Я бежал так быстро, как только мог, увязая ботинками в сыпучих барханах. Раскалённая земля обжигала сквозь подошву, а в горле пересохло настолько, будто я наглотался битого стекла. Я жадно хватал ртом воздух и старался не сбить дыхание.

С того безумного дня на станции «Зенит» прошло ровно два месяца. Два долгих месяца с тех пор, как мы спасли вселенную от энтропии, подарили новый дом целой расе и оставили Императора вариться в собственной лжи. Казалось бы, после такого финала нам полагалась безбедная пенсия на тихом тропическом курорте с коктейлями в руках. Но реальность, как обычно, ударила по лицу, и теперь мы снова были нищими. Нас искала половина шпионов Империи, поэтому мы брались за любую сомнительную работёнку ради выживания.

Жара на этой безымянной планете стояла просто адская. Два солнца висели в зените, безжалостно выжигая воздух, а мелкий песок летел прямо в лицо, забиваясь во все щели моего комбинезона. За спиной висел тяжёлый рюкзак, в котором ритмично пульсировал светящийся куб, только что украденный нами из хранилища местной банды. Я понятия не имел, зачем нашему заказчику понадобилась эта фонящая коробка, но обещанный гонорар должен был покрыть долги за топливо и провизию на полгода вперёд.

— Волков, шевели ногами! — крикнула бегущая рядом Ани, перепрыгивая через ржавый остов старого спидера. — Эти твари нас сейчас догонят!

— Я бегу так быстро, как могу! — огрызнулся я, смахивая едкий пот со лба. — Этот куб весит как мост! Могла бы и помочь тащить!

— У меня лапки, забыл? — рассмеялась она на бегу. — И вообще, ты у нас был киборгом, вот и тащи! Мы же не хотим потерять наш обед на следующие полгода?

Моя левая рука громко скрипела при каждом резком движении. Кира собрала её буквально из мусора, пустив в ход куски старой брони и детали от списанного грузового погрузчика. Гайка клятвенно обещала, что протез будет работать идеально, но пока эта массивная стальная железяка слушалась с трудом, а её сервоприводы жалобно гудели. Зато рука выглядела невероятно брутально, а встроенная открывалка для бутылок уже пару раз спасала мне жизнь, когда нужно было угостить какую-то дамочку, чтобы… кхм, в общем, не столь важно.

За нашими спинами раздался оглушительный рёв, от которого песок под ногами мелко задрожал. Я обернулся и мысленно выругался. За нами гналась стая нарвов — трёхметровых мутантов, напоминающих прямоходящих акул-переростков с толстой серой кожей и мощными челюстями. Эти пустынные уроды вооружились крупнокалиберными бластерами, которые явно стянули у неудачливых контрабандистов, и сейчас палили по нам с огромным энтузиазмом.

Очередной плазменный заряд со свистом пролетел прямо над моей головой и врезался в дюну впереди, обдав лицо фонтаном горячего песка. Я пригнулся, инстинктивно прикрываясь стальной рукой, от которой с треском отскочили горячие искры.

— Они берут правее! — крикнула Ани, на ходу выхватывая гудящий виброклинок. — Хотят отрезать нас от ущелья!

— Не дождутся! — прорычал я, прибавляя ходу.

Внезапно коммуникатор в моём ухе ожил, и на канале связи раздался оглушительный бас Семёна Аркадьевича.

— Гайка, забирай этих двоих быстрее! — орал старый капитан, чей голос с трудом пробивался сквозь грохот орудий. Он остался на орбите, пилотируя «Рассветный Странник». — Меня тут крепко зажали! Два крейсера местных контрабандистов висят на хвосте, а щиты уже просели на четверть! Я не смогу долго держать их на мушке, так что жми на газ, девочка, иначе они пробьют нам обшивку!

— Постарайтесь не лишиться конечностей, Влад, — меланхолично добавила Лиандра по открытому каналу. Её голос звучал так спокойно, будто мы обсуждали погоду, а не смертельную перестрелку. — У нас на борту закончился стерильный бинт, а обезболивающего хватит только на одного. Выбирайте сами, кому из вас оно нужнее. Можете кинуть монетку.

— Отличная мотивация, док! — крикнул я в микрофон, чудом уворачиваясь от очередного выстрела. — Умеешь ты подбодрить в трудную минуту! Если мне оторвёт ногу, я пришлю тебе счёт за новые ботинки!

На заднем фоне связи раздался грохот падающей посуды, а затем в эфир ворвался разъярённый рык Моржа.

— Ах ты ржавая консервная банка! — орал огромный наёмник, судя по звукам, гоняясь за кем-то по коридору. — Ты опять сварил свой проклятый суп из антифриза⁈ Я только вчера отмыл палубу от твоих кулинарных экспериментов, а оно уже прожгло дыру в столе!

— Это не просто суп, это шедевр технической гастрономии! — возмущённо заскрежетал голос Гюнтера. — Я добавил туда щепотку обогащённого урана для пикантности! Вы просто неблагодарные мешки с мясом и ничего не смыслите в высоком искусстве! Капитан, скажите ему, чтобы он не трогал мой половник, иначе я порублю его на мелкие шницели!

— Заткнитесь оба, мать вашу! — рявкнул Семён Аркадьевич. — Я пытаюсь уклониться от торпеды! Морж, брось пулемёт, а ты, Гюнтер, убери своё варево в шлюз!

Связь на мгновение потонула в громких помехах, и я только устало хмыкнул.

— Обожаю нашу семью, — усмехнулась Ани, изящно уворачиваясь от плазменного заряда. Её лицо буквально светилось азартом. — С ними никогда не бывает скучно.

— Согласен, но давай сначала выживем! — выдохнул я, чувствуя, как горят лёгкие. — А то не сможем оценить радиоактивный супчик Гюнтера!

— Вижу её! — крикнула девушка, указывая рукой вперёд.

Из-за высокой песчаной дюны прямо по курсу с рёвом турбин вылетела «Полярная Звезда».

Кира за штурвалом заложила абсолютно безумный вираж. Корабль резко накренился набок, едва не зацепив обшивкой верхушку бархана, и с шипением завис в десяти метрах над землёй. Задняя аппарель начала опускаться, открывая тёмный зев спасительного трюма.

— Запрыгивайте, неудачники! — задорно крикнула Гайка по связи. — Такси подано! Чаевые принимаю деталями и крионием, так что шевелитесь, у нас мало времени!

Нарвы поняли, что их добыча ускользает, и яростно защёлкали зубастыми пастями (о да, это было слышно на десятки метров вокруг). Они остановились, вскинули бластеры и открыли по нам шквальный огонь, прорезая воздух десятками плазменных лучей.

Мы с Ани переглянулись и без лишних слов оттолкнулись от песка, вложив в прыжок оставшиеся силы. Время словно замедлилось, когда я увидел летящие прямо в нас смертоносные лучи.

В этот момент из тёмного нутра корабля выскочил Криптик, приземлился мне на плечо, издал боевой писк и выбросил вокруг нас мощный электромагнитный щит в виде фиолетовой полусферы.

Плазменные заряды ударили в щит и рассыпались искрами, которые осыпали нас, словно новогодний салют.

— Хороший мальчик! — похвалил я питомца.

Мы приземлились на ребристый металл аппарели. Я перекатился через плечо, гася инерцию, и сразу вскочил на ноги, готовый к бою. Ани приземлилась рядом, мягко и бесшумно, крепко сжимая свои клинки, но стрелять уже было не в кого.

«Полярная Звезда» резко взмыла в небо под рёв двигателей, и нас с силой вдавило в пол перегрузкой. Аппарель быстро сомкнулась, отсекая нас от разъярённых мутантов и палящего солнца.

В трюме воцарился полумрак, разбавляемый лишь миганием аварийных ламп. Я тяжело дышал, слушая, как сердце стучит в груди. Стянув рюкзак с артефактом, я сполз по холодной стенке и вытянул ноги.

Ани плавно опустилась рядом и прислонилась к моему плечу. Её костюм покрылся слоем пыли, белоснежные волосы спутались, а на щеке красовалась свежая царапина от прилетевшего камня. Я выглядел ничуть не лучше: потный, грязный, с лицом, покрытым слоем копоти и песка. Но нам обоим было плевать на внешний вид.

— Плюс ещё одна миссия, верно? — с улыбкой прошептал я. — Но признай, тебе нравится, когда мы на грани.

— Да пошёл ты, Волков, — тихо рассмеялась Ани, а в следующую секунду я притянул её к себе и страстно поцеловал.

* * *

Далеко от этой раскалённой пустыни царила совсем иная атмосфера. В другом, скрытом и давно забытом секторе космоса, висела тишина. В пустом пространстве дрейфовал корабль, чей тёмный гладкий корпус идеально сливался с пустотой.

В полутёмной и холодной каюте тихо гудели системы жизнеобеспечения. Воздух здесь был пропитан запахом медицинского раствора, химикатов и многовекового льда. В самом центре стояла криокапсула, покрытая коркой инея.

Внезапно по капсуле пробежала лёгкая дрожь, а на панели загорелись красные индикаторы, и с тихим, змеиным шипением автоматика сбросила давление. Стекло медленно поползло вверх, механизмы скрипнули, и наружу вырвалось облако белого пара. Он медленно осел на пол, замораживая металлические плиты.

А в морозном плену медленно открылись глаза, горящие пугающим и древним светом. В капсуле лежала женщина невероятной красоты. Её гладкая кожа имела глубокий тёмно-синий оттенок, напоминающий цвет ночного неба, а густые белоснежные волосы волнами рассыпались по плечам.

Женщина сделала глубокий вдох, медленно поднимая грудную клетку и наполняя лёгкие кислородом впервые за очень долгое время. Каждое её движение было наполнено кошачьей грацией. Она потянулась, разминая затёкшие мышцы, и её пальцы сжались в кулаки.

Она улыбнулась пустоте каюты, обнажая ряд острых, белоснежных клыков. В этой улыбке не было ни капли тепла, только предвкушение скорой охоты. Женщина шагнула вперёд, игнорируя обжигающий кожу ледяной воздух, и посмотрела в обзорный иллюминатор, за которым мерцали звёзды.

— Ну, хорошо, Волков. Мы ещё увидимся…