Холодно было в ту ночь на дороге, что огибала лесистый холм Олдерли — или, как называют его местные жители, Кряж. Высоко во мгле шумели деревья. Запоздалым путникам приходилось прятать лица в воротники от резкого ветра с Пеннинских гор. И хорошо, что они ничего не видели, ибо то, что происходило в этот час на склоне Кряжа, отнюдь не предназначалось для людских глаз.

Сноп голубого света вырвался из скалы, похожей на острый зуб. В скале распахнулись железные ворота и открылся освещенный проход. По стволам и кронам деревьев заплясали тени, и в глубь холма потянулась необычная процессия.

Ростом они были не выше четырех футов — с восьмилетнего ребенка, — но широкогрудые, узкие в талии, с длинными, стройными ногами и руками. Все — в коротких подпоясанных туниках без рукавов и босиком. У некоторых за спиной белели плащи из орлиных перьев. На плече у каждого висел тугой, круто изогнутый лук, а на поясе — колчан с белыми стрелами и широкий меч, заостренный как кинжал. Все они ехали верхом на маленьких белых лошадках, кто-то — гордо выпрямившись, но большинство — устало склонясь на луку седла. Несколько всадников бессильно припали к лошадиным холкам; поводья за них держали другие. Всего же их было около пятисот.

У ворот их встречал седовласый старец, высокий и тонкий, как молодая береза. Его белая сутана, длинные волосы и борода развевались на ветру, а в руке он держал белый посох.

Когда последний всадник скрылся внутри, старик повернулся и зашагал следом. Сомкнулись железные створки, закрылся вход — и остался лишь голый валун на холодном ветру.

Так под покровом ненастной ночи эльфы из Синадона вступили в Хранилище, последний оплот Высокой Магии, где принял их Каделлин Сребровласый, великий чародей и властитель древних тайн.