— Instagram? Но у меня нет там профиля.

— Я же сказал: речь о самопознании. У тебя есть профиль в Instagram, и лучше поторопись. Я перезвоню.

Сколько горя и страданий ты этим причиняешь…

Маркус был уверен: лишь один человек придерживается этой извращённой точки зрения — Ханс-Петер Рёвених.

Он отнял смартфон от уха и растерянно уставился на экран.

Instagram… Он знал, что там выкладывают фото с подписями и что платформа кишит инфлюенсерами, зарабатывающими на сочетании самопиара и продакт-плейсмента, но профиля у него не было, и он никогда этим не пользовался.

Повинуясь наитию, смахнул экран влево и просмотрел установленные приложения. Пёстрая иконка в самом верху сразу бросилась в глаза.

Instagram.

Открыл приложение — оно потребовало имя пользователя, адрес электронной почты или номер телефона и пароль.

Открой свой профиль в Instagram… свой профиль.

Имени пользователя у него не было, поэтому он ввёл личный адрес электронной почты и замер перед пустым полем для пароля.

Шорох поблизости заставил вздрогнуть. Затаил дыхание, прислушался… Снова — шелест в кустах перед ним. С облегчением понял: слишком тихо для человека. К тому же звук быстро удалялся. Зверёк. Он снова сосредоточился на смартфоне.

Пароль. Хоть это и казалось бессмысленным, ввёл стандартный — тот, что использовал везде в интернете, где требовалась регистрация, — и подтвердил. Ошибка.

— Логично! — прошептал Маркус.

У тебя есть профиль в Instagram, — сказал этот гад. Но Маркус был уверен, что это неправда. Как войти в чёртов профиль, которого не существует?

Можно сойти с ума. Он лихорадочно соображал.

Был ещё один пароль — исключительно для онлайн-банкинга. Специально сделал его сложным: заглавные и строчные буквы, цифры, спецсимволы. В полной уверенности, что не сработает, ввёл, подтвердил и… вошёл.

Озадаченно уставился на экран. Первым показали фото пользователя Django-King — скалящийся питбуль. Подпись: Новая боевая машина!

Как, чёрт возьми, у него может быть профиль в Instagram? С паролем, который он использует только для банка и который никто, кроме него, не знает? И почему первым делом ему показывают питбуля? Похититель создал профиль? Но откуда тогда этот конкретный пароль?

Как бы то ни было, он впервые залогинился на этой платформе — в этом Маркус был уверен, — и сейчас не время ломать голову. Потом разберётся.

Оглядел маленький экран, пытаясь сориентироваться. Значок плюса в правом верхнем углу — похоже, то, что нужно для идиотского поста. Осталось найти фото вывески — скачает с сайта компании.

В правом нижнем углу — крошечное круглое фото его самого; при виде него по телу прошла горячая волна, несмотря на мороз. Нажал — открылась новая страница с увеличенным снимком, и последние сомнения развеялись: позапрошлогодний отпуск в США, Беттина щёлкнула его в тире. Маркус позирует с крупнокалиберным револьвером.

— Чёрт, — вырвалось у него.

Это фото он никому никогда не показывал, тем более нигде не выкладывал.

Затем взгляд зацепился за имя жирным шрифтом в левом верхнем углу — очевидно, имя пользователя.

No.Mercy. Никакой пощады.

Картинка поплыла перед глазами. Маркус уставился на тёмные кусты вокруг, ища точку, за которую можно зацепиться взглядом.

Кто мог создать этот профиль? Откуда личное фото? Откуда пароль? Даже Беттина его не знала.

Мотнул головой. Сейчас есть вещи поважнее. Леони. Нужно сосредоточиться на дочери.

Глубоко вдохнув холодный воздух, переключился на браузер и вскоре скачал фото вывески с сайта компании, сохранив на смартфон. Хоть это сработало.

Вернувшись в Instagram, нажал на плюс, подтвердил автоматически показанное фото и принялся писать.

Настоящим признаю, что с нашей фирмой я зарабатываю много денег…

Запнулся. Текст, в котором хвастаешься, что зарабатываешь кучу денег на шеринге, — потребовал тот тип. И чтобы убедительно.

Стёр написанное и задумался над формулировкой. Утешало одно: профиль не под его именем. No.Mercy … это не имеет к нему отношения. Но стоило взгляду упасть на фото вывески, как он понял свою ошибку. Kern & Kern Carsharing. Яснее связать ник с реальным именем просто невозможно. Именно этого ублюдок и добивается. Но и эти размышления сейчас неважны. Будь убедителен, иначе дочь лишится одной вещи…

Подышал на пальцы, пытаясь согреть. Они так замёрзли, что едва шевелились. Постепенно снова смог печатать:

Привет всем! Просто хочу высказаться. Я зарабатываю кучу денег на каршеринге. Да, вы правильно прочитали. Предоставляю вам кучу старых тачек и беру за это хорошие деньги. Ну да, иногда кто-то бьётся, но мне, честно говоря, плевать. Главное — касса звенит. На этом всё…

Перечитал с тошнотворным чувством в животе, нажал «Поделиться» и понадеялся, что получилось достаточно убедительно.

Взглянул на часы — 22:26. Скоро должен появиться Филипп. Мысль, что он скоро будет не один, — едва ли не единственное, что позволяло держаться. Не считая мыслей о дочери.

Прежде чем закрыть Instagram, ещё раз взглянул на профиль и заметил под фото ссылку. Криптическое название и расширение .onion указывали на очередную страницу в даркнете. Опять.

В который раз спросил себя, что всё это значит. Чего добивается тип, похитивший сначала жену, а потом дочь, этими играми? Просто хочет отомстить — неизвестно за что? Или за этим стоит что-то ещё? Но что?

Самопознание. В этом профиле Instagram нет ничего, что имело бы к нему отношение. В чём тогда должно состоять его самопознание? Связано ли это со ссылкой, которую он, по-видимому, должен был обнаружить?

Оставалось одно: скопировал ссылку в Onion-Browser. Открылась страница с полями для имени пользователя и пароля. Над ними витиеватым шрифтом: INEXORABILIS.

В гимназии Маркус прошёл расширенный курс латыни, но значение этого слова либо никогда не знал, либо забыл.

Подумал ввести своё имя, но решил попробовать No.Mercy и банковский пароль. Сработало с первого раза. Когда открылась следующая страница, стало ясно, что означает латинское слово.

ПОЯСНЕНИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

INEXORABILIS (лат.) — неумолимый, неотвратимый, непреклонный.

No.Mercy (англ.) — «никакой пощады», «без пощады».

Onion-Browser — браузер для доступа к сайтам в даркнете (анонимной сети Tor); расширение .onion указывает на скрытый ресурс, недоступный через обычный интернет.

Инфлюенсер (от англ. influencer) — лидер мнений в социальных сетях, зарабатывающий на рекламе и продвижении товаров.

Продакт-плейсмент (англ. product placement) — скрытая реклама товаров и брендов в медиаконтенте.

Расширенный курс латыни — в немецкой гимназии: углублённое изучение латинского языка с итоговым экзаменом (Großes Latinum), дающее возможность читать античные тексты в оригинале.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 28

Среда, 22:31

Это оказался форум, и по заголовку и характеру постов нетрудно было догадаться, какого склада люди здесь собрались. Исключительно мужчины.

INEXORABILIS — Неумолимые

Содержание постов на главной странице было настолько примитивно-сексистским, женоненавистническим и прославляющим насилие, что при мысли о собственном аккаунте здесь Маркуса едва не стошнило.

В левом верхнем углу — кнопка «Мои публикации». Словно притянутый магнитом, палец скользнул туда и нажал.

Появился длинный список заголовков — всё якобы опубликованное им. Нервничая, Маркус наугад ткнул в один. Пост примерно шестинедельной давности, заголовок: Просто в морду. Текст вульгарным языком, который точно не принадлежал ему, описывал, как автор якобы избивает жену — Беттину — за то, что посмела возразить. Одобрительные комментарии внизу под стать — омерзительные.

Маркус оторвался от невыносимых описаний и вернулся к списку. Желудок свело судорогой.

Даты в правом краю строк уходили почти на год назад — он понял это, быстро пролистав вниз.

Снова попытался осмыслить, что всё это значит. Безуспешно.

Кто взял на себя труд почти год публиковать такую жуть в аккаунте, созданном с его секретным паролем? И почему…

Входящий звонок прервал размышления. Филипп.

— Ты где именно? — спросил тот. — Я припарковался метрах в пятидесяти от входа в Пальменгартен.

— Хорошо, — ответил Маркус, радуясь голосу друга. — Я совсем рядом. Полицию видишь?

— Нет, ни души. И по дороге сюда тоже никого.

Неужели отступились? Или решили, что он постарается уехать подальше от дома тестя и точно не станет возвращаться?

— Ладно, жди там. Иду.

Маркус подавил искушение ещё раз заглянуть на форум — особенно в профиль своего аккаунта — и убрал смартфон. Этим займётся позже. Может, найдёт что-то полезное.

Упёршись обеими руками в ледяную землю, он начал подниматься — резкая боль прострелила спину и ноги. Застонал, замер согнувшись, потом осторожно выпрямился.

Несколько раз глубоко вздохнув, пробрался сквозь кусты к узкой тропинке, по которой пришёл. Через несколько шагов добрался до дерева, остановился и прислушался, затаив дыхание. Тишина — лишь вдалеке шум мотора.

Обогнул дерево и двинулся дальше. Вскоре вышел на улицу мимо входного павильона Пальменгартена и зашагал к зданию.

«Гольф» стоял на краю парковки, в плохо освещённом месте. Филипп виднелся внутри лишь тёмным силуэтом.

Оглядевшись в последний раз, Маркус сел на пассажирское сиденье и осторожно прикрыл дверцу.

— Всё в порядке? — спросил Филипп.

— Нет. Совсем не в порядке. — Маркус потянулся за ремнём и пристегнулся. — Но спасибо, что приехал. Ты моя последняя надежда. Этого не забуду.

— Да ладно, само собой.

Маркус покачал головой.

— Не когда тебя ищет полиция как убийцу. Тут быстро остаёшься один.

— Ерунда. Тот, кто тебя знает, не поверит, что ты на такое способен. — После короткого смешка без тени веселья Филипп добавил: — Хотя надеюсь, что я в тебе не ошибаюсь.

— Не ошибаешься. А вот другие — да. И это я тоже не забуду, — горько ответил Маркус.

— Так куда едем?

Маркус не раздумывал.

— В Вёльштадт. — Голос прозвучал мрачно. — Нужно кое к кому наведаться.

Филипп молча завёл мотор и тронулся. Первый отрезок проехали в тишине; Маркус напряжённо оглядывал окрестности. Когда наконец оставили район Пальменгартена позади, Филипп глянул на него:

— Ты ещё на связи с этим типом?

— Да, он звонит и говорит, что делать дальше.

— И? Введёшь в курс?

— Конечно. — Маркус вкратце пересказал всё важное за последние часы. Только о форуме умолчал — сам не понимая почему.

— Ничего себе. Жёстко. — Филипп помолчал. — И ты думаешь, Рёвених за всем этим стоит?

— Он единственный, кто приходит в голову. Судя по тому, как этот тип по телефону всё время напирает на каршеринг — больше некому. И идея с идиотским текстом в Instagram тоже в его духе. Ему ещё тогда, сразу после аварии, хотелось только одного — выставить нас на публичный позор.

— И ты думаешь, он до сих пор винит тебя, и его ярость так велика, что он идёт на убийство и похищает ребёнка? Спустя больше двух лет?

— Да. По-моему, он хочет видеть меня мёртвым.

— Но вы же не виноваты, он должен это понимать. Машины и тогда проверялись так же тщательно и регулярно обслуживались в сертифицированных мастерских.

— Конечно. Но когда случается такой удар, логика отключается. Я тогда не держал на него зла за обвинения. Человек потерял жену и маленького ребёнка… — Маркус сглотнул. — Теперь я знаю, как это страшно.

После паузы он продолжил:

— После суда мы хотели немного помочь ему деньгами. Не потому что чувствовали вину — просто было его жаль. Хотели поддержать в первое время, чтобы хотя бы финансовых проблем не было. Но он был так полон ненависти… И после сегодняшнего разговора ясно — ничего не изменилось. К тому же он запил.

— Ладно, но всё-таки… убийство?

Маркус пожал плечами.

— Он знает, что по закону ничего не добьётся. И произвёл на меня впечатление человека, которому уже всё равно — в том числе собственная жизнь. От него вполне можно такого ожидать.

— А как насчёт… как его звали, того мотоциклиста?

— Юсс. — Маркус на секунду задумался и цокнул языком. — Настоящего имени не знаю, но он нормальный мужик. Я рад, что помог. И понимаю, что соскочил. Даже у самого добродушного человека готовность помогать незнакомцу когда-то заканчивается. Тем более если того ищут по подозрению в убийстве и помощь ему — обвинение в соучастии. Ты сам знаешь.

Филипп скривился.

— К тому же я заверил его, что получу серьёзную помощь от тестя. По крайней мере, тогда так думал.

Маркус смотрел за боковое стекло — на освещённые фонарями фасады, проплывающие мимо. Магазины, рестораны, офисы, банки… Неприветливые и холодные. Тёмные стеклянные поверхности, лишь кое-где тронутые одиноким светом.

Хотя мир банков и финансов в сердце Франкфурта всегда был ему чужд, сейчас даже бездушные бетонные коробки казались нормальным, благополучным миром, к которому он больше не принадлежит.

— Уже думал, где будешь ночевать? — спросил Филипп.

— Нигде. Этой ночью решится, как сложится моя жизнь.

Филипп остановился на красный и повернулся к нему.

— Этой ночью? Точно?

— Да. Если к трём не сделаю всё, как требует эта тварь, он прикажет изнасиловать мою пятнадцатилетнюю дочь перед камерой. Но если повезёт — найду её и похитителя раньше.

— И тогда?

Маркус не ответил.

Отвернулся к окну.

Его пугали собственные мысли.

Шёпот в голове.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 29

Она понятия не имеет, сколько уже сидит на этом стуле — в свете прожекторов, под наблюдением камер. Красные огоньки кажутся ей глазами крошечных злобных демонов, притаившихся в засаде и выжидающих момент, чтобы наброситься.