Смех отпустил меня не сразу. Минуты три я приходил в себя, вытирая слёзы и поглядывая на уведомление, от которого снова начинал хихикать. Маша терпеливо ждала, скрестив руки на груди, и периодически поглядывала на Имирэна. Эльф задумчиво чесал затылок, виновато смотря на капитана, мол: «Ну сошёл с ума командир, с кем не бывает!»

— Ты закончил? — поинтересовалась Маша, когда я, наконец, выпрямился и вытряхнул из уха воду.

— Почти, хе-хе… — Я вытер лицо и глубоко вдохнул морского воздуха. — Нужно поговорить с глазу на глаз. Только не здесь: много чужих ушей.

Маша кивнула в сторону кормы.

— Капитан! Мы воспользуемся вашей каютой — всё равно вам пока корабль в безопасные места выводить… — прокричала она морскому волку.

— Я могу возразить и попросить вас этого не делать? — с надеждой спросил он.

— Нет. Но обещаю: мы ничего не испортим, — ответил я, направляясь в глубины трюма.

— Мне с вами идти? — поинтересовался Имирэн.

— Ты давно уже стал частью стаи, так что да, конечно, — хлопнул я его по спине и открыл дверь.

Капитанская каюта оказалась тесной комнатушкой с низким потолком, круглым окном размером с тарелку и столом, привинченным к полу. На стене была приколочена карта побережья Домена. Два стула, одна лавка у стены и кровать. Имирэн побрезговал садиться на последнюю и занял лавку, Маша села на стул, а я остался на ногах и опёрся спиной о дверь. Активировал звукопоглощающий артефакт.

— Итак… — Маша подалась вперёд. — Что заставило ржать нашего командира, как умалишённого?

Я вывел перед собой системное окно и вслух перечитал описание добытой сферы, наслаждаясь каждой строчкой.

Легендарная сфера воды «Гидрос».

Вы поглотили природный артефакт, рождённый в глубинах мирового океана. Сила водной стихии слилась с вашим телом и духом и навсегда изменила вашу связь с водой.

Пассивная генерация Эфира: 4 капли в сутки. При полном погружении в воду генерация увеличивается до 8 капель в сутки.

Наделяет вас особенностями:

«Дитя глубин» — ваше тело полностью адаптировано к водной среде. Давление глубин, температура и отсутствие воздуха более не представляют для вас угрозы. Вы способны дышать под водой неограниченное время. Скорость передвижения в водной среде увеличена на 50%.

«Жидкая мана» — при полном погружении в воду скорость восстановления маны увеличена на 200%.

«Повелитель водяных потоков» — мастерство магии Воды увеличено на 25%.

«Фиоротушитель» — сопротивление магии огня увеличено на 100%. Урон заклинаниями водной стихии увеличен на 50%. Урон заклинаниями водной стихии по сущностям огня дополнительно увеличен на 100%.

Это была не просто легендарная природная сфера с набором бонусов, каждый из которых стоит отдельного легендарного артефакта… Это персонально выданная мне сфера, созданная с одной-единственной целью — сделать меня способным бросить вызов сильнейшим магам огня. И даже их богам. Это и вызвало у меня истерический смех.

Я всегда думал, что сам решаю свою судьбу и иду, куда хочу, а сейчас понял, как глуп я был…

Всё это время Система невидимыми нитями управляла моей жизнью. Да, она предоставляла право выбора, но я всегда делал тот самый выбор и сталкивался с последствиями.

— Как интересно… — отреагировала Маша. — «Дитя глубин» означает, что ты теперь можешь нырять на любую глубину, находить сокровища на дне морей и океанов. А ещё без проблем сражаться, если встретятся морские чудовища. Тебе больше не нужен корабль…

— Да. Всё верно. А восстановление маны превращает любой водоём в источник силы. Теперь мне в «Длань Владыки» нужно срочно упаковать полную ванну.

— Двадцать пять единиц к мастерству воды… — задумчиво произнёс Имирэн. — Не очень хорошо понимаю, что это означит…

— До этого у меня было двенадцать. Максимум, что мне известен, — это сто. Тех, у кого мастерство свыше пятидесяти, впору называть могущественным архимагом, человеком-армией, способным сразиться против тьмы врагов. Но всё это меркнет в сравнении с последней особенностью…

— Фиоротушитель… — появившись, задумчиво произнесла Алиса.

— Совпадение? — с интересом спросила Маша.

— Не думаю, — покачал я головой и вопросительно глянул на божественного консультанта.

— Точно нет. Система назвала способность по имени бога. Конкретного бога. Того, с кем Алексу и мне предстоит однажды столкнуться лицом к лицу. Ты поэтому так ржал? — уточнила Алиса.

— Конечно! Я думал, что стал сильным, сам решаю, куда идти, что делать, а тут она меня, как котёнка, носом ткнула и даже без спецзадания дала понять, чего от меня хочет. Система — мастер намёков…

— У Системы точно есть чувство юмора… — Маша откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. — Совершенно неслучайно посреди огромного моря ты ощущаешь сферу, оказываешься в состоянии её добыть. Система выдала тебе оружие, заточенное под конкретную цель. Даже в честь него особенность назвала.

— Ну да-а… Алиса, можешь мне кое-что объяснить?

Алиса вопросительно посмотрел на меня и кивнула.

— Мы уже поняли, что Система таким образом дала мне скрытое задание. По сути, лицензию на убийство бога. Но разве смертному это по силам? Зачем ей давать мне это задание? Неужели она сама не в состоянии избавиться от него, если он стал ей бесполезен или вреден? Что за отношения у неё с такими, как Фиор? С богами вроде тебя и Элеи?

Алиса не торопилась с ответом. Она скрестила руки на груди, прикрыла глаза и несколько секунд молчала. Когда открыла их, в её взгляде не было ни тени привычного ехидства.

— Да. Считай, это лицензией и заданием, Лисоглядов. Ты всё правильно понял. Ты молодец. Я представляла, что оно работает именно таким образом.

— Можно, пожалуйста, чуть подробнее? — попросил я.

— Не знаю… — задумчиво посмотрела Алиса в потолок. — Похоже, что можно… Не чувствую негативного внимания и дрожи моей божественной души. Да и вам, — она посмотрела на Машу и Имирэна, — будет полезно это узнать. Если только наш эльфийский друг и так не был в курсе…

— В курсе чего? Я вообще ничего не понимаю! — признался длинноухий маг земли и природы.

— Ну, тогда слушайте… Не все случайности в этом мире являются таковыми. — Она оттолкнулась от стены и прошлась по каюте, огибая стол. — Некоторые вещи, происходящие с избранными, — это цепочка решений Системы. Результат анализа поведения, записей о действиях, оценки рисков. У неё есть механизм, работающий постоянно для каждого избранного. Он спит обычно. Пробуждается лишь тогда, когда избранный делает нечто выходящее за рамки привычного, и привлекает внимание Системы, передавая ей собранные сведения за всё время жизни подопечного. И на основании результатов этой оценки избранным порой предоставляются возможности.

Маша перевела взгляд с Алисы на меня и обратно:

— Ты хочешь сказать, что сфера оказалась на морском дне именно для Алекса? Это не случайность?

— Понятия не имею, — развела Алиса руками. — Скорее всего, сфера там лежала давно. Очень давно. Может, тысячи лет. Но то, что вы выбрали именно этот маршрут, что Алекс почувствовал её на такой глубине, что решился нырнуть и не повернул назад, — всё это звенья одной цепи. И возможно, что некоторые особенности, которые Алекс получил, были приписаны после того, как цепочка «случайностей» привела нас в эту точку мира. Система не создаёт возможности из ничего, всё в этом мире гармонично. Она лишь подсказывает, куда идти, чтобы получить шанс обрести то, что она припрятала.

— Но большинство не находят её даров, верно? — уточнил я у Алисы.

Лисонька покачала головой:

— Практически никто. Кто-то проходит мимо, кто-то пугается, кто-то игнорирует, не считая нужным идти, и упускает возможность. Вариантов, почему кто-то не стал кем-то значимым, множество. Но почти всегда проблема в самом избранном и его решениях. Система даёт возможности. Но использовать их или нет — личный выбор каждого.

Я переварил услышанное. Значит, весь мой путь: все эти безумные решения, все прыжки в неизвестность — не просто удача. Система наблюдала, оценивала, подкидывала мне возможности одну за другой. И я их подбирал, потому что отступать не в моих правилах. Интересно, сколько таких возможностей я всё-таки пропустил, даже не заметив?

— Ладно, допустим. Но вот что мне не даёт покоя… — Я упёрся ладонями в стол и наклонился вперёд. — Если Система настолько могущественна, что следит за каждым избранным, оценивает и даёт возможности, чего она с богами сюсюкается? Зачем ей нужен смертный с водяными заклинаниями, когда она способна перекроить целый мир?

Маша согласно кивнула:

— Тоже не пойму: почему Система не уберёт его сама? Даже мы знаем, что он планирует диверсию против неё, хочет пойти вразрез с её прошлыми решениями и освободить первых богов, которых она когда-то создала. Зачем ей нужно, чтобы смертный наращивал силу и шёл убивать бога?

Имирэн добавил:

— Она не хочет или не может справиться сама?

Алиса провела ладонями по голове, приглаживая уши, и закатила глаза. Несколько секунд она молчала, и я видел, как её взгляд блуждает по потолку каюты. Она к чему-то прислушивалась.

— Раньше… — начала она медленно, — Система реагировала на подобные вопросы. Давала понять, что язык нужно держать за зубами. Предупреждение могло быть мягким или не очень, но оно всегда приходило. А сейчас…

Она замолчала и подняла раскрытые ладони перед собой.

— Ничего. Ни намёка, ни покалывания, ни давления на разум. Молчание. А значит, тайна может быть раскрыта. НО!

Мы все внимательно посмотрели на Алису.

— Но это не значит, что вы сможете потом свободно распространять эти знания. Для вас это тоже проверка. Если сделаете неправильный шаг, разнесёте информацию, которая навредит Системе, она это запомнит. И когда-нибудь отреагирует. Может, через год. Может, через десять. Она не торопится с такими вещами. Но ничего не забывает…

Маша с Имирэном переглянулись. Я пожал плечами. Ну, ничего нового. Мы и раньше жили под наблюдением всемогущей сущности, управляющей целым миром. Одним секретом больше, одним меньше.

Алиса начала ходить по каюте из угла в угол. Три шага туда, разворот, три шага обратно. И хвост нервно подёргивался в такт её шагам.

— Вообще, это очень древняя история… Настолько древняя, что, когда я стала богиней, она уже считалась легендой. Даже среди богов о ней не принято было разговаривать открыто. И я по крупицам осторожно собирала информацию воплощение за воплощением. Задавала правильные вопросы неправильным существам, копалась в руинах и архивах тех, кого давно забыли. И до сих пор не уверена, что вся теория, которую я выстроила, — не бред воспалённого лисьего разума.

— Если Система захочет тебя поправить, она поправит. — Я опустился на стул и устроился поудобнее. — А если решит, что нам вредно знать больше, — даст понять. Ты же сама только что об этом сказала. Не переживай и говори.

Алиса остановилась у круглого окна. За стеклом поднимались тёмно-синие волны и виднелись скалы, мимо которых наша «Чайка» успешно проплывала.

Алиса кивнула и повернулась к нам лицом.

— Хорошо. Тогда слушайте… И попытайтесь ответить мне на вопрос: как по-вашему, Система создала этот мир и оберегает его, как своё дитя, или этот мир был создан по воле законов мироздания, и однажды, чтобы сохранить его, защитить от разрушительных сил из самых дальних уголков вселенной, кто-то могущественный создал её, нашу мать-хранительницу Систему?

Мы втроём переглянулись и, не найдя во взглядах друг друга соображений на этот счёт, уставились на Алису.

— Те, кто знал ответ на этот вопрос, уже давно не существуют… Но первые боги, первые дети Системы, возможно, могут подсказать ответ. Одно мы знаем наверняка: когда они появились, чтобы защитить этот мир, он уже был заселён избранными из всех уголков вселенной.

А к тому моменту, когда появилась я, первые боги уже были запечатаны в тюрьме и весь мир представлял из себя хаос. Но та война, ради которой создали Первых, была окончена. Остались лишь её последствия. И было создано новое поколение богов, для того чтобы вместе с избранными принести порядок в этот мир. Только вот наследие Первых и их проклятия оказались столь сильны, что породили множество новых проблем.

Последствия этих «проклятий» до сих пор угрожают Миру Избранных, как и прочим. Демоны, монстры, мутанты, вторжения тварей из заражённых скверной миров в миры, оберегаемые тенью Системы. Не враги Системы уничтожили миры вроде твоего, Алекс. На Землю вашу движется портальный шторм с монстрами оттого, что один из богов проклял свою создательницу и отказался умирать. Его заперли в вечной тюрьме, но оброненная им проклятая сила, подобно болезни, поглотила множество миров, а затем, как вирус, продолжила распространяться.

— И что? Это никак не остановить? — удивился я. — Как они находят миры?

— Через саму Систему… Они и она — части одного целого. Их пытаются остановить по-всякому. Миры скрывали, отключали от Системы, включали режим тишины… Но всё бесполезно. Затем Система начала открывать предварительные врата, дабы подготовить миры к нашествиям. Она, используя свои ресурсы, давала шанс выжить каждому миру. Кто-то справлялся, а кто-то нет.

— Неужели она такая слабая? — удивилась Маша.

— Это лишь моё предположение, но, чтобы создать Первых, ей пришлось отдать значительную часть собственных сил, — сказала Алиса. — И, когда война закончилась, она попыталась их вернуть, но те отказались и стали использовать её же силы против неё. Она ослаблена изнутри, так ещё и большую часть своих сил тратит на то, чтобы контролировать целостность тюрьмы. Добавьте к этому миллиарды избранных, за которыми нужно следить, новых богов, которым она тоже дала часть своих сил, и вы поймёте, что на полноценную борьбу в далёких уголках вселенной сил просто не остаётся. Я вижу это так: мы её воины, её защитники в этой бесконечной войне. И мы должны поддержать её, чтобы те, кто сотни тысяч лет пребывал в заточении и чьи души полны злобы и ненависти, не вернулись в этот мир и не убили всё, что она создала, в отместку за свою судьбу.

— Тогда зачем Фиор и ему подобные хотят их освободить? — нахмурил брови Имирэн.

— Потому что они верят, что их пощадят. Правителям нужны подданные и верные генералы. Они хотят свергнуть Систему и подчиниться новым императорам, стать их верными слугами, получить ответы на вопросы и отомстить Системе за те обиды, что у них накопились… А в этом несовершенном мире, где все то и дело воюют, где миры умирают и мечты оказываются покрыты прахом надежд, очень легко поверить, что это не ты оказался слабым, а это во всём Система виновата. Ты можешь считать, что заслуживаешь куда большего, но Система тебя якобы ограничивает.

Грешные души есть не только у простых смертных и избранных, но даже у богов… — задумчиво произнёс я, начиная понимать, в какой тяжёлой ситуации находится весь этот мир уже тысячи лет.

Система, словно компьютер, разделила свои возможности на триллионы процессов и просто не вытягивает новые глобальные изменения, что исправят ошибки. И всё, что ей остаётся делать, — отражать атаки «вирусов», латать дыры в своей обороне и надеяться на нас — простых смертных. Верить, что среди миллионов существ найдётся достаточное количество крепких духом разумных и понимающих, которые будут готовы помочь ей, стать оружием в её руках и капля за каплей обрести силу, способную уничтожить тех, кто вредит ей.

Мир живёт по своим законам, а Система ведёт войну по совершенно иным. И по крупицам она отбирает тех, кому стоит вручить большую силу, чтобы в конечном итоге отправить их сражаться с истинными монстрами, которые существуют долгие годы и копят силы для очередного удара.

— Кажется… — тихо произнёс я, — до меня дошло, зачем она отправила меня к Тарну Камнелому… Он такой же как и я…