Оля

Нашу встречу, мы с Валерой решили перенести на вечер. Просто днём я была занята. От обеда осталось всего полчаса. Ну, он предложил встретиться вечером, поужинать вместе. А я согласилась! Валера… Господи, Боже ты мой! Неужели я, в самом деле, согласилась на это?

Теперь вот еду в такси и волнуюсь, как девочка. Да, я решила, что лучше будет приехать туда на такси. Чтобы не провоцировать лишних разговоров на свой счёт. Валера не настаивал, хотя сказал, что обратно отвезёт на машине. Тем самым намекая, что пить не собирается. Что уже хорошо! Значит, меня тоже напаивать не планирует. Да я и не дамся себя напоить! С чего бы? Я же — приличная женщина. И у нас не свидание! Просто встреча двух интересных друг другу людей. Обзовём это именно так.

— Вот здесь остановите, пожалуйста, — прошу я водителя.

Ресторан называется «Отдых». Валера забронировал столик в малом зале. Я попросила его выбрать самый «интимный». Не для того, чтобы заниматься там всякими непотребствами. Нет! Просто, чтобы нам никто не мешал. И никто не увидел меня! Хотя… Вряд ли такое возможно. Мои знакомые по ресторанам не ходят.

А когда я сама была в ресторане в последний раз? Трудно вспомнить! Не считая корпоративов, а именно так. Чтобы вместе с мужчиной. С Женькой ходили давно. Отмечали фарфоровую свадьбу. Сорокин понял буквально! И подарил мне сервиз. Кстати, я из него так ни разу и не пила.

Уже внутри, в просторном фойе ресторана, меня настигает прозрение. Ведь я в первый раз иду в ресторан с кем-либо, кроме Сорокина. Корпоративы не в счёт! С мужчиной, один на один. И от этого голова начинает кружиться.

Тем не менее, я раздеваюсь. Оставляю одежду в гардеробе. Смотрю на себя в большом зеркале. А я — ничего! Не стала слишком выпендриваться. Надела юбку и блузу. Пока размышляю, стоит ли расстегнуть пуговку на ней, или не стоит, позади раздаётся знакомое:

— О, что за люди? Не Ольга ли это Сорокина?

Я оборачиваюсь и вижу… Соседку по лестничной клетке. Не Маринку, другую! Наши девочки дружат и ходят в одну школу.

Мой лоб покрывает испарина.

— Ой, Лиз, привет! — отвечаю.

Она наряднее меня. В платье с пайетками. Как новогодняя ёлочка.

— А ты здесь чего? — интересуется прямолинейно.

Я, на секунду задумавшись, отвечаю:

— Да вот, ухожу!

— Да? — восклицает она, — Как жаль! А я думала, вместе потусим! Как говорит моя дочь. Я вот на день рождения коллеги приглашена. Сто лет не была в ресторане!

— И я… не была, — отвечаю невнятно.

— Ой, ну ладно, Олечка, рада была тебя видеть! — машет она кому-то, глядя внутрь большого зала, что расположен на первом этаже.

— Да, увидимся, — киваю, — Приятного вечера!

Привалившись к стене, я перевожу дух. И чего я так испугалась? Ну, подумаешь! Даже если бы она поняла, что я тут с мужчиной. Да какое им дело? В конце концов, все в нашем доме наверняка, уже в курсе, что Сорокин с нами больше не живёт. А я скоро стану разведённой женщиной. И нужно привыкать к этому новому статусу.

Смартфон жужжит вместе с сумочкой. Я достаю его.

«Врач», — вижу на экране. Надо бы его переименовать. Назвать Валерой?

— Да, — говорю еле слышно.

— Ольга, вы где? — уточняет мой доктор.

— Я уже здесь, — сообщаю вполголоса.

— А… почему шепотом? — он тоже начинает говорить приглушённо.

Я усмехаюсь:

— Да так! Потом расскажу.

— За вами спуститься? — предлагает Валера. Малый зал расположен на втором этаже. И это — значительный плюс.

— Нет, я уже поднимаюсь, — беру себя в руки и вынуждаю подняться наверх.

Наверху совершенно иная атмосфера. Вот уж действительно, интимная! Зал, погружённый в полутона. Играет приятная музыка. Шторы такие плотные, что не видно окон. А столики отгорожены друг от друга изящными ширмами с витражами из разноцветных стёкол. Французский шик, ни дать, ни взять!

Я поправляю юбку и расправляю плечи. Вон он! Я уже вижу его.

Валера машет от дальнего столика, привстав при виде меня.

Подхожу и киваю с улыбкой:

— Знакомую встретила, представляете? Соседку!

— Да что вы? — сокрушённо вздыхает Валера, — А я выбирал заведение подальше от дома.

— Да вот же! — сажусь на отодвинутый им стул, — Никуда от них не спрячешься!

— Ну, ничего? Обошлось? — уточняет он, и сам тоже садится напротив меня. Я теперь сижу спиной к выходу. И могу видеть только его. А большего мне и не нужно.

— Да, конечно! — машу я рукой, — Я, в конце концов, почти разведённая женщина. Имею право сходить в ресторан!

— Сходить в ресторан имеет право любая, не только почти разведённая! — подтверждает Валера, — Но почти разведённая просто обязана это сделать.

Я усмехаюсь:

— Уже заказали?

— Нет, вас ждал, — отвечает он и берёт папку с меню.

Он одет не официально. В пуловер тёмного цвета, который ему очень идёт! Волосы приглажены, лицо гладко выбрито. Видно, что готовился. Как, впрочем, и я.

Мы решаем, что взять. Делаем заказ официанту. И ждём, когда принесут.

Валерий, подперев подбородок руками, глядит на меня:

— Ну, рассказывайте.

— Что рассказывать? — недоумеваю я.

— Как вы докатились до жизни такой? — усмехается он, — Я шучу! Просто, хочу узнать вас получше.

— Ну, — я заправляю прядь за ухо, опускаю ладони на скатерть, — Я Ольга Сорокина, мне сорок пять лет. У меня старший сын и дочка пятнадцати лет.

— Серьёзно? Пятнадцати? — оживляется Валера, — Ровесница моей Агатки! А как зовут?

— Катя, — произношу я с улыбкой, — Ей, правда, шестнадцать, буквально на следующей неделе. Но она отказалась праздновать свой день рождения в этом году.

— Почему? — хмурит брови Валера.

Я вздыхаю.

— Развод? — догадывается он.

Я решаю опустить историю с Катькиным хахалем. Возможно, первопричиной действительно является именно он, наш развод.

— Вероятно, — отвечаю.

— Ну, уж мне ли не знать? От развода сильнее всего страдают именно дети, — слышу его замечание.

— А ваша страдала? — спешу уточнить.

Валера кусает губу:

— Да, ещё как! Она и сейчас продолжает страдать. Всё пытается нас помирить. Притом, что сама же, когда жили вместе, предлагала нам развестись.

Эта мысль заставляет задуматься. Не страдает ли Катька? Не скучает ли она по отцу? Ведь он предал не только меня, но и её.

— А…, — нерешительно начинаю, — Могу я спросить?

— Да, конечно! — поднимает брови Валера, — Вы можете спрашивать меня о чём угодно.

— А вы почему развелись?

Озвученный мною, этот вопрос больше похож на обвинение. Как будто я заранее решила, что он виноват. Словно других причин, кроме мужской измены, быть не может.

Валера вздыхает:

— Как вам сказать? Не сошлись характерами. Звучит слишком банально, я понимаю. Но это действительно так! Очень много ругались в последнее время. И я решил, что так дальше продолжаться не может.

— Кто-то из вас изменил? — пытаюсь дознаться.

— Что? Нет! — отрицает Валера, — Я никогда и не думал ей изменять. Хотя она уверена в обратном.

— Надо же! — удивляюсь такому, — Я вот всегда была уверена в муже, а он оказался изменщиком. А у вас, значит, наоборот?

— Выходит, что так, — произносит Валера.

И в этот момент нам приносят вино.

— Ой, а вы же за рулём? Разве нет? — уточняю я.

— Я решил взять такси, — хмыкает мой кавалер.

И в груди замирает. Решил взять такси, значит? И теперь наш «приятельский ужин» обретает совершенно иные черты.

Тем временем он разливает вино по бокалам:

— Ну что, за удачный конец и начало?

— Интересный тост, — беру свой бокал, смотрю как вино в нём играет цветом.

Мы прислоняем бокалы друг к другу. Те издают лёгкий звон. И пьём синхронно. Только я оставляю в бокале чуть больше, чем он.

Нам приносят еду. Кажется, мы оба голодные? Потому что какое-то время едим практически молча. Затем, утолив первый голод, продолжаем беседу.

Спустя полчаса я знаю о нём уже довольно много. О том, что родился и жил в этом городе. Как и я сама! О том, что учился в медицинском по собственной тяге. А гинекологию выбрал, так как очень хотел принять роды. И таинство жизни для него начинается именно с этого места. С женской… В общем! Кому что. Кому булочки, а кому и другие части тела.

Я рассказала ему о себе. О работе, о детях. О том, что скоро мой старший сын женится. Кстати, Андрюша с Ксюшей решили отложить свадьбу на декабрь. Им хочется, чтобы выпал снег и всё стало белым! Тогда Ксюша будет в меховой накидке и это будет очень красиво и нежно.

— Ну, за это нужно выпить! — предлагает Валера.

И тут я не в силах ему отказать.

Когда горячее кончается, мы берём ещё нарезку, рулетики, фрукты. Допиваем вино, не спеша доедаем всё то, что ещё не успели доесть.

— Знаете, вы первая женщина, которую я пригласил в ресторан после развода, — произносит Валера.

— А вы первый мужчина, который меня пригласил, — говорю.

— Да что вы? Никто до меня не пытался? — щурит он глаза, уже чуть хмельные.

Я, наверное, тоже слегка захмелела. Так как мне очень приятно и хочется выдумать шутку. Но на ум ничего не приходит.

— Никто, — отвечаю я честно.

— Ну, я думаю, многие хотели, но решился только один, — льстит он и мне, и себе заодно.

Я смеюсь, бросив в рот виноградинку:

— А вы умеете делать комплименты!

— Может, на «ты» перейдём? — предлагает Валера.

— На «ты», — размышляю я вслух, — Почему бы и нет?

Смартфон на столе жужжит. Я поднимаю его. Это Катя.

«Мам, ты скоро?». Я смотрю на часы. Ого-го! Уже без четверти десять. Дочка, наверно, опять думает, что мать загулялась? Точнее, в этот раз — ушла в полный загул…

«Прости, зайчик! Я с тётей Инной в кафе засиделась. Уже собираюсь домой», — отвечаю. Как будто она — моя мать, а я — дочка.

— Дочь? — интересуется Валера.

— Как вы узнали? — поднимаю глаза на него.

— Ты улыбаешься, — смотрит он пристально. Это «ты» обжигает. И взгляд… От которого мне так охота укрыться. И хочется, чтобы он продолжал так смотреть на меня. Как смотрит мужчина на женщину!

Выпив чаю с пироженкой, мы расплачиваемся и вызываем такси.

— Ох, ну я и наелась, конечно! — запахиваю пальто.

— Потанцевать бы, а? — щурит Валера глаза.

— Ну-у-у-у, — усмехаюсь, — Предлагаете в клуб?

— Предлагаешь, — исправляет меня.

Я кусаю губу:

— Никак не привыкну.

— Скажи мне «ты», — склоняет он голову на бок, — Ну-ка, давай, тыкни мне!

Я продолжаю смеяться, ощущая такую незнакомую лёгкость внутри.

— Ты, — бросаю отрывисто.

— Ещё, — настойчиво требует он.

— Ты! Ты. Ты, ты, ты, — тычу в него пальцем.

Он берёт мою руку, забыв об осторожности. И о том, что нас могут увидеть. Я отстраняюсь порывисто:

— Нет!

— Извини.

— Это ты извини, — отвечаю, зажмурившись.

— Просто вино в голову ударило, — продолжает он извиняться, — И ты… Ты такая красивая.

Мне становится не по себе. Я озираюсь. Не вышла бы Лиза. И не увидела, как я тут стою, с интересным мужчиной. И почему меня это волнует? Потому! Потому, что я не хочу, чтобы соседи, знакомые, кто там ещё… Единогласно решили, что я изменила ему, а не он. Я хочу, чтобы все знали правду.

Такси подъезжает. Валера сажает меня. Сам обходит машину, садится с другой стороны, рядом со мной на сидение.

Называет мой адрес.

— Спасибо, — произношу я, откинувшись назад. Такси монотонно баюкает качкой. И мне трудно бороться со сном.

— На здоровье, — шепчет он в ответ.

И, в момент, когда я закрываю глаза, прижимается ртом к моему… Мои глаза распахиваются моментально! Я упираюсь ладонями в грудь. Он отстраняется.

— Прости, не сдержался. Ты закрыла глаза, и я подумал, что…

— Нет, — я закрываю ладонью лицо, — Это ты извини! Я как-то уж слишком расслабилась.

— Не нужно было этого делать? Тебя целовать? — с досадой произносит Валера.

«Нужно! Конечно же нужно», — кричу про себя. А вслух говорю:

— Я не знаю. Просто…

— Слишком поспешно, — завершает он фразу.

— Наверное, — пожимаю плечами в ответ. А ведь это действительно так! И я не могу даже представить себя в объятиях другого мужчины. До сих пор не могу. Хотя, вот он — мужчина. Вполне интересный. От близости которого у меня всё дрожит. Но представить себя с ним в постели… О, нет! Наверное, я, как больной, который ещё до конца не выздоровел. Эта болезнь, безусловно, пройдёт. Вот только… Дождётся ли он исцеления?

— Я терпеливый, — бросает Валера. Как будто услышав меня.

— Прости, — говорю, — Я наверное, просто пока не готова.

— Я понимаю, — кивает он, — Сам был таким. Уж поверь! Вот, спустя три с лишним месяца только стал задумываться всерьёз о новых отношениях. А ты… Ты ведь даже ещё не в разводе.

— Да, — тру я палец, на котором уже нет кольца. Но это не значит, что я свободна. Оно как будто бы там! И я до сих пор не привыкла его не носить. Тем более, что на работу пока надеваю.

Мы подъезжаем к подъезду и, прежде, чем выйти, я ещё раз улыбаюсь Валере:

— Знаешь, а это всё-таки было свиданием.

— Нет, — отрицательно машет он, — Это была терапия!

— М-м-м, — я смеюсь, сжав губы, — То есть, ты сейчас врач?

— Исключительно, — изображает серьёзность.

— Какими же будут дальнейшие рекомендации?

Он хмурит брови:

— Ну, перво-наперво, принять горячую ванну. Затем лечь в постель и уснуть, с мыслями обо мне.

— Я последую вашему совету, доктор! — смеюсь.

Мы прощаемся. Он провожает меня, глядя в прорезь окна. Я машу от подъезда. Войдя, прислоняюсь к дверям. Боже мой! Я сделала это! Я была на свидании с другим мужчиной. И сейчас, вопреки здравому смыслу, мне так хочется, чтобы Сорокин узнал. Чтобы понял, что я — молодая красивая женщина. А не старая рухлядь, как он соизволил выразиться.