Происшествие в доме Хармонов стало настоящей сенсацией и долго не сходило с первых полос крупнейших газет по всей стране.

В Сиэтле инцидент оставался главной новостью больше недели.

Многих повергло в ужас, что Магда появилась из ниоткуда, убила молодую няню своей биологической внучки, а потом напала на родную дочь и ее приемную мать, рассчитывая похитить ребенка.

В первых же репортажах сообщалось, что Марджори Коул пережила покушение на убийство, совершенное Магдой, которая попыталась ее задушить, а Сара, потерявшая много крови, была прооперирована и выжила.

Интерес к нападению спровоцировал горячие дискуссии в интернет-сообществе «Охотники в поисках Магды», а ведущие «Сердец-обличителей» посвятили делу еще несколько выпусков, рассказав зрителям о своей роли в расследовании.

Пока общественность задавалась множеством вопросов, связанных с Магдой, Пирс, Бентону и их коллегам удалось собрать все факты воедино. После тщательного обыска квартиры Магды под картами расположения гнезд обнаружились другие карты Монтаны, Айдахо и Вашингтона. На них были отмечены места захоронения трупов.

Как только останки эксгумировали, полиция провела экспертизу, в ходе которой патологоанатомы и криминалисты пришли к выводу, что жертвы были задушены или зарезаны вскоре после исчезновения.

Изучив компьютер убийцы, детективы узнали о ее планах. Выяснив, где живут Марджори, Сара и Кэти, Магда терпеливо наблюдала за ними, а также устроилась в дом престарелых волонтером под именем Беллы Спенсер. Следуя патологической одержимости датами и числами, Магда решила убить Марджори и Сару в тот самый день, когда потеряла дочь.

– Так она хотела отомстить им за то, что, по ее мнению, было предательством, – сказал Арт Аккер репортеру из «Нью-Йорк таймс».

По словам старшего детектива, Магда собиралась похитить Кэти, которая приходилась ей внучкой, и расположить ее к себе, а затем связаться с семьями жертв, не раскрывая тайну своей личности. В расчете на сочувствие и финансовую поддержку она сказала бы им, что Кэти страдает от смертельно опасного недуга и нуждается в дорогостоящем лечении. А также предъявила бы личную вещь, якобы принадлежавшую жертве, заявив, что знает, где покоятся ее останки, и готова поделиться сведениями в обмен на вознаграждение, которое потратит «на лечение внучки».

– Она снова хотела использовать ребенка. Такая уж у нее гнусная, извращенная фантазия. Впрочем, ей вряд ли удалось бы провернуть подобный трюк. Родственники погибших наверняка обратились бы в полицию, – пояснил Аккер «Нью-Йорк таймс».

Вскоре после того, как дело было закрыто, Пирс и Бентон обсудили его между собой.

– С самого начала что-то все время шло не так, – пожаловалась Ким.

– Мы были в шаге от Магды, но в жизни все сложнее, чем в кино, – заключил Бентон. – Какие у тебя впечатления от первого раскрытого убийства?

– Я многое узнала. О расследованиях. И о людях, – поделилась Пирс. – Кстати, Карл, как там Элизабет?

Детектив улыбнулся:

– Только что начала лечение новым препаратом с коэффициентом выживаемости в семьдесят процентов. Надежда есть. А ты? Какие планы?

– В следующем месяце едем к родне в Аризону. Отпразднуем пару событий. А сын похвастается новым барабаном. – Она показала коллеге фотографию Итана с барабаном.

– Симпатично, – одобрил Бентон. – Просто класс.

Через пару месяцев Райан Гарднер привез родителей в тихую сельскую местность на окраине Хартфорда, штат Коннектикут.

Они остановились у небольшого кладбища в ухоженном церковном дворе, прячущемся в тенях красных кленов и черных берез.

Вместе прошли по мягкой траве к свежему надгробию, на котором было выбито:

Кэрри Арлин Гарднер

21 февраля 1973 года – 1995 год

Вечно любимая дочь и сестра

Мать Райана села на корточки и нежно смахнула сухие листья с фундамента. Было слышно, как поют птицы. Среди колокольчиков и диких гераней, окаймляющих двор, порхали бабочки. На несколько минут воцарилась тишина, которую нарушила мать Райана:

– Сейчас у Кэрри была бы своя семья и чудесная жизнь. Но хорошо, что она наконец-то дома, рядом с нами.

Райан обнял маму одной рукой.

Потеря дочери изменила женщину навсегда, но сегодня он увидел в маминых глазах едва заметный свет, словно нескончаемая боль немного ослабла.

Отец выглядел человеком, которого много раз ломали и собирали вновь. После того как он твердо решил бросить пить и стал регулярно посещать собрания анонимных алкоголиков, мать предложила ему вернуться домой. Когда он, стоя у могилы дочери, взял бывшую жену за руку, на душе у сына стало тепло.

Закрыв глаза, Райан вновь оказался с Кэрри в фотокабине на рынке Уэстфармс. Сестра обняла его, и они громко расхохотались.

Семья снова вместе. Мы всё преодолеем.

Схожие сцены можно было наблюдать по всей стране: на кладбищах Бостона, Балтимора, Денвера и за ее пределами, в Манчестере, Великобритания. После того как останки Фрэнка и Лидии Уорреллов, Уиллоу Ив Уокер, Брента Портера, Шэрон Лэнс и Джереми Данстера были возвращены семьям, родные и близкие каждой из жертв встретились, чтобы почтить память жертв.

Когда о деле узнали родители и друзья Анны Шоу, они тоже провели панихиду и помянули девушку.

Но в отдаленном уголке Монтаны одна смерть осталась неоплаканной.

По согласованию с властями округа Кинг, останки Магды были переданы на временное хранение в администрацию города Биг-Суит-Уотер, а тело Германа Райкера вернули родственникам в Айдахо много лет назад, вскоре после его самоубийства. Дядя Германа высказался против того, чтобы Магда покоилась рядом с его племянником в Хэйден-Лейк. Тогда власти Монтаны решили, что лучше всего похоронить убийцу рядом с приемными родителями, Нельсоном и Скарлетт Курц, на кладбище в Биг-Суит-Уотер.

Однако, как и дядя Германа, местные жители возмутились, узнав, что ненавистная Магда будет покоиться рядом с теми, кого они любили, и не пожелали родному краю столь дурной славы.

В конце концов останки Магды были сожжены и погребены, а на ее могиле нет ни памятника, ни даже таблички с именем.

Она покинула этот мир так же, как пришла в него: в безвестности.

Отыскав останки Кэрри и выследив Магду, Райан наконец закончил расследование, которому посвятил бо́льшую часть жизни.

Он вернулся в Сиэтл, где намеревался написать книгу, наполненную ужасом, болью, воспоминаниями, надеждой и любовью – чувствами, с которыми он, как и многие другие жертвы Райкеров, жил каждый день.

Основными действующими лицами его истории должны были стать Сара, Кэти и Марджори. Ведь, как и он, они были пострадавшими.

Но главное, что им всем удалось выжить.

Пальцы Кэти бегали по гладкой поверхности резного жирафа в кабинете доктора Мехты.

Когда девочка держала фигурку в руках, ей становилось легче.

После происшествия в доме Хармонов именно Кэти настояла на продолжении встреч с доктором Мехтой. Когда сеансы возобновились, психотерапевт занялась лечением душевных травм, оставшихся у девочки после нападения Магды. В отличие от предыдущих визитов, Кэти больше не боялась быть откровенной.

– Итак, если не считать того ужасного вечера, тебе еще приходят в голову дурные мысли, как в случае с Анной?

– Нет. Они исчезли.

– А как ты это поняла?

– Трудно объяснить. Но, кажется, теперь я знаю, что мы с мамой хорошие люди. Даже если маленькая плохая мысль проберется мне в голову, я не поддамся и прогоню ее.

Доктор Мехта заключила, что таким образом Кэти выстраивает защитный механизм, ведь нравственные ориентиры, унаследованные ею от матери, затмили жестокость, присущую ее биологической бабушке. Трагедия только укрепила принципы девочки, и ее готовность осознанно говорить об этом давала повод для оптимизма.

– Молодец, Кэти.

– Мама объяснила, что Белла была давно забытой родственницей, из-за которой люди говорили о нас плохо. Позже мама пообещала рассказать больше.

– Так и будет. Недавно я тоже с ней разговаривала. Скоро ты обо всем узнаешь.

Кэти кивнула, поглаживая жирафа.

– Мне очень нравится эта фигурка.

– Знаешь, – улыбнулась доктор Мехта, – для многих жирафы олицетворяют сразу несколько важных качеств.

– Каких?

– Грацию, красоту, а еще способность возвыситься над всеми невзгодами и увидеть надежду за горизонтом.

Выйдя из больницы, Сара начала ходить к доктору Олеве Кренсик, психотерапевту, которая работала с ее моральной и эмоциональной травмой.

Физические раны еще не зажили, но мало-помалу здоровье приходило в норму.

Доктор Кренсик помогла Саре осознать, что ее героизм не только спас Кэти, но и укрепил моральные ценности девочки, защитив от угрозы зла во всех смыслах этого слова.

И все же Саре было трудно смириться с тем, что жизнь заставила ее сойтись в смертельной схватке с Магдой, ее биологической матерью. Сару по-прежнему преследовали стыд и чувство вины за то, что гены убийцы могли передаться Кэти. А мысль, что рано или поздно придется посвятить дочь в темное прошлое их семьи, не давала покоя.

– Ваши чувства вполне естественны, – объясняла Кренсик, – но ничем не оправданы. Вы не можете нести ответственность за Магду. А вините себя лишь потому, что у вас доброе сердце. Это неизбежно. Думаю, вам станет легче, если вы перестанете держать тревоги в себе. Подумайте о том, что только благодаря вам Кэти освободилась от генетической власти убийцы. Смерть Магды – это ваша победа над злом, очищение, избавление, шанс для вас, Кэти и вашей матери начать жизнь с чистого листа.

За нападением Магды последовала целая череда событий.

Марджори столкнулась с рядом физических и психологических проблем на долгом пути к выздоровлению, но возвращение в свой дом в Северном Сиэтле вместе с Сарой и Кэти пошло ей на пользу.

Хармоны подали иск против дома престарелых «Сильвербрук-Хиллс» из-за халатности, допущенной его руководством, которое не потрудилось досконально изучить биографию Беллы Спенсер и обеспечить безопасность постояльцев на должном уровне. Однако Хетта Боден урегулировала спор во внесудебном порядке, выплатив семье Сары большую компенсацию. Эти средства позволили организовать необходимый уход за Марджори прямо на дому, а также переделать обстановку в соответствии с потребностями пожилой женщины.

Мел и его команда организовали народный сбор пожертвований для Сары и ее семьи, однако Сара решила передать деньги родственникам тех, кого убила Магда, включая родителей Анны Шоу.

Сара и Кэти лично навестили Линору и Чака Шоу, чтобы сообщить им новость и озвучить собранную сумму.

На эти деньги супруги учредили мемориальную стипендию имени Анны.

В первые дни после нападения, пока Сара восстанавливалась в больнице, Райан Гарднер передал ей записку. Узнав о том, кто он такой и какую роль сыграл в тот вечер, утешая Кэти до самого приезда полиции, Сара позволила нанести ей визит, и Райан наконец рассказал ей свою историю.

В заключение он сказал:

– Наши жизни связаны, Сара.

– Да, – согласилась она. – И простите меня.

– Вам не за что извиняться.

Он продолжил ее навещать, и вскоре они подружились.

Спустя пару недель после возвращения домой Сара обдумала просьбу Райана и через несколько дней ответила согласием, решив, что они с мамой должны помочь ему в написании книги.

– Так все мы будем уверены, что мир наконец узнает правду, – подчеркнула она.

Вскоре Сара вернулась на неполный рабочий день в закусочную «Джет-таун» и одновременно прошла обучение, чтобы получить лицензию агента по недвижимости.

Одним солнечным днем они с Кэти отправились в парк Керри.

– Сегодня я начну рассказывать тебе правду о нашей семье, – сказала Сара, пока они любовались видом на центр Сиэтла. – Помнишь, я говорила, что меня удочерили?

Кэти кивнула.

– Так вот, это еще не всё. Видишь ли, много лет назад мои родители – нет, не бабушка Марджори с дедушкой Джорджем, а люди из Монтаны, с которыми я жила, когда была маленькой, столкнулись с проблемами, – объяснила Сара. – Большими проблемами взрослых. Дело зашло так далеко, что они уже не могли обо мне заботиться…

Сара продолжала рассказ, а ее дочь водила большим пальцем по гладкой шее резного жирафа, подаренного доктором Мехтой. Слушая маму, девочка знала: что бы ни случилось, им под силу возвыситься над невзгодами. Вместе они переживут любое ненастье.

Кэти нисколько в этом не сомневалась, ведь сейчас, глядя на паромы, курсирующие по заливу Эллиотт, она смотрела гораздо дальше, за горизонт, туда, где всегда есть место надежде.