— Молодец, — хвалит меня дед, когда мы выходим из переговорной. — Думаю, пора тебе занять моё место, а мне на заслуженную пенсию.

В его голосе звучит усталость, но он никогда в этом не признается. Он очень любит свое дело и вряд ли готов мне сейчас уступить своё место. Но так же он боится, что я могу передумать быть преемником, и тогда не будет продолжения семейного бизнеса.

— Подожди. Мне нужно ещё получить диплом, — намекаю ему, что торопиться некуда.

— Ты прекрасно и без него справляешься, а диплом — это лишь формальность, — отмахивается он.

— Спасибо, конечно, но я бы не хотел торопиться, — хлопаю его по плечу.

— Останешься? — спрашивает дед, останавливаясь возле лифта.

— Нет, я поеду в университет. Скоро сессия, и пропускать не хочется.

— Ладно, — соглашается он, но тут же ловит мой взгляд. — Демьян, я хотел ещё обсудить выгодное сотрудничество с Романовыми.

— И что за сотрудничество? — настороженно интересуюсь я.

— Нужно укреплять на рынке свои силы, а слияние — это один из самых надежных способов… — начинает дед, и я сразу понимаю, к чему он клонит.

— Нет, — качаю головой.

— У Виктора подрастает прекрасная внучка, и вы будете отличной парой… — продолжает он, игнорируя мой протест.

— Дед, не начинай! — обрываю я его. — Я не женюсь ради бизнеса, — давлю интонацией, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. — И даже не пытайся что-то изменить, — предупреждаю я, зная историю мамы и тёти, которых также пытались выдать замуж по расчету.

— Ладно. Понял, — вскидывает он руки в примирительном жесте. — Я только предложил.

— Ты услышал мой ответ.

— Да, — протягивает мне руку.

Я пожимаю ему руку и захожу в лифт. Наблюдаю, как двери закрываются, и медленно выдыхаю, стараясь успокоить внезапно вспыхнувший гнев. Он всегда так: сначала давит своим авторитетом, восхваляет мои успехи, а потом, как гром среди ясного неба, выдает подобное предложение. Браки по расчету — это не для меня.

Направляюсь к парковке, обдумывая слова деда о слиянии. Романовы — серьезные игроки на рынке, и с их ресурсами мы смогли бы достичь гораздо большего. Но цена, которую он предлагает заплатить за это — моя свобода — слишком высока. Я ценю независимость больше, чем любые перспективы бизнеса.

А вот партнёрство на других условиях можно обсудить. Над этим мне стоит подумать. Нужно просчитать выгоду и возможные риски. Без брачных уз.

Сажусь в машину и завожу двигатель. Только собираюсь трогаться с места, как чувствую в кармане пиджака вибрацию телефона. Убираю ногу с педали газа и достаю мобильный. Выругиваюсь про себя, увидев знакомый номер на экране.

— Алло, — откидываю голову на подголовник и прикрываю глаза.

— Демьян, здравствуй, — в динамике раздается мужской голос, который уже месяц меня достает.

— Здравствуйте.

— Мы можем встретиться?

— А мы можем по телефону обсудить?

— Нет. Я же говорил, что это личный разговор.

— Личный, — бросаю взгляд на приборную панель и смотрю на время, раздумывая, соглашаться мне или нет. — Ладно. Давайте через полчаса в ресторане «АляКарт».

— Договорились. Я забронирую кабинку на фамилию Лазутин.

— Хорошо, — сухо отвечаю я, не испытывая ни малейшего энтузиазма.

Сбросив вызов, я устало тру переносицу. Что ему нужно? Поначалу я думал, что это как-то связано с покупкой участка для строительства, и конкуренты просто хотят его перекупить. Но он утверждает, что это личное. Если честно, я даже не догадываюсь, о чём именно пойдёт речь. Строил разные предположения, но ни одно не казалось правдоподобным.

Выдвигаюсь в сторону ресторана. "АляКарт" славится своей изысканной кухней и уединенными кабинками, что идеально подходит для конфиденциальных встреч.

Прибыв на место, едва я успеваю снять пальто, как в дверях появляется мужчина лет сорока, с короткой стрижкой и пронзительным взглядом. Он одет в строгий серый костюм, а на запястье дорогие швейцарские часы, что говорит о его достатке.

— Демьян? — уточняет он, протягивая руку.

— Да, это я. Присаживайтесь, — отвечаю я, пожимая его руку.

— Благодарю. Меня зовут Лазутин Дмитрий Анатольевич, — представляется он.

— Я представляться не буду. Вы и так знаете, кто я, раз так настаивали на личной встрече, — отвечаю я сдержанно, давая понять, что не намерен тратить время на пустые разговоры.

— Всё верно.

В кабинку заходит официант и протягивает нам меню.

— Мне американо, — сразу делаю заказ.

— Может, что-нибудь посущественнее? — предлагает Дмитрий Анатольевич. — Разговор будет долгим.

— У меня мало времени. Давайте по существу и без лишних вступлений.

— Хорошо, — усмехается он и переводит взгляд на официанта. — Мне тоже американо.

Официант кивает и быстро удаляется, оставляя нас наедине. Дмитрий Анатольевич, кажется, немного нервничает, то и дело поправляя часы на запястье.

— Я Вас слушаю, — произношу я, стараясь сохранить нейтральный тон.

— Твой дед или мама никогда не упоминали моего имени?

— Не припомню, — пожимаю плечами. — А должны были?

— Думаю, да, — пристально смотрит на меня. — Мы с твоей мамой учились вместе в школе.

Я молчу, ожидая продолжения. Но слушать весь этот бред совершенно не хочется. Ему явно не хватает смелости выложить всё сразу.

— Я любил твою маму, Демьян. Очень любил.

Этого еще не хватало. Сейчас он начнет рассказывать, как он страдал все эти годы?

— Слушайте, мне не интересно, что у вас было с моей мамой в школе. Если вы думаете, что я соглашусь перепродать вам этот участок, потому что вы любили мою маму в школе, то Вы зря потратили время, — поднимаюсь с места, готовый покинуть эту нелепую встречу.

— Демьян, — останавливает меня, хватая за руку. — То, что я хочу сказать, не относится к бизнесу.

— А то, что вы любили мою мать в школе, — усмехаюсь я. — Меня это никаким образом не касается…

— Касается!