Настойчивая мелодия мобильного заставляет меня распахнуть веки. В комнате светло, и это наводит на мысль: "Который час? "

Опускаю руку вниз и нащупываю телефон на полу. Подхватив его, не глядя отвечаю на вызов.

— Алло.

— Ты где?

— Демьян? — Я отстраняю телефон и смотрю на экран. Демьян. Глаза ползут чуть выше, и, увидев время 10:00, я подскакиваю с кровати. — Вот черт!

— Лиза…

— Я проспала, — тараторю в трубку.

— Через двадцать минут защита проекта… Макс переживает.

— Пусть потянет время! Уже бегу, — сбрасываю вызов и мчусь в ванную.

Вчера допоздна готовилась к проекту, уснула только под утро, вот и результат — проспала.

Уже пять дней я живу практически одна в квартире Демьяна. Он появляется только, когда нужно подготовиться к экономике, а после уезжает. Куда и зачем, я не спрашиваю. Но такое ощущение, что он просто меня избегает. Я его раздражаю, а выгнать меня, видимо, совесть не позволяет, ведь паспорт я так и не нашла.

Ева уехала домой, родители вернулись из отпуска. И, если честно, мне даже стало немного грустно. С ней было не так одиноко.

Быстро умывшись и почистив зубы, я неуклюже наношу толстый слой тонального крема и бегу одеваться. Телефон оповещает о новом сообщении. Натянув теплый свитер, открываю его:

«Возле подъезда тебя ждёт такси. Давай шустрее».

— За друга так переживает, — хмыкаю я, хватаю рюкзак и выбегаю в коридор.

Уже через пару минут я сижу в такси, пытаясь отдышаться. Опомнившись, судорожно открываю рюкзак и проверяю содержимое. Всё необходимое для защиты проекта на месте. Выдыхаю с облегчением, прикрываю глаза и откидываю голову на подголовник.

В университет захожу со звонком. Сдаю вещи в гардероб и бегу в аудиторию, стараясь не споткнуться. В памяти всплывают кадры моего недавнего падения, и я невольно замедляю шаг, оглядываюсь. Нужно спросить на посту охраны, не находил ли кто мой паспорт. А вдруг…

— Простите, можно войти? — спрашиваю я, распахнув дверь аудитории.

Седовласый профессор Смирнов, с непроницаемым выражением лица, окидывает меня взглядом и, нахмурившись, произносит:

— Входите!

Испытав невероятное облегчение, прохожу в аудиторию и направляюсь к своему обычному месту, но чуть не спотыкаюсь, увидев там Лебедева. Перевожу взгляд на следующий ряд: там сидят Демьян и Стоцкая.

"Выдохни, Лиза, все сидят парами из-за проекта. Потерпишь часок их компанию", — уговариваю себя, усаживаясь через один стул от Лебедева.

— Я уже подумал, ты решила меня кинуть, — пододвигается ко мне Лебедев.

— И себя заодно, — огрызаюсь я, доставая листок бумаги. — Прочитай, — протягиваю ему, ощущая, как жар волной поднимается из-под свитера к лицу. Отодвигаю ворот свитера, чтобы хоть немного облегчить зуд, который становится всё сильнее.

— Ты мне даже речь подготовила, — довольно откидывается на спинку стула, впиваясь взглядом в текст.

— Прочитай несколько раз, — советую я, обмахивая лицо тетрадью. Жарко.

Профессор вызывает первых студентов для защиты проекта. На защиту выделяет не больше десяти минут. Есть время собраться с духом. Терпеть не могу, когда я в центре всеобщего внимания.

Следующими выходят Демьян и Стоцкая. Я прикрываю глаза и пытаюсь сосредоточиться на своем проекте, прокручивая в голове слайды. От волнения у меня даже начинают потеть ладошки.

— Не кипишуй, Мымрочка, — Лебедев приобнимает меня за плечи, — всё будет в шоколаде.

— Руку убрал, — шепчу я в повисшей тишине.

— Продолжайте, Самойлов, — доносится голос профессора.

Скидываю руку Лебедева и поднимаю взгляд на трибуну, сталкиваясь взглядом с Демьяном. Он, откашлявшись, продолжает свою речь, а Стоцкая препарирует меня взглядом. Ну, что опять не так?

— Я так понимаю, весь проект делал Самойлов, — хмыкает профессор.

— Как он догадался? — шепчет Лебедев.

— Она ни слова не произнесла, — озвучиваю очевидные вещи.

— Ты поэтому мне накатала речь, — довольно машет листком бумаги.

— Это моя благодарность. Больше такой щедрости не будет.

— Следующими выступают Лиза Никитина и Максим Лебедев с проектом "Нестандартный маркетинг для крафтовой кофейни: запах кофе и креатива".

Мы поднимаемся и под пристальными взглядами аудитории направляемся к трибуне.

Я делаю глубокий вдох.

— Мы представляем вашему вниманию проект, цель которого — разработать эффективную маркетинговую стратегию для крафтовой кофейни, основанную на нестандартных и креативных подходах….

Лебедев уверенно подхватывает и продолжает, где это необходимо.

После завершения презентации наступает тишина. Профессор Смирнов смотрел на нас с удивлением.

— Что ж, господа, должен признать, ваша работа приятно удивила. Особенно подготовка Лебедева.

— Я старался, — самодовольно тянет он.

— Садитесь, — профессор укоризненно качает головой. — Никитиной хоть спасибо скажи!

— Конечно, — обнимает меня за плечи и ведет к нашему месту. — Я тут подумал, давай я тебе тоже буду платить, а ты за меня будешь делать все проекты.

— Нет, — скидываю его руку.

— Да ладно тебе! Это лучше, чем стирать грязные носки и убирать унитазы!

— Что? — ошарашенно останавливаюсь, не веря своим ушам.

Лебедев, подмигнув, протискивается на свое место, а я перевожу взбешенный взгляд на Демьяна. Вот значит, как он объяснил мое присутствие в его квартире. Ну конечно, что может делать убогая мымра у самого главного мажорского индюка!

Демьян считывает мою реакцию и хмурит брови, а мне так и хочется ему показать средний палец и сказать, куда он может идти со своей помощью.

Но, увы, мне приходится сжать зубы и молча сесть на свое место. Деньги теперь у меня есть, а вот документов нет. Как говорится, без бумажки ты просто букашка. Вот именно так я себя и чувствую.

После пары я собираю рюкзак и выхожу из аудитории. Все студенты отправляются в столовую на обед, а я решаю сначала зайти в туалет. Ужасно чешется лицо.

Заворачиваю за угол и уже тянусь к ручке двери, как меня хватают за пучок и заталкивают внутрь.

Резкая боль пронзает кожу головы, заставляя вскрикнуть. Меня швыряют на кафельный пол, и я с ужасом смотрю вверх. Передо мной возвышается Ярцева Марина, а за ней маячит Стоцкая с презрительной ухмылкой на лице.

— Что, мымра, не ожидала? — цедит Ярцева, приближаясь.

— Что тебе надо?

Я пытаюсь подняться, но она грубо толкает меня обратно на пол. Жар на лице усиливается, зуд становится невыносимым.

— Держись подальше от Макса.

— Не нужен мне твой Лебедев, — поднимаюсь на ноги.

— Не нужен? — шипит она. — Я сегодня заметила, как он тебе не нужен.

— Что ты заметила? Совсем помешались на своих мажорах, что уже видится то, чего нет.

— Ты что, назвала меня больной? — она размахивается и отвешивает мне хлёсткую пощёчину. Очки отлетают в сторону. Затем она хватает меня за волосы и дёргает на себя. Я размахиваюсь и бью куда придётся. Задев её по лицу, эта стерва впивается ногтями мне в шею, задев скулу. От острой боли в глазах темнеет, но от нахлынувшей злости я делаю рывок, хватаю эту дрянь за длинный хвост и дёргаю на себя. И мы вместе заваливаемся на пол.

— Быстро отпустила её! — внезапно раздаётся грозный мужской рык.

Отлично, ещё сейчас мне влетит от мажора…