Металл, когда плавился, выделял что-то очень едкое, так что дышать вскоре стало совершенно нечем. Возможно, что там ещё что-то сгорело, о чём я не знал. Так или иначе, нам пришлось уйти далеко в тоннель, чтобы не задохнуться.

Потом пришлось ждать, пока потёки расплавленного железа остынут, и это тоже заняло довольно много времени. В общем, когда я смог выбраться в следующий раз в колодец, уже рассвело.

После того как в эту шахту обрушилась лавина камней, а потом и расплавленного металла, уровень пола несколько поднялся. Этого было, естественно, недостаточно, чтобы выбраться, но хоть что-то.

Пока мы сидели на трубах и ждали, когда остынет расплавленное железо, я придумал способ, как выбраться. Он был на удивление простым, и я даже удивился, как раньше это не пришло мне в голову. Но как говорится, лучше поздно, чем никогда.

Оказавшись в колодце, я создал в руке плазменный клинок и прожёг дыру в бетонной стене. Потом ещё одну, чуть выше, потом ещё… в общем, дырявил стену там, куда сумел дотянуться, после чего взял паузу, ожидая пока дырки остынут. Снова ожидание!

Пока ждал, снова и снова обдумывал сложившуюся ситуацию. На сбежавших девочек я старался не сердиться. Получалось плохо, но делал что мог. В принципе понять их мотивы было можно. К тому же наверняка решение всё же было не общим, а к нему остальных склонили те, кто взял на себя роль лидеров.

Да и какой смысл на них злиться, если жизнь всё равно их накажет. Я не желал им зла, несмотря ни на что, но чувствовал — хорошим их побег не закончится.

Когда дырки остыли, я забрался по ним и прожёг ещё несколько ступеней. После этого снова пришлось ждать. Так повторялось ещё два раза, когда я, наконец, соорудил лестницу до самого верха.

Теперь вокруг люка было свободно, потому как кинетик затолкала внутрь всё, что было рядом.

Оливер кряхтя выбрался наверх и встал рядом со мной.

— Свобода! — вдохнув полной грудью, сказал он.

— Не совсем! — возразил я.

— В смысле? — удивлённо посмотрел на меня Оливер.

— В прямом, — сказал я, — тебе свободу нужно ещё отработать, забыл? У нас договор!

— А, ну это да! — слегка сник Оливер, — но всё равно, это не то же самое, что сидеть взаперти под землёй и вообще никаких возможностей не иметь.

— Скажи, — вдруг пришла мне в голову мысль, — ты подолгу находился там один в компании красивых девушек без сознания. Не возникало ли у тебя дурных мыслей и желаний? — я пристально посмотрел на него.

— Ты о чём это? — на мой взгляд, слишком сильно возмутился Оливер, — нет, конечно! За кого ты меня принимаешь?

— Боюсь, что как раз за того, кто ты есть на самом деле, — вздохнул я, решив не развивать дальше эту тему. Если человек говно, то оно будет проявляться везде, к чему он прикоснётся.

Оливер тоже не стал продолжать неприятный разговор, видя, что я замолчал.

— Куда теперь? — спросил он после паузы.

— Зайдём в одно место, заберём людей и пойдём вместе с ними в другое место, — ответил я.

— Исчерпывающий ответ! — скептически заметил Оливер, но мне было плевать. Я сказал ему достаточно. Не карту же рисовать.

— Просто иди за мной и всё, — сказал я и пошёл вперёд.

Шёл я спокойно, не таясь, но не забывал прощупывать территорию в большом радиусе вокруг. Но, как я ни раскидывал свои щупальца, никого обнаружить не мог. Город как будто вымер. Не только следов девочек не было, но и вообще живых существ не попадалось.

Когда мы подошли к базе людоедов, Кристина была на посту, что меня тут же успокоило, потому как тревога в груди всё время присутствовала. Я прощупал территорию и совсем успокоился. Судя по расположению людей, на базе всё шло своим чередом и никакой суеты не наблюдалось. Народ даже как будто начал обживаться в этом ужасном месте.

— Ты уходил с другим мужиком! — крикнула мне сверху Кристина.

— Ты очень наблюдательна, — ответил я, — того пришлось прикончить, вот, взял свежего, посмотрим, как он себя покажет.

— Чего? — опешил Оливер.

— Это была шутка, — успокоил я его, — понимаешь? Юмор такой!

— Не смешно! — сказал Оливер.

— Забей! — махнул я рукой, — Кристина, а кто на воротах дежурит? — спросил я у своей помощницы.

— Ой! — всплеснула она руками и побежала вниз, в очередной раз поняв, что кроме неё впустить нас больше некому.

— Прошу! — поклонилась нам в пояс Кристина, приоткрыв одну створку ворот.

— Как крокодил себя вёл, как адские гончие, никто не напортачил? — спросил я.

— Нет! — радостно ответила Кристина, — к ним уже все привыкли и воспринимают как своих. Знаешь, мы все тут пришли к выводу, что с ними намного спокойнее. Классно, когда такие страшные звери и на твоей стороне!

— Отлично! — сказал я, и, увидев огромную рептилию, мысленно сказал, — Геннадий, приветствую тебя! Как дела?

— Твою мать, что это? — испуганно пробормотал Оливер, увидев Гену.

— Это Геннадий! — сказал я ему, — он хороший, но может сожрать человека в два укуса. Повезло, что хороших людей он не ест, а питается исключительно подонками. Но тебе нечего бояться, ты же хороший человек, Оливер? Ведь хороший же, да? — посмотрел я внимательно на блокировщика.

— Я? Да, наверное… — но очень уверенно ответил тот.

— В наших общих интересах, чтобы ты оказался хорошим, потому как за тобой должок, — сказал я, — так что смотри, не косячь больше.

— Алик! — раздался в голове голос Геннадия, — мне не очень нравится, что ты используешь меня как инструмент запугивания!

— Понимаю твоё недовольство, — мысленно ответил я ему, — но ты очень уж подходишь на эту роль, так что, смирись!

— Крис, ты хоть поспала ночью? — спросил я у девушки.

— Крис! Мне нравится, когда меня так зовут! — радостно ответила она.

— Но это не ответ на вопрос! — нахмурился я.

— Нет… — опустила глаза Крис, — а дежурить, кто бы стал?

— Я за ней всё время приглядывал! — мысленно сказал мне Геннадий, — тоже всю ночь не спал, — и аллигатор широко зевнул.

Надо сказать, что зевающая огромная рептилия, это зрелище не для слабонервных, мы все невольно попятились, когда огромная пасть разверзлась рядом с нами.

— Что происходит? — пробормотал Оливер, который не сводил испуганного взгляда с Геннадия всё это время.

— Зевнул он просто, а ты что подумал? — ответил я ему, — а тебе, Крис, нужно было найти себе сменщика, а лучше нескольких и дежурили бы по очереди. Народу здесь полно собралось, надо было привлечь других к работе.

— Трудно среди незнакомцев выбрать человека, которому можно доверять, — пожала плечами Кристина.

— Так-то, мы тоже всю ночь не спали! — сказал Оливер.

— У нас не было выбора, а у неё был. Ладно! — я почесал подбородок, — Крис, Геннадий и Оливер срочно отправляются отдыхать, даю вам час. Постарайтесь вздремнуть, потому как день будет длинный и не факт, что лёгкий. Нам нужно сегодня добраться до Сокольников.

— А ты? — спросила меня Кристина.

— А мне пока что некогда, — ответил я, — но ты нас не ровняй, я в гораздо лучшей форме.

— Ну да, ну да! — усмехнулась Кристина, — я пойду отдыхать, когда ты пришлёшь мне кого-нибудь на смену!

И развернувшись, она быстро зашагала в сторону своего наблюдательного пункта.

— Ишь, упрямая какая! — почему-то с осуждением сказал Оливер.

— Она здесь лучше всех! — с упрёком посмотрел я на него, — на таких, как она, обычно всё и держится!

— На каких таких? — удивился Оливер.

— Неравнодушных и ответственных, — ответил я, — но не забивай голову, тебе не понять!

— Почему это? — обиделся Оливер.

— По тому самому! — сказал я и направился к зданию, из которого как раз показался священник Валера.

— А где здесь можно прилечь? — крикнул мне вслед Оливер.

— Сам найди место, нянек тут нет! — не оборачиваясь, ответил я.

Валера был, естественно, пустой. Он израсходовал всю ману, что у него была, а подпитывать я его уже давно перестал. Я вкачал в него, сколько смог уместить.

— Оу-оу-оу! — вскинул руки Валера, — ты хоть предупреждай!

— Да ладно, — усмехнулся я, — не самые плохие ощущения. Поверь, когда забирают намного хуже.

— Охотно верю! — сказал Валера.

— Как дела? Как здоровье у людей? Всех подлатал? — спросил я.

— Ну вчера, пока мог, лечил. Все самые сложные случаи купировал, но, естественно, работы ещё полно. Многие ещё в плохом состоянии находятся, — сказал Валера.

— Готов продолжать? Я подключусь и постоянно подпитывать тебя буду, — сказал я.

— Конечно! — кивнул Валера, — я помогу всем, кто здесь есть, но потом нам нужно будет это серьёзно обсудить!

— Если нужно, то обсудим, — кивнул я, — но поверь, ты делаешь хорошее дело. Или как у вас там правильно… — я окинул взглядом его рясу, — богоугодное!

— Это не у нас, это у всех, — укоризненно покачал головой Валера и пошёл в здание. Наверняка все самые тяжёлые пациенты находились там.

Я хотел через час организовать общий приём пищи, через два уже выдвинуться… но сейчас начали появляться сомнения, что мы уложимся.

Увидев, что женщины как раз собрались возле кострища, решил обсудить с ними вопрос питания.

Оказалось, что они как раз собирались готовить завтрак на всех. Продукты у бывших хозяев ещё вечером все перебрали и сложили на улице под навесом. Брали только то, в чём были уверены. Почти всё мясное повыбрасывали, потому что не смогли побороть сомнения. Я их не осуждал, в этом деле лучше перебдеть.

Однако готовить всё равно было из чего, так что, подрядив мужчин таскать дрова, женщины принялись за готовку.

Я плюнул от досады, вспомнив, что успел забыть найти смену Крис на наблюдательный пункт. Выбрав не занятых делом пожилых мужчину и женщину, попросил их подежурить. Задачу поставил перед ними простую, если кого увидят, сообщить остальным.

Геннадий, кстати, выполнил моё распоряжение только наполовину. Он улёгся отдыхать, но внизу, возле наблюдательного поста. Чтобы быть рядом, если что.

Молодец!

Адские гончие успели частично потратить запас маны, который у них постепенно таял. Я заправил их полностью, решив пока что держать в таком, боевом состоянии. Людей было много, но основная масса совершенно не годилась для драки. Либо дети, либо пожилые люди, либо просто без боевых навыков. Так что, боевое крыло, пусть и из животных, нам сейчас было необходимо.

Да, я мог быстро менять их состояние, но это всё равно требовало моего внимания и реакции на ситуацию. А вдруг меня рядом не будет, когда что-нибудь приключится?

Оливера я, кстати, сразу же пометил как своего. Пусть пока живёт!

Сам я, найдя пару свободных рук, отправился искать трофеи. Мы с двумя женщинами больше часа обследовали здание в поисках того, что может пригодиться. Всё интересное вытаскивали на улицу, складывали в несколько куч по смыслу.

Была куча с одеждой, которой сами людоеды не пользовались, а тоже хранили как трофеи. Может, размеры не подходили, может фасон… там, среди прочего, было много женских вещей.

Эта куча была полезной, потому что многих нужно было приодеть.

Была куча с оружием. Казалось, что огнестрала в банде не очень много, но постепенно удалось насобирать стволов пятнадцать. Как всегда, проблема была с патронами. Многое из арсенала было просто нечем заряжать.

Отдельно была куча с холодным оружием и всякими защитными приспособлениями. Щитки, нагрудники, две кольчуги…

Это добро было очень похоже на снаряжение реконструкторов. Точнее, половина была либо от реконструкторов, либо из музеев и имела боевое назначение, а вторая половина — это разнообразная спортивная защита. От гульфиков до шлемов. В основном хоккейное снаряжение, но не только.

Была ещё куча со всяким полезным барахлом, типа верёвок, фонариков, заражающихся вручную или от солнечной батарейки (хотя кому сейчас нужны фонарики, если почти каждый может создать светоч?), и другого около туристического оборудования.

Последняя куча была с продуктами, которых тоже оказалось немало. Большей частью гуманитарка, которую где-то награбили.

Окинув взглядом всё это добро, я понял, что мы на себе столько не утащим. Людей много, но на большинство я не стал бы ничего нагружать. И как бы отвечая на мои размышления, в голове раздался голос Геннадия:

— Здесь есть повозка.

— Ты почему не спишь? — с напускной строгостью мысленно сказал я ему.

— Я отдыхаю, этого достаточно, — ответил крокодил.

— Что за повозка и кого в неё запрягали? — спросил я.

— Угадай с трёх раз! — хохотнул в мыслях Геннадий.

— Я так понимаю, что тебе это не очень нравилось? — сказал я.

— Вообще не нравилось! — честно признался Геннадий, — я же не лошадь!

— Так зачем же ты мне про эту повозку сказал? — удивился я.

— Если мне это не нравится, это не значит, что я не буду этого делать, — философски промолвил Геннадий, — ради вас я готов впрячься.

Я посмотрел на рептилию, лежащую вдалеке у стены. Гена смотрел на меня одним глазом. Всё же это очень забавно! Никто не знает, что мы с ним можем общаться, причём вполне по-человечески! Этот тайный навык — своего рода козырь. Считая Гену животным, некоторые могут при нём вести откровенные разговоры, не догадываясь, что он всё понимает и может мне передать. Нужно оставлять этот способ нашего общения в секрете как можно дольше!

— Ну и где эта повозка находится? — спросил я.

— Снаружи! В соседнем здании, там, где меня держали, — сказал Геннадий.

— Ну, ты сам напросился, — вздохнул я, — пойдём, покажешь мне, и пригоним её сюда. Раз уж повозка есть, надо будет её загрузить. Если она большая, то, возможно, и детей в ней везти будем.

Гена поднялся и не спеша двинулся к воротам. Я посмотрел на его крупную фигуру и пробормотал:

— Это не крокодил, это крокодило-конь! Он не то что повозку, он и грузовой автомобильный прицеп, наверное, тянуть сможет!

Повозка оказалась самодельной, четырёхколёсной и очень большой. Вряд ли последние владельцы соорудили её сами, слишком уж качественная была работа. Скорее всего, тоже у кого-то отобрали.

Колёса были автомобильные, накачанные воздухом. В комплекте даже насос имелся, и Гена подсказал, где он находится в неприметном отделении под днищем.

Повозка была на рессорах, катилась легко и мягко, пустую я и сам вполне мог тащить довольно долго.

Для Гены была сооружена специальная упряжь, и её качество сильно уступало повозке. Похоже, тут приложили руку уже местные умельцы. Однако функцию свою она выполняла, и ладно.

Я запряг Гену, пользуясь его подсказками, и мы вернулись обратно на базу. Поставив повозку возле куч с трофеями, я отправил Гену отдыхать дальше, а тем, кто занимался сортировкой вещей, дал новые указания.

Нужно было загрузить повозку, но не всем подряд, а только тем, что представляет наибольшую ценность. В данном случае это были продукты и оружие. Остальное пойдёт по остаточному принципу, тем более что одежду ещё нужно предложить тем, кто в ней нуждается. Потом сверху накидаем оставшееся, если что.

Также я распорядился, заранее иметь в виду посадочные места для детей. Вещи нужно было загружать так, чтобы на них можно было сидеть без угрозы, что тебя завалит на какой-нибудь кочке.

Люди занялись делом, а я отошёл в сторонку, сел на бетонный блок, служащий в этой части двора лавочкой, и задумался.

Первым делом я вспомнил и пересчитал всех, кто сейчас находился на базе. Вместе со мной получился тридцать один человек, если я не ошибся. Плюс к этому Геннадий и шесть адских гончих.

С собаками всё было понятно, но вот к какой категории отнести Гену, я пока что не решил. Да, выглядел он как огромная рептилия мутант, но ведь сознание у него было человеческим! Надо будет поделиться с ним заклинанием трансформации, когда прибудем в Сокольники, вдруг он сможет обращаться туда-сюда?

Но сейчас делать этого не стоит, вдруг он сумеет принять человеческий облик и не захочет снова становиться крокодилом? А сейчас он нам был гораздо более полезен в виде рептилии.

Неожиданно раздался громкий удар по металлу. Я вздрогнул и посмотрел на источник звука. Это женщины, готовившие завтрак, решили так объявить сбор. Хотя судя по времени, это уже был скорее обед!