Потом мы все-таки домылись.
И даже съели по какому-то бутерброду. Просто собрали пазл из продуктов, которые нашлись в моем полупустом холодильнике.
Мне было немного стыдно перед Олегом. Раньше в нашем общем доме всегда было первое, второе и компот.
А одной мне — много надо?
Да и лень.
Но он словно даже не обратил внимания. И от предложения поджарить ему яичницу отмахнулся.
Мы немного поспорили на тему, кто где будет спать. Я сдалась после прямого взгляда в глаза и спокойного вопроса:
— После всего, что между нами было, я должен спать на диване?
Черт с ним!
Действительно, чего уже терять-то?
И я спокойно повернулась задницей к бывшему мужу, натягивая на себя плед.
— Ты что, спать собралась? — его рука моментально забралась мне под футболку.
— Оле-ег, — простонала я. — Отстань. Мы сотремся же.
— Я точно нет, — заверил он меня самым честным голосом на свете.
Коротко поцеловал в шею и стянул пижамные шорты вниз.
Я не стала сопротивляться.
Не отстанет же. Сто процентов. Каким он бывает после своих поездок, я помнила. А уж эта, на полтора года…
— Какая ты узкая, ммм, — Олег от удовольствия даже начал постанывать.
Двигался во мне медленно-медленно. Проталкивался до упора, замирал на пару секунд и подавался назад.
Кровь кипела от его размеренных движений.
— Неужели у тебя такой стремный любовник, а? Со стручком?
— Пошел ты нахрен, Днепровский!
Охренел?!
В попытках вывернуться, я заерзала под ним.
— У тебя все мысли только о моих любовниках? А предположить, что их нет — слабо? — я пихнула его в грудь и попыталась перевернуться на бок.
Все очарование момента, все возбуждение растаяло.
И продолжать уже не хотелось.
— Стой!
Олег почти рявкнул.
Сжал меня руками, снова уложил на спину, подмял по себя.
Серые глаза зависли ровно над моим лицом:
— Хочешь сказать, что у тебя никого нет?
— Нет! — под веками стали собираться непрошенные слезы.
Отчего я плачу? Непонятно.
Но хотелось зареветь жутко.
— Вика, не шути со мной, — в голосе бывшего мужа появилась угроза.
— Какие шутки, ты о чем? — ну вот и в голосе появилась истерика. — Нет у меня никого, и не было, понятно?
Он замер.
Как огромный, сидящий в засаде, тигр. Приготовился к прыжку.
— Не было?
— Нет, — я отвернулась.
Закусила губу, чтобы не расплакаться от обиды. Но не шмыгать носом не получалось. Сопли мешали дышать.
— Ты с момента нашего развода ни с кем не спала, Вика?
Да что ж ты такой тупой-то, Днепровский!
В каких вариациях тебе еще это сказать надо?
— Нет. Пусти.
Крупное тело вдруг расслабилось. Я отпихнула его легко, одной рукой. Встала с постели, натянула свои шорты и пошла на кухню.
Засранец!
Обидно было до жути. До истерики. Хотя, если рассудить, то от чего? Логично же, что у молодой свободной женщины могут быть любовники. Это просто я такая, что после Олега не могла никого воспринимать.
Не хотела, чтобы меня трогали чьи-то чужие руки.
Целовать другого?
Бррррр…
Олег пошел за мной.
Снова голый.
Сам достал из холодильника коньяк. Налил себе рюмку, залпом выпил. Взъерошил волосы двумя руками.
Я смотрела в окно и медленно цедила воду из стакана.
О чем говорить?
Не о чем. Вообще все, что произошло сегодняшней ночью — очередная ошибка и глупость.
Не стоило нам встречаться.
А уж заниматься сексом — тем более.
— Вика, — голос у Олега был серьезным. — У тебя действительно никого не было за эти полтора года?
— Отвали, Олег, — устало ответила я.
— Скажи, — с нажимом приказал он. — Мне надо знать. Наверняка.
Я вздохнула.
— Нет. Никого не было.
— Почему?
— А зачем? Ты помнишь, из-за чего мы развелись? Ты все время где-то пропадал по службе. Я была одна. Я привыкла так жить. И сейчас я в своей жизни не хочу никого видеть. Мне так удобнее.
— А секс?
— Секс… Ну, а что секс? Вот тебя мне еще на полтора года хватит точно, — я горько усмехнулась.
Знал бы ты, родной, как я тебе сейчас вру! Да и себе заодно. Но ты, почему-то, этого не считываешь.
— Тогда у меня есть к тебе предложение.
Сердце в груди гулко ударилось и замерло. Предложение?
Он что…
— Я вернулся домой на месяц. Потом снова командировка. Как ты смотришь на то, чтобы стать моей любовницей на этот месяц? Я заплачу.