Катю отпустили домой чуточку раньше: в середине декабря, но взяли с неё слово, что до лета она будет раз в три недели возвращаться в центр на встречу с разными специалистами, чтобы они удостоверились, что ей и вправду стало намного лучше. О полном исцелении пока рано было говорить, однако ремиссия однозначно наступила. К тому же своим положительным примером Катя должна была мотивировать других подростков, рассказывая им, как изменилась её жизнь в лучшую сторону — такое в центре регулярно практиковалось.

Конечно же Катя согласилась — в своё время её и саму впечатлили успехи предшественников и предшественниц. И разговоры с ними и вправду немало ей помогли, ведь те ребята тоже когда-то были в похожей ситуации, что и она.

Дома Катя будто оробела, не зная куда себя девать — всё казалось каким-то далёким, словно из другой жизни, а ведь по сути так оно и было. И теперь нужно было привыкать жить по-новому, чтобы не вернуться к тому, до чего довели попытки подогнать себя под стандарты человека, которому на Катю, да и не только на неё, было глубоко наплевать. Отныне она собиралась относиться к себе и своему здоровью со всей серьёзностью и ответственностью. И всё же понимала, что полностью не излечилась, да и, возможно, никогда до конца не излечится, однако в её силах было навсегда оставаться в ремиссии. Родители и сестра обещали любую поддержку — Катя не могла их подвести. Но самое главное — она не могла подвести себя.

— Кристина? — Катя постучалась в закрытую дверь зала.

— Заходи!

— Ты что делаешь?

Кристина рылась в платяном шкафу.

— О! Нашла! — Она вытащила на свет нежно голубой, но при этом металлизированный свитер-оверсайз.

— Ты куда-то идёшь?

— Угу. С Ульяной кофе пойдём попьём. — Кристина натянула джинсы поверх термобелья, а под свитер надела хлопковую водолазку. Может, пока и не мороз, но это не повод не заботиться о здоровье. — А что? Ты что-то хотела?

— Ну… — Катя затеребила края домашней плюшевой кофты с единорогом — ей его выбирала Анечка, очень уж хотела отблагодарить тётю Катю за подарки, которые она ей передавала из центра помощи. — Я тут подумала… А переезжай ко мне обратно, а? Это ведь и твоя комната…

— Да ну! — покачала головой Кристина и улыбнулась. — Я уже к залу привыкла, да и я всё равно скоро уеду!

— Куда? — ахнула Катя. — К Кириллу?

— Пока нет. — Щёки Кристины стыдливо заалели. — Сначала учёбу закончу, а там как получится. Ладно, Кать, скажи лучше, как я выгляжу?

— Шикарно!

— Ну и отлично! Всё, я побежала! Сырники в миске, сметана в холодильнике, клубничного варенья нет — я доела.

— Ты же помнишь, что ужин с меня?

— Угу! Я не опоздаю!

Кристина на ходу чмокнула сестру в щёку и под весёлый смех умчалась на встречу с подругой.

Кто бы мог подумать, что родственную душу удастся найти не где-нибудь, а на маминой работе. Именно там, где Кристина до сих пор подрабатывала. Ульяна работала на полную ставку, но в другом отделе. Познакомились они с Кристиной в очереди за пончиками в сахарной пудре, разговорились. Слово за слово и они договорились встретиться во время обеда и прогуляться до ближайшего кафе. И вот уже целый месяц они нарадоваться друг на друга не могли. Кирилл даже в шутку говорил, что ревнует.

Телефон Кристины зазвонил.

— Да? — подняла трубку она.

— Я уже почти на месте! Ты скоро?

— Минут пять-семь.

— Ага, и я так же.

Вместо положенного для конца декабря снега шёл дождь. Монотонный, неспешный и непрекращающийся, как в самые меланхоличные дни ноября. О том, что скоро Новый год напоминали деревья, завёрнутые в виноградные лозы гирлянд, на главных улицах, ёлки, украшенные у заведений да светодиодные украшения на окнах кафе-ресторанов, а также в некоторых квартирах. По городу же, особенно на окраинах, иллюминацию днём с огнём не сыщешь. Э — экономия! Что же до главной ёлки, традиционно радующей горожан в Парке Горького, то с ней приключился казус. По всем бумагам она уже стояла наряженная, а по факту её так и не собрали. А всё потому, что таинственным образом исчезла добрая треть её пластиковых лапок, а половина украшений оказалась непригодной. Обещали со дня на день всё наладить. Три недели назад обещали.

Впрочем, если захотеть, то нужное настроение можно с лёгкостью создать себе самому. Например, отправиться в «Небо», где его работники расстарались, чтобы никто не усомнился, что совсем скоро Новый год, навешав повсюду гирлянд и бантиков с колокольчиками. Большую ёлку в помещении ставить было негде, поэтому рядом со входом украсили тую. Ну, не ёлка, но всё равно красиво.

— Привет! — Ульяна, низенькая шатенка в нежно-розовом пуховике, пришла первой и стояла неподалёку от той самой туи.

— Привет! Ты почему без зонтика?

— Забыла, — пожала плечами Ульяна. — Ничего, капюшон есть. Идём, я жуть какая голодная!

— Добро пожаловать! — заулыбался бариста Андрей, Филипп сновал среди столиков.

— Добрый день! — ответили улыбками Кристина и Ульяна.

В пятницу днём кофейня уже была переполнена, но им повезло: как раз столик у окна освободился. К сожалению, не возле Цербера, но он, отныне возлегающий аж на пяти подушках с золотыми кисточками, был хорошо виден всему заведению, поэтому жаловаться было не на что.

Вчера был смена Ангелины и Михаила, а сегодня на пятничный пост заступили Андрей и Филипп. А это означало, что здесь где-то как раз должна была находиться и Наташа, бывшая Катина одноклассница. Она недавно узнала, что Катя вернулась и даже успела с ней встретиться. Прежнюю дружбу пока восстановить не удалось, но начало было положено.

— Как на работу ходит, — с умилением хмыкнула Кристина, усаживаясь за столик, с Наташей она успела обменяться приветственными улыбками и кивками. — Два через два.

— И откуда только столько денег у школьницы? — вздохнула Ульяна. Сегодняшний выход в кофейню по её подсчётам будет последним в этом году — слишком много потратила на новогодние подарки для семьи и друзей. О себе она тоже не забыла, и заветного часа под ёлочкой её дожидалась новенькая сумочка, в которой лежал абонемент в SPA. Кучу денег отдать пришлось, но оно того однозначно стоило.

— А она бесплатно.

— В смысле? Я тоже так хочу!

— Хочешь? Тогда тебе надо понравится кому-то из сотрудников, и они будут за тебя платить.

— Погоди… — Ульяна сдвинула брови и повнимательнее посмотрела на Наташу. — Ей же лет шестнадцать…

— Семнадцать.

— А понравилась она?..

— Андрею. Он сейчас за стойкой.

— А ему? — Глаза Ульяны округлились. — Двадцать семь? Двадцать восемь?!

— Двадцать четыре — я узнавала. Не волнуйся ты так. Я уже всё выяснила. Да, они нравятся друг другу, это правда, причём, как Андрей рассказывал, это была любовь с первого взгляда у него. Хотя я думала, если честно, что это Наташка в него влюбилась, а он просто терпит. А оно вон что вышло. Пока Андрей её просто подкармливает, но близко к ней не подходит и к себе не подпускает. Ей в начале мая восемнадцать исполняется, да и школу она оканчивает. В общем, ждёт.

— Первый раз такое вижу, — поражённо качала головой Ульяна. — Чтобы взрослый парень и согласился так долго ждать…

— Вот такое здесь место волшебное. В «Небе» все чудесные.

— И кот чудесный… Блин, хочу его погладить!

— Подойдём, когда место освободится.

Погладить Цербера удалось только через час, но это время не было потрачено зря. В «Небе» обновилось меню, и всё теперь имело новогоднюю тематику. Вчера Кристина заходила сюда с Кириллом и детьми, и они успели уже многое попробовать, сегодня же она сосредоточилась на другой части меню. Для Ульяны же всё пока было в новинку, и она, помня, что вскоре походы в кафе-кофейни для неё будут под запретом, разошлась так разошлась. В итоге, большую часть пирожных пришлось заворачивать с собой — в Ульяну не влезло, а Кристина отказалась, потому что ей ещё вечером с родителями и Катей ужинать. Сестра пообещала приготовить что-нибудь эдакое.

— Всё, больше не могу. — Ульяна допила последний глоток новогоднего рафа. — Сейчас лопну!

— Не надо, пожалуйста! — хохотнула Кристина.

К ним подошёл Филипп и передал Ульяне пакет с остатками её пирожных, она добросовестно надкусила каждое.

— Вот, пожалуйста, — официант приветливо улыбнулся и заглянул ей в глаза. — Будем рады Вас снова здесь видеть, Ульяна!

— Спасибо, Филипп! — Кристина, посмеиваясь про себя, ответила за подругу, потому что та будто внезапно онемела и смогла только кивнуть.

Когда официант ушёл к другому столику, Ульяна отмерла и, придвинувшись к Кристине ближе, тихонько поинтересовалась:

— А ему сколько?

— Кажется, двадцать… Или девятнадцать. Не уверена.

— Чёрт, маленький слишком. — Самой Ульяне на прошлой неделе исполнилось двадцать пять.

— Ну, разве что, если верить паспорту.

— Ладно, — хмыкнула подруга, — воспитаем.

Дождь не стал изменять себе и продолжил наводить тоску на город. Но как он ни старался, а настроение у горожан с каждым часом улучшалось. Во-первых, пятница, вечер. Во-вторых, завтра суббота. А в-третьих, скоро Новый год!

Вот в таком чудесном расположении духа Кристина и вернулась домой, где уже умопомрачительно пахло запечённым мясом с ароматными травами, а на столе ярким напоминанием о лете стоял салат из свежих овощей, в небольших белых тарелочках пестрели канапе, и отдельно для папы в маленькой пиале вперемешку лежали оливки и маслины — его любимое сочетание.

Катя хлопотала на кухне, а мама и папа пришли вслед за старшей дочерью и принесли тортик. Кристина же в «Небе» приобрела пачку свежеобжаренного и свежемолотого кофе.

— Как пахнет! — потянул носом папа и водрузил торт на столешницу возле мойки, а затем развязал ленточку и снял крышку. — Катюх, а давай ты на Новый год такое же приготовишь, а?

— Не вопрос, — ответила она, пряча довольную улыбку. — Я могу ещё фруктовый десерт сделать.

— Это тот, который Анечка почти весь в одиночку съела? — уточнила мама. Она стояла рядом с мужем и контролировала, чтобы он ненароком не уронил торт на пол.

— Ага.

— Обязательно сделай! — поддержала сестру Кристина. — Мне он тоже понравился. Правда, мне почти не досталось.

— Ничего, в этот раз больше сделаю, — пообещала Катя.

Знакомство родителей с дедушками состоялось ещё в ноябре. Общий язык они нашли быстро. Юрий Павлович сразу согласился на то, чтобы дети называли его деда Юра, Ольга Дмитриевна попросила же, что бы к ней обращались по имени, но без отчества. Отчего-то у Анечки не получалось как следует его выговорить, у неё всё время выходило «Лёля».

«Ну, Лёля так Лёля», — с лёгкостью тогда согласилась Ольга Дмитриевна.

А всего через десять дней они все вместе будут встречать Новый год. Большой и дружной семьёй.