Я чувствовала себя неловко и откровенно глупо. Но кто бы знал, что так сложно держать в руках наполовину полную кружку с кофе! Я ухватилась за неё, как за нечто важное. Обнаружив вдруг, что боль в теле стала не такой яркой и резкой, когда я сосредоточилась на таком казалось бы простом деле.

— Одной рукой, — велел ректор и полез во внутренний карман пиджака.

Когда он взял меня за левую руку, то я чуть не уронила его проклятую кружку. Ветер завывал вокруг низким гулом, волосы лезли мне в лицо.

— Сосредоточьтесь, Аннабель, — отругали мне. — Это ваша рука и ничья больше. Магия не управляет вашим телом. Истощает - да, но не управляет.

Вот только возмутиться сил не хватило, пальцы не слушались, а колени подгибались. Вокруг становилось всё темнее и я всё больше ощущала это странное чувство, будто тьма проникает в мою магию… и словно поглощает её.

— Так, моторика не нарушена, руки чувствует, даже ключ не выронила, — деловито говорил ректор.

Он спокойно достал из внутреннего кармана пиджака широкий кожаный ремешок с металлическими мерцающими вставками.

— Держите крепче, можете даже отпить если получится, там отличный инцанский кофе, — сказал он, сжав моё запястье.

— Вы что издеваетесь? — я шокировано подняла на него глаза.

— Ага, зрачки не расширены, — констатировал ректор вглядываясь в моё лицо, а затем осторожно затянул ремешок на моей руке, внимательно наблюдая за моей реакцией.

Едва кожи коснулся металл вставок, как я почувствовала, что магия начала затихать, словно кто-то поставил преграду между мной и этой бурей.

Я смотрела на него и в тот момент Адам фон Кирс казался мне поистине зловещим. Его фигура, окруженная клубящейся тьмой в центре бушующей бури. Его спокойные глаза, холодные и безразличные ко всему хаосу вокруг, откровенно меня пугали.

Он неожиданно забрал у меня из рук кружку и поставил её на землю. Затем, резко и уверенно, затянул второй ремешок на моём запястье.

Невероятное напряжение резко исчезло, затаилось где-то внутри, отозвавшись давлением в груди. В этот миг силы окончательно покинули меня, и голова закружилась, мир поплыл перед глазами. Я потеряла равновесие и качнулась вперёд, но ректор удержал меня за плечи. Его хватка была крепкой, но он тут же сделал полшага назад, сохраняя дистанцию.

Ветер на площадке утих, оставив на плитке лишь следы бушующих воздушных лезвий. Тьма вокруг ректора так же рассеялась и меня ослепило солнце.

Я вздрогнула, когда Адам фон Кирс, не говоря ни слова, протянул руку и мягко убрал мешающую прядь волос мне за ухо. Его жест был небрежным, будто всегда вот так поступал со студентками.

— Да что вы… — хотела возмутиться я заплетающимся языком.

— Правила касательно внешнего вида выучить наизусть, — строго произнес он. — В следующий раз волосы огнем укорочу.

Я хотела отшатнуться, но он всё ещё держал меня стальной хваткой.

— О дальнейший уроках со мной вы не имеете права рассказывать ни единой живой душе. Ясно?

— Да…

Нет. Ничего мне не ясно! В голове был просто рой вопросов, которые я сейчас была не в состоянии озвучить. Голова кружилась настолько сильно, что я с трудом могла сфокусировать взгляд. Руки дрожали и казалось, что вот-вот я потеряю сознание.

— В первый раз я отключилась, — прошептала я, вглядываясь в холодные глаза.

— Конечно, это не удивительно. Вы бы и сейчас отключились, если бы рядом не было меня, — дернул он темной бровью, чуть задрав подбородок. — Если вы снимете эти браслеты без моего ведома, — сказал он тихо, но отчётливо, — то я накажу не вас, а ваших родителей.

Шок и возмущение захлестнули меня, я даже забыла, как дышать. В голове мгновенно прояснилось.

— Вы... вы не посмеете! — сорвалось с моих губ.

Он окинул меня ледяным взглядом и хладнокровно ответил:

— Можете проверить, — отрезал ректор и выразительно посмотрел на золотое кольцо на моем указательном пальце. Похоже, это был какой-то следящий артефакт.

Затем он отступил назад и передал меня куратору Аните, которая сдержанно взяла меня под руку. Ректор же, подхватив свою драгоценную кружку, направился в другую сторону. А ведь мог бы и сразу её поставить... а не проверять мою "моторику"... Фон Кирс вдруг обернулся и взглянул на меня так, словно сделал последнее предупреждение, а затем был таков, свернув на тропку ведущую в сторону центральной площади.

— Идемте, доведу вас до вашей комнаты, — участливо произнесла куратор. — Хотя ректор… мог бы и… — она поджала губы не решаясь продолжить.

А я не стала спрашивать. Как же хотелось лечь в постель и накрыться одеялом с головой и чтобы никто не трогал!

Но стоило нам вернуться в здание и свернуть за угол, как я заметила странное движение в глубине коридора. В тени мелькнула фигура, словно кто-то прятался и наблюдал за нами. Куратор ощутимо напряглась:

— Вы не имеете права находиться в этой части Академии! — гаркнула она.

Я всмотрелась внимательнее и узнала одного из студентов, который был со мной в дирижабле. Это он тогда сказал, что я не продержусь и недели. Только теперь его лицо было искажено не надменностью, а странной смесью злобы и страха.

Наши взгляды встретились, и он поспешил скрыться в другой стороне коридора. Едва парень исчез, как на его месте возникло нечто, чего я не ожидала здесь увидеть.

Куратор резко спрятала меня себе за спину.

Путь нам преградило огромное сияющее существо.