Демьян продолжает пристально на меня смотреть. Не выдержав такого внимания, я задираю голову и приподнимаю одну бровь, безмолвно спрашивая: что?

Он едва заметно дёргает уголком губы.

— Ничего страшного. Всё заживёт, — раздаётся за моей спиной голос Милены, неверно расценив взгляд Демьяна. В его взгляде было любопытство и интерес, его совершенно не интересовали мои раны.

— Хорошо, — переводит на неё взгляд. — Спасибо.

— Пожалуйста. Но лучше бы, если ты вспоминал про тётку почаще и без причин.

— Обещаю, — искренне улыбается он.

Попрощавшись и поблагодарив ещё раз Милену, мы выходим на улицу. Демьян открывает передо мной дверцу машины и бросает на меня ещё один взгляд при дневном свете, словно хочет убедиться, что ему ничего не показалось.

Усевшись в салон, слежу, как Демьян оббегает машину и садится за руль. Достаёт из кармана очки и кладёт руки на руль, вглядываясь в стёкла.

— И это подделка, — заключает он, протягивая мне бутафорию. — Расскажешь, зачем себя так уродуешь?

— Уродую? — усмехаюсь, стараясь перевести всё в шутку. — Я, наоборот, пыталась выглядеть более эффектно.

Надеваю очки и надуваю щеки, поворачиваясь к нему лицом. Демьян качает головой и широко улыбается.

— В какой-то степени тебе это удалось, — хмыкает он, заводя двигатель. — Но всё же, зачем тебе всё это?

— Можно ответить коротко и без лишних вопросов? — снимаю очки и убираю в карман куртки. Нет уже смысла при нём маскироваться.

— Попробуй.

— Моя внешность создаёт мне слишком много проблем, — пожимаю плечами.

— Не хочу тебя расстраивать, но, по моим наблюдениям, это не твоя внешность создаёт тебе проблемы, — посмеиваясь, бросает на меня быстрый взгляд.

— В последнее время вы с Лебедевым создаёте мне проблемы, — фыркаю я.

— По-моему, мы их решаем.

— Ярцева сегодня на меня накинулась из-за Лебедева, а Стоцкая подставила подножку и грозилась, чтобы я больше к тебе не подходила, — выпаливаю я.

— Жанна тебе угрожала?

— Что удивительного? Она приревновала своего парня, увидев в его квартире другую. Нужно было, конечно, не мне угрожать, а тебе навалять за такое.

— Мы не встречаемся!

— Ага. Ты просто ночуешь у неё, — срывается с моего языка. — Прости, не моё дело.

Демьян отворачивается к окну, но я успеваю заметить на его лице улыбку.

— Ночую я в родительском доме. А с Жанной я поговорю, к тебе она больше не подойдёт.

— Я создаю тебе столько неудобств. Но я пока не могу снять жильё… — виновато начинаю я.

— Всё нормально, — перебивает он меня. — Меня ни сколько не напрягает, что ты живёшь в моей квартире.

— Ну да. Так что съехал к родителям, — смеюсь я.

— Я просто немного погостил у них, — пожимает плечами.

Сомневаюсь, он что-то не договаривает. Поджимаю губы, понимая, что пора заканчивать этот разговор. Не моё это дело.

Подъехав к дому, Демьян сразу заезжает в паркинг, что наводит меня на мысль: он сегодня будет ночевать в квартире? И это внезапно меня радует так, что хочется улыбнуться. Я так соскучилась по общению.

— Я сегодня вспомнила, что могла ещё потерять паспорт в универе, — начинаю я, когда двери лифта закрываются. — Когда Стоцкая подставила мне подножку, из рюкзака вывалились мои вещи, возможно, паспорт выпал тоже, а я не заметила.

— Надо поспрашивать, — он снова пристально смотрит на меня, словно изучает каждый сантиметр моего лица.

— Что, всё так ужасно? — морщусь я и тянусь рукой к царапинам.

— Нет, — качает головой и ловит мою руку. — Не трогай, — опускает мою ладонь и невесомо проводит большим пальцем по тыльной стороне. Машинально одёргиваю руку и поправляю рюкзак на плече, а затем убираю их в карманы.

Дома мы расходимся по комнатам. Я переодеваюсь в домашнюю одежду. Прихватив с собой телефон, иду на кухню и ставлю на плиту казан с пловом. Пока разогревается, набираю бабушку.

— Привет, бабуль.

— Лизонька, здравствуй. Как у тебя дела?

— У меня всё отлично, — заверяю я. — Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо.

— Бабуль, я переведу тебе на карту деньги. Не экономь, пожалуйста, и купи хорошие таблетки от давления.

— Откуда у тебя деньги? — взволнованно интересуется она.

— Я подрабатываю в университете, — достаю из холодильника тарелку с нарезанными овощами и ставлю на стол.

— Лизонька, лучше себе оставь. Они тебе нужнее.

— У меня всё есть. А вот тебе нужны хорошие лекарства.

Слышу за спиной приближающиеся шаги.

— Бабуль, мне пора. Завтра ещё позвоню.

— Хорошо.

Попрощавшись, достаю тарелки и, обернувшись, спрашиваю стоящего в дверном проёме Демьяна:

— Плов будешь?

— Буду, — он проходит и садится за стол.

— С вами ещё живёт бабушка?

— С нами? — непонимающе переспрашиваю.

— В квартире брата.

— Нет, — ставлю перед ним тарелку. — Бабушка живёт в другом городе.

— Ты оттуда перевелась к нам в университет?

Накладываю себе в тарелку порцию плова и сажусь напротив Демьяна, коротко отвечая:

— Да.

— Почему перевелась? — ловит мой взгляд и ждёт ответа. По его выражению лица понимаю, что отшутиться не получится, он не отстанет.

— Я из небольшого городка, а здесь больше возможностей, — пожимаю плечами. — Тут и практику лучше пройти в крупной фирме, чем в небольшой конторе.

— Согласен, — Демьян опускает взгляд в тарелку и приступает с аппетитом уплетать плов.

Я же продолжаю поглядывать на него с любопытством. Я всё-таки не ошиблась, и он кардинально отличается от привычных мажоров, которые считают, что земля крутится вокруг них.

И всё чаще я стала ловить себя на том, что он мне нравится. Не как друг, а как мужчина.

Трясу головой, запрещая даже думать в этом направлении. Нельзя! Учёба. Затем хорошая работа. Если я закончу университет с красным дипломом, получу хорошие рекомендации по своим проектам, я смогу с лёгкостью устроиться в какую-нибудь крупную компанию. Тогда я заберу бабушку и уеду. На осуществление своих планов у меня есть только год. А уже потом можно думать о личной жизни.

— О чём задумалась?

— Экономикой сегодня будем заниматься?

— Не хочется, — Демьян поднимается и ставит пустую тарелку в раковину. — Может, фильм посмотрим?

— Нужно подготовиться к завтрашним лекциям.

— Предлагаю завтра остаться дома. Пусть хоть немного затянутся раны.

Чёрт. Мне же нужно купить новые очки. А что делать с тональным кремом? Блин…

— Лиза, — вырывает меня из размышлений голос Демьяна.

— Что? — поднимаю на него взгляд.

— О чём задумалась? — склоняет голову набок.

— Я не могу прогулять. Мне нужны хорошие рекомендации, а ректор не любит прогульщиков.

— С ректором я договорюсь.

— Как? Заплатишь ему?

— Нет. Просто предупрежу, что нас не будет по уважительной причине.

— Ага, так он и поверил тебе, этот старый…

Недоговариваю, увидев насмешливое лицо Демьяна, он словно забавляется со мной и с любопытством ждёт моей реакции.

— Самойлов… — отпускаю нервный смешок. — Вы не однофамильцы?

— Нет.

— Станислав Валерьевич, твой дедушка?

— Можно и так сказать. Он дядя моего отца.

— Понятно, — поджимаю губы и поднимаюсь из-за стола, подхватив оставшуюся посуду.

Вот всегда так. Сначала я говорю, а потом думаю, и затем у меня возникают проблемы.

— Так что? Какой жанр предпочитаешь? — как ни в чём небывало спрашивает Демьян.

— Ужасы, — тихо выдыхаю я. Как и моя жизнь.

— Хорошо, — усмехнувшись, он выходит из кухни.

Фильм ужасов не пугает, а скорее раздражает своей банальностью. Демьян сидит рядом на диване, не касаясь меня, но я чувствую его присутствие каждой клеточкой тела. Стараюсь сосредоточиться на экране, но тщетно. Тогда я сворачиваюсь клубочком на диване и укладываю голову на подушку.

Открываю глаза, когда мне становится невыносимо жарко и тяжело дышать. Комнату освещает лишь экран телевизора с заставкой фильма, который мы смотрели.

Демьян.

Я резко спихиваю с себя тяжелую тушу и переворачиваюсь, встречаясь с сонным взглядом Демьяна. Он смотрит на меня своими помутневшими тёмными глазами. Его ладонь опускается на мою талию и притягивает меня ближе.

— Ты красивая, — шепчет он, опуская взгляд на мои губы.