Сидя в своих апартаментах, состоящих из трех комнат и большой нарядной приёмной-гостиной, я вспоминала события последнего месяца с того момента, как уехала из стойбища до своего феерического выхода в N-ское общество.

О том, что уезжаю, я сообщила только Оруунэ и Арчыну. По сути, они были самыми родными мне людьми в стойбище, после того, как Уайбана не стало на следующий день после праздника. Как будто душа его устремилась навстречу солнечным лучам, чтобы дарить тепло теперь оттуда, сверху.

Я позвала молодых родителей к себе, чтобы попросить о помощи и сделать на прощание подарок.

Сначала Оруунэ и слышать ничего не захотела: стала причитать, заламывая одну руку. На второй у неё дремала малышка Аяна, которая недовольно закряхтела, растревоженная громкими звуками.

— Не кричи, детку вот разбудила, — укоризненно проговорила я, забирая у неё ребёнка.

— Пусть слышит, что ты уезжаешь! Ничего, если и поплачет. Пусть тебе будет стыдно!

Арчын сидел с непонимающим видом, переводя взгляд с меня на свою разбушевавшуюся супругу.

— Не надо никому, кроме вас, слышать. Я вот что… Хочу отдать вам дом. И этот, и зимний. Вы же хотели жить отдельно. Вот живите.

Оруунэ молчала, округлив глаза. Они с Арчыном испуганно переглянулись.

— Мы будем жить в доме шамана? А он не нашлёт на нас злых духов?

Я рассмеялась. По-моему, впервые после Ысыах.

— Честное слово, не нашлёт. Уайбан передал мне всё. Старейшин специально звали. Можете жить спокойно.

Арчын поёрзал.

— А как же Сырза? Она не будет добиваться, чтобы дом отдали ей?

Видимо, он побаивался скандальную тётку.

— Я подарю им часть скота. Без ничего она не останется. А вас я хотела попросить вот о чём… Оставлю вам деньги. Давайте ей понемногу на детей. Скажете, что если не будет одевать-обувать и кормить их как следует, деньги больше давать не будете.

— Не верю, что ты уезжаешь, — всхлипуна Оруунэ и кинулась меня обнимать.

— Спасибо, Аяна, за дом, — Арчын тоже подошел поближе. — Если ты вернёшься, то мы отдадим тебе его обратно.

— Ты что, не вернёшься? — вскричала Оруунэ и принялась рыдать уже по-настоящему.

Я даже на секунду засомневалась, что поступаю правильно. Что там ждёт меня? В какую авантюру я собираюсь ввязаться? А здесь всё уже знакомое, родное.

Но здесь я уже сделала всё, что должна была.

— Арчын, обязательно вернусь. И даже согласна быть вашей почётной гостьей. У меня ещё одна просьба есть. Ты видел, как я нартами управляю — далеко не уеду. Отвези меня до ближайшего города, пожалуйста. Сможешь?

Они оба закивали.

— Конечно, Аяна. Когда ты хочешь уехать?

Я выдохнула, как будто собиралась шагнуть в ледяную воду:

— Завтра.

С первым же препятствием я столкнулась, когда попыталась снять отдельную комнату при захудалом трактире на окраине N-ска.

— Отдельные нумера только для господ, — глядя на меня сверху вниз, важно обронил половой, заступая мне дорогу, — вход в общую комнату с черного хода.

Наверное, я ошиблась с нарядом, одевшись в дорогу в самое скромное. Впрочем, что-то мне подсказывало, что даже если бы я была одета в роскошный подарок Уайбана, отношение не стало бы уважительней. Саха, да ещё и женщина. Даже не охотник с пушниной.

Конечно, я могла бы поставить наглеца на место, если уж даже с Сырзой справилась. Но в мои планы пока что не входило привлекать к себе внимание.

— Пожалуйста, мне очень нужна отдельная комната. Я могу заплатить за неё, — тихо проговорила я, опустив глаза. Лицо я закутала как можно выше. Никто не должен был узнать меня потом.

— Так, а ну-ка! Иди! — прикрикнул он на меня, повышая голос и взмахивая тряпкой перед моим лицом.

Я не успела отреагировать, как из-за плеча полового возник невысокий человек с русским лицом, рыжеватый, одетый в аккуратный черный сюртук.

— В чем дело, Егор? Что случилось?

Егор указал на меня пальцем.

— Да вот, Елисей Иванович, саха желает отдельную комнату, как бояра какая.

Елисей, по всей видимости, управляющий или хозяин заведения, присмотрелся ко мне повнимательнее. Глаза у него были хитрые и с улыбкой в глубине.

— Ну и что ж за беда, Егор? Посели барышню, как она просит, весь второй этаж свободен. Зачем же ей с мужчинами в общей тесниться.

Егор скривился.

— Какая же это барышня, Елисей Иванович! — начал было он пререкаться. Но твёрдый взгляд управляющего заставил его замолчать и уныло поплестись на второй этаж, показывая мне дорогу.

— Вещи захвати! — велел ему мой спаситель, — девушка, видно, с дороги устала.

Пришлось тому вернуться за моим баулом. Взяв его обреченно одной рукой, он махнул мне:

— Пойдём.

В комнате было темно и минималистично. Кровать застелена грубым шерстяным одеялом, умывальный столик с помятым тазом, пара стульев и платяной шкаф. Интересно, какие это господа-бояре останавливались в этом “роскошном” месте?

Впрочем, мне было в самый раз.

— Ты это, — снисходительно обратился ко мне Егор, решив проявить благосклонность, — сейчас самовар растопляю, так приходи вниз чай пить. Замёрзла, небось, с дороги.

Чаю мне хотелось очень. Вот прямо чтобы кипяток. Отогреться и взбодриться чуть-чуть.

— Егор, послушай. Я не могу туда спускаться. Если бы ты мне принёс небольшой чайничек, я была бы тебе очень благодарна. Заплачу сполна.

Только сейчас он обратил внимание, что я не раздеваюсь и держу у лица пуховой платок, прикрываясь до самых глаз.

— Больная, что ли? Аль покалеченная? — сочувственно спросил он и, не дожидаясь ответа, пожалел: — Надо же, беда какая. Принесу чаю и сушек. Сиди туточки.

— Спасибо, Егор, — поблагодарила я полового. — Ты позови мне потом Елисея Ивановича. Разговор у меня к нему есть. Сделаешь?

— Да уж, сделаю, сделаю, — ему понравилось быть благородным и добрым. — Чего ещё надо, ты открой дверь и меня покличь.

Вскоре я с удовольствием пила обжигающе горячий сладкий чай и грызла практически каменные сушки. Хотелось поспать, но я боялась, что не услышу прихода управляющего.

Он постучал где-то через час-полтора. К этому времени я сидела на стуле и клевала носом: от чая меня разморило.

И вот он стоял передо мной, глядя так же внимательно, как и там, внизу.

Поскольку я молчала, он откашлялся и заговорил первым.

— Я могу вам чем-нибудь помочь? Говорите, не бойтесь.

А я вглядывалась в его лицо и пыталась понять: не подводит ли меня интуиция. Она уверяла меня, что я могу довериться этому человеку. Но решиться было страшно: от него сейчас зависел весь мой план. Да и безопасность тоже.

Поэтому я начала немного издалека.

— Елисей Иванович, вынуждена обратиться к вам за помощью, поскольку никого в этом городе не знаю. Вы мне показались человеком надёжным. У вас будет несколько минут выслушать меня?

Управляющий на мгновение потерял всю свою невозмутимость. Конечно же, он не ожидал услышать от дремучей сахи такую грамотную и складную речь.

— Кто вы? — прищурился он. — Вы не та, за кого себя выдаёте. Откройте лицо.

Помедлив, я развернула платок. Он нахмурился, словно пытался меня узнать.

— А имя вы мне своё скажете или это тайна? — наконец улыбнулся он, хотя и растерянно.

— А я могу вам довериться? — ответила я вопросом на вопрос. — Вы садитесь, прошу вас.

Елисей Иванович развёл руками.

— Специально подводить вас я уж точно не стану. Но что же за дело у вас ко мне?

— Елисей Иванович, меня зовут Аяна. Это пока всё, что я могу сообщить о себе. Мне нужен человек… доверенное лицо, управляющий делами, можно так назвать. Вы правы, я не вполне та, за кого себя выдаю. Но важно не это, а то, за кого я собираюсь себя выдавать.

Елисей свёл брови и потёр подбородок.

— Ну хорошо, допустим, это понятно. Вы хотите, чтобы я подыскал вам такого человека?

— Я хочу, чтобы вы стали этим человеком, — ответила, прямо глядя ему в глаза. — Я буду очень хорошо платить вам за свои поручения. Можете сами назвать сумму, которая вас устроит.

Мужчине было всё труднее сохранять невозмутимость.

— Очень неожиданно и искушающе, надо признаться, — ответил он, размышляя. — Но позвольте узнать, не идёт ли речь о чём-то противозаконном? Если что, здесь я вам не помощник.

— Нет-нет, — поспешила я его заверить, улыбнувшись. — Ну, разве что по мелочи, сущие пустяки.

Он рассмеялся от души.

— Вы меня окончательно заинтриговали, сударыня. Давайте так: вы мне всё расскажете, и я дам вам ответ. Если вдруг по каким-то причинам меня не устроит служба у вас, то я просто уйду, сохранив вашу тайну.

Мне всё больше и больше нравился этот человек. Я действительно в нём не ошиблась.

— Если в двух словах, Елисей Иванович, то мне нужно привлечь к себе внимание тех, у кого есть возможность представить меня при дворе. У меня есть финансовые возможности, но абсолютно никаких связей.

Управляющий совершенно по-мальчишески присвистнул.

— Всё, что угодно ожидал услышать, но только не это. Продолжайте, прошу вас.

— Я расскажу вам всё, обещаю. Но сейчас думаю, что этого достаточно для того, чтобы вы приняли решение.

Елисей Иванович склонил голову и подумал немного.

— Ну, послушайте, барышня, как же достаточно? А вдруг вашей конечной целью является покушение на Государя императора? Нет уж, рассказывайте подробнее.

Он определённо был крепким орешком. И я сдалась. В любом случае, мне нужно было убедить его.

— Никакого покушения я не готовлю. Просто хочу сделать дар в императорскую сокровищницу. Это для меня очень важно. Считайте, что я должна выполнить завещание. А если я буду искать обходные пути, эта вещь может кануть, бесследно исчезнуть. Украдут, продадут налево или потеряют. Понимаете?

Он пожал плечами.

— И да, и нет. Скажите, как вы собираетесь всё это осуществить? Считайте, что предварительно я дал своё согласие.

Я выдохнула.

— В общем, я собираюсь появиться в городе шумно, ярко, в образе, скажем, тибетской принцессы. У меня будет правдоподобная легенда, история. Я буду сорить деньгами, а главное: сверкать прекрасными драгоценностями. Уверена, что их истинные ценители не заставят себя ждать. Вот тогда я выберу из них того, кто представит меня государю.

Елисей покрутил головой. Он всё ещё пребывал в изумлении, но я видела, что эта история всё больше увлекала его.

— Хм. А вы не боитесь, что истинные ценители попросту ограбят вас и дело с концом?

— Елисей Иванович, а вот о том, чтобы этого не произошло, позаботитесь вы. Кстати, возьмите аванс, — я вынула припрятанный заранее небольшой алмаз и положила его на стол между нами.

Он взял камешек и покрутил его в руках. А затем положил в карман.

— Что я должен делать, госпожа Аяна?

— Называйте меня Мали. Госпожа Мали. В первую очередь мне нужны приличные апартаменты, лучшие в городе. Их должны подготовить к моему появлению. Затем дорожный экипаж и одежда. Экипаж тоже, сами понимаете, хороший.

Купите восточных тканей и привезите мне — я сошью пару костюмов сама, пока вы готовите остальное для моего “прибытия”. Нужно же будет в чём-то появиться. Остальное можно будет сшить на заказ позже.

— А вы неплохо всё продумали… госпожа Мали. Восхищен, не скрою.

Я улыбнулась ему.

— Рада, что мы с вами договорились.

Он поднялся.

— У меня в жизни было много приключений, но в такой авантюре я ещё не участвовал. Какие ещё будут распоряжения?

— Приходите утром, обговорим детали. А сейчас надо отдохнуть. Я целую вечность толком не спала. Кстати, если вы решите сами меня ограбить, то знайте: у меня с собой ничего нет. Драгоценности хранятся в другом месте.

— Буду иметь в виду, — поклонился теперь уже мой управляющий и вышел за дверь.