радиолокатора.

Радиолокатор «Вюрцбург» размещался наверху башни на специальной железобетонной площадке, под 12-см перекрытием которой находилось укрытие для расчёта. Рядом располагалось бронированное круглое гнездо для 6-метрового дальномера. На других башнях это гнездо было квадратным.

Наблюдательный пункт командира башенной батареи имел прямоугольную форму с защитными железобетонными стенками толщиной 50 см и высотой 2,2 метра, перекрытыми стеклянной крышей, обеспечивавшей верхнее и боковое наблюдение.

4-метровый дальномер был установлен у парапета на специальном железобетонном основании высотой 50 см.

Строительство зенитной башни. Октябрь 1943 г.

В башне управления находился один взвод из четырёх спаренных 37-мм орудий. Эти орудия были установлены на площадках специальной галереи, находившейся на уровне пятого этажа.

Орудийная башня предназначалась для установки на ней тяжёлых зенитных орудий. Пушки устанавливались на платформе — плоской кровле башни. В плане башня представляла квадрат размером 70 × 70 метров с выступами квадратной формы, на верхних площадках которых располагались орудия. В этих выступах помещались лестничные клетки, ведущие на верхние боевые платформы. К лестницам примыкали лифты для подъёма боеприпасов (на 450 снарядов за один раз) и другого имущества.

Главный вход в башню находился в центре здания, где начиналась главная лестница.

На 1-м этаже находились помещения, связанные с эксплуатацией здания, в них были установлены приборы отопления, вентиляции, освещения, располагались мастерские, гаражи и др.

На 2-м и 3-м этажах размещался офицерский и рядовой состав, причём последнему были отведены помещения у винтовых лестниц.

В центральной части здания, примыкавшей к главной лестнице, располагались бомбоубежище, госпиталь, хранилище и другие общественные помещения.

На 4, 5 и 6-м этажах также размещался офицерский и рядовой состав. Там же находились столовые, кухня, комнаты отдыха и другие обслуживающие помещения.

На выступе перекрытий 6-го этажа, образующем платформу, были устроены площадки для мелкокалиберных зенитных пушек (до 12 спаренных или ординарных установок). С этой платформы наружные железобетонные лестницы вели на верхнюю платформу — плоскую кровлю здания, где была оборудована позиция для четырёх спаренных 12,8-см зенитных пушек.

Верхняя платформа размером 60 × 60 метров с квадратными выступами по углам представляла собой железобетонное перекрытие толщиной 4 метра. Позиция состояла из четырёх площадок для спаренных 12,8-см орудий с нишами для снарядов и подъёмниками для подачи боеприпасов с нижнего этажа.

Спаренный 3,7-см зенитный автомат на верхней платформе башни. Весна 1945 г.

Напротив орудийной площадки находилось прямоугольное сооружение для хранения разного имущества и укрытия личного состава.

В центре верхней платформы башни была оборудована площадка для командного прибора с защитным траверсом напротив входа.

В период войны помещения внутри башен были использованы для размещения госпиталей, хранения ценностей и произведений искусства. При проектировании и строительстве башен ПВО немцы не предполагали использовать их под бомбоубежища. Во время интенсивных бомбёжек Берлина выяснилось, что вместимость башен недостаточна, незначительная пропускная способность приводила к давке, и при каждой воздушной тревоге у входа в давке погибало до 100–150 человек.

Артиллерия главного калибра на башне Тиргартен. Берлин. Апрель 1942 г.

В берлинских зенитных башнях несколько раз побывал министр вооружений Альберт Шпеер. Позже он вспоминал: «Вечером 22 ноября 1943 г. я проводил заседание в своём кабинете, когда в половине восьмого вечера по радио прозвучало тревожное сообщение о приближении к столице целой армады бомбардировщиков. Вскоре мы услышали, что она уже достигла Потсдама, — я прервал совещание и спешно отправился к расположенному неподалеку похожему на башню сооружению, где размещался командный пункт управления огнём зенитной артиллерии. С верхней площадки был хорошо виден Берлин. Но едва я взошел на неё, как почувствовал, что от мощных разрывов бомб пол подо мной ходит ходуном и сотрясаются даже крепкие стены башни. Оглушительный рокот волнами прокатывался над городом, на протяжении двадцати минут воздух непрерывно сотрясали гулкие разрывы бомб. Я стремглав бросился вниз по лестнице, а вслед за мной устремились зенитчики. Кое-кого из них перед этим взрывной волной с силой ударило о стены, и теперь они зажимали кровоточащие раны. Весь нижний этаж был до отказа полон людьми. Лица их уже смутно различались в пелене — в воздухе осела осыпавшаяся со стен штукатурка. Как только гул затих, я отважился подняться наверх и обомлел: здание моего министерства было объято пламенем. Я тут же поехал туда. Несколько секретарш в касках и поэтому похожих на амазонок под доносившийся время от времени грохот от взрывающихся вдалеке бомб замедленного действия пытались вынести из огня папки с документами. На месте моего кабинета дымилась огромная воронка.

Одна из зенитных башен Берлина после окончания боёв. Весна — лето 1945 г.

Огонь быстро распространялся по всем помещениям и угрожал перекинуться на восьмиэтажное здание управления вооружений сухопутных войск. Мы все были, естественно, крайне возбуждены и теперь, ощутив неожиданно прилив энергии, решили спасти хотя бы представлявшие большую ценность телефонные аппараты специальных линий связи. Мы просто выдергивали провода из розеток, а затем относили телефоны в надёжное место в подвале здания. Утром меня посетил начальник управления генерал Лееб. «На рассвете пожар удалось потушить, но, к сожалению, мы ничего не можем делать, — с усмешкой сказал он, — кто-то унес все телефонные аппараты».

Геринг находился тогда в «Каринхалле» и, узнав о моем ночном посещении пункта управления зенитным огнём, немедленно приказал больше не пускать меня на верхнюю площадку. Но у меня сложились настолько добрые отношения со служившими в «башне» офицерами, что они не побоялись ослушаться приказа рейхсмаршала и не препятствовали мне подниматься наверх.

Спаренная зенитная пушка 12,8-см FlaK 42 Zwilling на зенитной башне Zoobunker в Берлин. (Автор: Сесил Ньюман)

Во время воздушных налётов на Берлин с верхней площадки открывалось потрясающее зрелище. Оно могло очаровать и заставить забыть обо всем на свете, и приходилось постоянно напоминать себе, что ты живешь в реальном и очень жестоком мире. Город был ярко освещен фейерверками из сыпавшихся сверху гроздьями осветительных ракет — берлинцы называли их «рождественскими елками», — факелами вспыхивали пораженные снарядами самолёты, а остальные бомбардировщики исполняли в это время в багрово-чёрном небе пляску святого Витта, пытаясь уйти от тянувшихся к ним лучей прожектора. Словом, дух захватывало от этой воистину апокалипсической картины.

Как только самолёты, отбомбившись, легли на обратный курс, я сразу же сел в машину и отправился на расположенные в наиболее разрушенных кварталах заводы. Мы ехали по заваленным обломками кирпичей, битым стеклом и всяким хламом улицам, вокруг горели дома, у развалин сидели или стояли люди, на тротуарах громоздилась мебель и всевозможный спасенный из огня скарб, в воздухе кружился пепел, от гари и известковой пыли першило в горле, и создавалось ощущение полнейшей безнадёжности. Иногда люди вдруг начинали истерически хохотать — столь странное поведение свойственно им обычно в моменты грандиозных катастроф. Над городом вздымался в небо шестиметровый, прорезанный пламенем чёрный столб дыма. Поэтому даже днём улицы были как бы погружены во тьму.

Я уже неоднократно пытался рассказать об этом Гитлеру. В последний раз он прервал меня буквально на полуслове: «А кстати, Шпеер, сколько танков будет отправлено на фронт в следующем месяце?»[33].

Все шесть башен ПВО Берлина хорошо сохранились после войны.

В ночь на 22 апреля 1945 г. три зенитные башни впервые открыли огонь по наземным целям. Орудия вели заградительный огонь по боевым порядкам советской пехоты и танков. Днём 22 апреля наступление Красной Армии усилилось, и 123-й башенный дивизион выпустил около 5 тысяч снарядов.

К 25 апреля все башенные батареи продолжали огонь. Причём личному составу башен Фридрихсхайн и Гумбольдтхайн неоднократно приходилось вступать в рукопашные бои, вводить в действие пулемёты и фаустпатроны. Обе башни находились в полуокружении. К 27–28 апреля зенитные башни Фридрихсхайн и Гумбольдтхайн, находившиеся под непрерывным артиллерийско-миномётным огнём и потерявшие уже половину орудий, могли стрелять только ночью. Зенитная башня Тиргартен прекратила огонь, так как советские войска находились в её мертвой зоне. Затем башни были покинуты личным составом.

Треугольная схема расположения зенитных башен по типу берлинской была использована в Гамбурге и Вене.

В Гамбурге первая Хайлигенайстфельдская башня и вторая Вильгельмсбурская башня были заложены в октябре 1942 г., а в строй вступили в октябре 1944 г. Обе башни оснащены четырьмя спаренными 12,8-см зенитными пушками. Кроме того, на верху башен было установлено около двадцати одиночных и спаренных 20-мм зенитных автоматов. Не был лишь смонтирован электрический подъёмник снарядов, и его роль выполнял подъёмный кран, расположенный в центре башни.

Третья башня так и не была введена в строй.

В подвалах гамбургских башен могли укрыться несколько тысяч гражданских лиц.

В Вене башенные комплексы были построены в Аренбергском парке, в монастыре и в Аугартене, образуя треугольник, защищавший культурный центр города. Большая часть работ была проделана иностранными рабочими и подразделениями РАД (организация Тодта). Первая и вторая башня были введены в строй в декабре 1943 г. Последняя башня была начата и завершена в первой половине 1944 г. Башни в монастыре и в Аугартене отличались по конструкции от башни в Аренбергском парке. Обе они имели форму шестнадцатигранника диаметром 43 метра. Четыре тяжёлых 12,8-см спаренных зенитных орудия располагались на крыше внутри собственных башен. Округлые орудийные башни были оснащены бронированной крышей с отверстием, которое позволяло орудиям вести огонь и изменять угол возвышения, в то же время крыша обеспечивала защиту всего орудийного расчёта. В крытой галерее были установлены восемь зенитных автоматов. Как и берлинская башня, башни в Вене имели все стандартное оборудование, необходимое для автономных боевых действий.

Зенитно-артиллерийская башня IV в Хайлигенгайстфельде (Гамбург): 1 — спаренные 12,8-см зенитные орудия; 2–3,7-см зенитные пушки; 3 — орудийная башня; 4 — основная боевая платформа; 5 — командный пункт и дальномер; 6 — хранилище боеприпасов; 7 — бетонная лестница; 8 — выход на нижнюю боевую платформу; 9 — нижняя боевая платформа; 10 — бомбоубежище на 15 тыс. человек; 11 — госпиталь; 12 — бункер; 13 — кран для подъёма снарядов и оборудования

Большой Берлин входил в район деятельности 1-й истребительной авиадивизии. Границы этого района, изображенные на рисунке 43, совпадали в основном с границами III воздушного округа. Кроме Берлина, в район действий 1-й истребительной авиадивизии входил ряд других крупных промышленных центров: Штеттин, Дессау, Лейпциг, Дрезден.

Как уже говорилось, истребительная дивизия входила в состав 1-го авиационного корпуса воздушного флота «Райх» и лишь взаимодействовала с III воздушным округом и с зенитными дивизиями и группами, оборонявшими отдельные пункты.

Кроме того, 1-я истребительная авиадивизия взаимодействовала с соседними истребительными дивизиями (2, 3, 7, 8 и 9-й), с которыми имела прямую проводную связь и радиосвязь.

Единственная сохранившаяся боевая башня 1-го поколения в Хайлигенгайстфельде (Гамбург)

В состав 1-й истребительной авиадивизии входили дневные и ночные истребители, причём последних было больше. Состав частей часто изменялся. В среднем дивизия имела в 1944–1945 гг. одну-две эскадры дневных истребителей и две-три эскадры ночных истребителей, то есть от 400 до 600 боевых машин.

Истребительная дивизия имела в своём распоряжении до 30 основных аэродромов и несколько десятков вспомогательных аэродромов и посадочных площадок, включая и аэродромы гражданской авиации. Такая сеть аэродромов дала широкую возможность маневрировать истребителями, быстро сосредотачивать основные силы в нужном месте и предельно использовать летные возможности машин.

Размещение аэродромной сети дивизии показано на рисунке на с. 181. Большая часть аэродромов располагалась севернее и западнее Берлина, покрывая густой сетью почти всё пространство от границ дивизии до Берлина. Вокруг самого Берлина в радиусе до 100 км имелось девять крупных аэродромов дивизии, на которых постоянно базировались истребители.

Чтобы не допустить к району Большого Берлина днём одиночных самолётов-разведчиков, немцы прибегали к патрулированию истребительной авиацией в воздухе на подступах к объектам. Так, в 1943 г. при сообщении о появлении разведчиков, идущих к району Берлина, в воздух поднимались по приказанию командования истребительной авиации истребители и направлялись в районы для патрулирования:

— с аэродрома Вернойхен — в район Либенвальде — Альт-Фризак;

— с аэродрома Бранденбург-Брист — в район Альт-Фризак — Кётцин;

— с аэродромов Зербств и Кётен — в район Кётцин — Ферх — Треббин.

Таким образом, патрулирование истребителей охватывало Берлин полукольцом с севера, запада и юга, то есть в наиболее угрожаемых направлениях.

До осени 1943 г. основным видом боя истребительной авиации ночью в районе 1-й истребительной дивизии была так называемая тёмная охота, то есть действия ночных истребителей вне зенитной зоны и вне световой зоны прожекторов. Этот способ действия истребителей немцы в ряде документов условно называли «Небесная кровать» (Himmelsbett).

12,8-см пушка на зенитной башне 2-го поколения. Берлин. Апрель 1942 г.

Сущность этого способа заключалась в следующем. С получением донесений о появлении противника, по приказанию 1-й истребительной авиадивизии в определенные районы ожидания высылались либо отдельные двухмоторные ночные истребители, либо целые группы и соединения их. Ночные истребители имели мощную радиоаппаратуру для связи с землёй, для связи самолётов между собой и самолётные радиолокаторные установки типа «Лихтенштейн» с радиусом действия 6–8 км.

Наведение на противника ночью производилось двумя путями:

1. Одиночные истребители наводились радиолокационными постами воздушного наблюдения 1-го и 2-го разрядов при помощи двух радиолокаторов «Большой Вюрцбург»: один из них вел самолёты противника, другой — свои истребители. Через радиопередатчик на условной волне пост связывался с самолётом в воздухе и давал ему команды, обеспечивавшие сближение с противником. Когда истребитель приближался к самолёту противника на расстояние, доступное самолётному радиолокатору, он включал радиолокатор и в дальнейшем вел бой, пользуясь им.

Необходимо указать, что подобный способ наведения был рассчитан только на бой одиночных истребителей с одиночными же самолётами противника. Уже в 1943 г. основным видом боя стал бой соединений истребителей с мощными соединениями бомбардировщиков, а одиночный способ наведения начал отживать.

2. Если для отражения ночного налёта поднимались в воздух целые соединения (эскадры) либо части истребителей (группы), то их наведение осуществлялось непосредственно с командного пункта дивизии. В этом случае задача командного пункта заключалась в том, чтобы вывести соединения ночных истребителей на трассу полета бомбардировщиков и в районы их сосредоточения. Команды передавались по радио с командного пункта дивизии и принимались командирами частей и соединений, находившихся в воздухе. При сближении с противником истребители включали свои радиолокаторы и вели бой, ориентируясь по их данным.

Зенитная башня 3-го поколения в Аугартене (Вена). (Википедия)

Кроме «тёмной охоты» в районе Берлина применялись также в весьма ограниченных размерах два других вида действий истребительной авиации ночью: а) комбинированные действия самолётов совместно с зенитной артиллерией; б) «светлая охота», то есть бой в световой зоне прожекторов, но вне зоны огня зенитной артиллерии.

Комбинированные действия истребительной авиации с зенитной артиллерией имели место только в том случае, когда ночной истребитель, проводя «тёмную охоту», имел необходимость войти в зону огня зенитной артиллерии. В каждом отдельном случае на это испрашивалось разрешение командира 1-й зенитно-артиллерийской дивизии, который затем давал соответствующие указания артиллерийским и прожекторным частям. Практически при этом настолько осложнялся вход истребителей в зону огня зенитной артиллерии Берлина, что подобные действия почти не применялись.

«Светлая охота» была разрешена ночным истребителям только частично — в западной и южной частях зоны прожекторов Берлина. В этих направлениях световая зона выступала на 12–15 км за зону зенитного огня, и истребители имели сравнительно небольшую полосу, в которой могли атаковывать самолёты противника в лучах прожекторов.

Со второй половины 1943 г. в боях за Берлин истребители начали применять тактику «Дикая свинья». В этом случае командование 1-й истребительной авиадивизии поднимало в районы ожидания истребительные соединения, предназначенные для «Дикой свиньи», и при подходе противника к Берлину вводило их в бой над самим объектом, в зоне зенитного огня, который в целях безопасности своей истребительной авиации ограничивался определенной высотой (обычно 6000 м, а иногда и ниже — до 5000 м). Основная высота района боя истребителей над объектом — от 6000 м до 8000 м; свыше 8000 м снова вела огонь зенитная артиллерия.

Введенные в бой над объектом истребители, как правило, не имели никаких самолётных радиолокаторов и вести бой вне зоны зенитного огня не могли (исключая двухмоторные ночные истребители).

Обнаружение целей и их атаки истребителями при способе «Дикая свинья» происходили следующим образом:

а) при благоприятных погодных условиях атаковывались цели, освещенные и ведомые зенитными прожекторами;

б) при большой или сплошной облачности и малой толщине слоя облаков прожекторы подсвечивали облака снизу (подвижное и неподвижное «матовое стекло»), истребители обнаруживали противника на светлом фоне облаков и атаковали его;

в) при большой или сплошной облачности и большой толщине слоя облаков — поиск противника и атака при помощи светящихся авиабомб, сбрасываемых особыми подразделениями самолётов-осветителей (как правило, Ju-88); этот способ освещения слоя облаков сверху носил условное название «Саван».

При обороне Берлина способ «Дикая свинья» применялся особенно широко, причём зачастую даже в ущерб действиям на трассе полета и в районах сосредоточения бомбардировочных соединений противника.

Важную роль в действиях истребителей и зенитной артиллерии играли прожекторы. В ПВО Берлина в течение всей войны состоял 82-й зенитно-прожекторный полк, который в различные периоды включал в себя от шести до десяти дивизионов. На его вооружении в 1941–1942 гг. имелось 224 прожектора, из них 199—150-сантиметровых и 15—200-сантиметровых. В следующем году, до октября, число прожекторов увеличилось до 372. Максимальное число прожекторов в Берлине было с марта по август 1944 г. — 468 (из них 342 — 150-см и 126 — 200-см), а с августа 1944 г. по апрель 1945 г. оно уменьшилось до 384.

До 1942 г. личный состав прожекторных частей комплектовался из мужчин. В 1942 г. часть мужчин в штабах дивизионов и полка была заменена женщинами. В период с августа по ноябрь 1944 г. все мужчины рядового состава в боевых расчётах были заменены женщинами в возрасте от 18 до 35 лет, подготовленными в специальных учебных пунктах.

Схема дневного патрулирования истребительной авиации ПВО Берлина

Каждая батарея внешней линии прожекторов выставляла посты наблюдения за воздухом на удалении от 3 до 6 км от переднего края прожекторной зоны.

Расстояние между прожекторами (станциями) в первый период войны (до 1943 г.) было в пределах 2,5–3 км и в отдельных случаях достигало 4 км. С 1943 г. расстояние было уменьшено до 2–2,5 км.

Прожекторы располагались таким образом, что они не стояли в створе по отношению к центру объекта.

На переднем крае световой зоны располагались станции со звукопеленгаторами (60–70 %) и сопроводители (30–40 %). Половина всех станций, связанных с радиолокаторами, располагалась в тылу первого пояса световой обороны (внешнее кольцо батарей); остальные 50 % располагались во внутреннем поясе обороны. В центральной части Берлина станций с радиолокаторами и звукопеленгаторами не было.

200-сантиметровые прожекторы размещались равномерно по всему боевому порядку.

Почти на всех станциях с радиолокаторами устанавливались звукопеленгаторы, оборудованные синхронной передачей, предназначавшиеся для работы с прожекторами в случае повреждения радиолокаторов. Прожекторы, которые получали координаты цели от радиолокаторов зенитных батарей, устанавливались на расстоянии 50 м от радиолокатора.

До 1944 г. зенитно-прожекторные части не имели своих радиолокаторов и получали координаты цели исключительно от радиолокаторов зенитной артиллерии. С 1944 г. стали поступать радиолокаторы, специально предназначенные для обеспечения зенитных прожекторных частей, а к началу 1945 г. две трети всех радиолокаторов, обслуживавших прожекторы, были штатными радиолокаторами прожекторных частей.

В 1943–1944 гг. в боевом порядке имелись так называемые примыкающие прожекторы (работающие по трансформированным координатам цели от радиолокатора), которые устанавливались впереди радиолокаторов, на расстоянии 5–8 км. На один радиолокатор приходилось до трёх примыкающих прожекторов.

Основной задачей зенитно-прожекторных средств было опознавать, освещать и сопровождать лучами неприятельские самолёты, обеспечивая ведение прицельного огня зенитной артиллерии и атаку ночными истребителями. Вспомогательная задача: при облачной погоде содействовать ночным истребителям в обнаружении цели путем подсвечивания облаков.

Станции различных типов немцы применяли, сообразуясь с их тактическими особенностями.

200-см прожектор с радиолокатором использовался как ведущий прожектор (лидер). Он должен был открывать луч и освещать самолёты противника на предельных дальностях, при малых углах места и на больших высотах; сопровождать эти цели до передачи станциям «сопроводитель» и немедленно переходить на поиск и освещение новой цели.

200-см прожектор с радиолокатором и ночной оптической трубой 60-кратного увеличения должен был производить «тёмный поиск» (оптическим прибором без открытия луча) по данным радиолокатора. После того, как цель была найдена, прожектор освещал её лучом и сопровождал до передачи станциям «сопроводитель»

Прожекторы и звукопеленгаторы производили поиск и сопровождение самолётов на переднем крае световой обороны и сопровождали их до передачи станциям «сопроводитель».

Схема боевого порядка зенитно-прожекторных частей ПВО Берлина (июль 1944 — апрель 1945 г.

«Примыкающие прожекторы», установленные на переднем крае, работавшие по трансформированным координатам цели от радиолокатора и оборудованные ночной оптической трубой 60-кратного увеличения, производили «тёмный поиск», освещали найденную цель и сопровождали её до передачи станциям «сопроводитель». Такие же прожекторы, установленные в глубине световой зоны, производили поиск лучом.

200-см прожекторы с радиолокаторами, производившие «тёмный поиск», открывали луч на любой дальности до цели и при любом угле места в пределах зоны пеленга после того, как цель была поймана в оптическую трубу.

200-см прожекторы со звукопеленгаторами открывали луч при наличии пеленга на любой дальности при любом угле места. 150-см прожекторы со звукопеленгаторами открывали луч при наличии пеленга только при угле места более 45°.

Освещенная лучом станции «искатель» цель сопровождалась в первую очередь станциями данного взвода. 150-см прожекторы могли открывать луч для включения в сопровождение при угле места цели не менее 45°. Только в исключительных случаях допускалось сопровождение при угле места менее 45°. 200-см прожекторы могли открывать луч при любом угле места.

Цели сопровождались различным количеством прожекторов в зависимости от высоты полета цели, состояния погоды и поведения цели в луче. На высоте 4 км цель сопровождалась 6–8 лучами, на высоте 5 км — 8—10 лучами, на высоте 6 км — 10–14 лучами.