«Ты всегда бьёшь по больным местам, словно тренировался для этого всю свою никчёмную жизнь», — зло подумал Вайтус и со всей силы швырнул хрустальный бокал прямо в стену.

Звон разбитого стекла эхом разнёсся по просторному кабинету. Вайтусу было плевать на испорченный интерьер, он тяжело дышал, стоя посреди комнаты, и сжимал кулаки с такой силой, что ногти впивались в кожу чуть ли не до крови. Молодой аристократ только что с треском проиграл политические дебаты. Он надеялся на поддержку семьи, но его собственный отец не упустил шанса прилюдно растоптать сына.

Сейчас же Лорд-Отец сидел в кожаном кресле напротив. Сложил руки домиком и смотрел на наследника с нескрываемым презрением. Его лицо, изрезанное глубокими морщинами, оставалось каменным и непроницаемым.

— Ты просто вспыльчивый щенок, Вайтус, — произнёс старик ледяным тоном. — Твои эмоции, как открытая книга для любого идиота в Совете.

Каждое слово отца било наотмашь.

— Сегодня тебя раздавили на трибуне, потому что ты гневаешься там, где нужно хладнокровно считать варианты, — продолжал Лорд-Отец. — Политика не терпит истерик.

— Я защищал нашу честь! — выплюнул Вайтус.

Он чувствовал, как его щёки горят от стыда и унижения.

— Они в открытую насмехались над нами! — парень резко шагнул к столу. — Тот выскочка из торговой гильдии смел указывать нашему Дому, как вести дела на Периферии! А ты сидел и предлагал молчать!

— Они дёргали тебя за ниточки, а ты послушно плясал перед ними, как дешёвая марионетка, — отрезал отец и брезгливо поморщился. — Твоя речь была жалкой. Ты сам показал им свою уязвимость. Ты слишком слаб, Вайтус.

Старик медленно поднялся с кресла и опёрся руками о стол.

— С таким дурным характером ты никогда не станешь сильнее. Ты просто погубишь наш Дом, когда займёшь моё место. Если вообще его займёшь.

— Я делал то, что должен был! — огрызнулся Вайтус.

— Ты делал то, что тешило твоё эго, — сухо ответил отец. — Убирайся с глаз моих. Мне стыдно на тебя смотреть.

Вайтус пулей вылетел из кабинета, громко хлопнув дверью, чтобы хоть как-то выразить свой протест. Внутри него всё кипело от ярости. Щенок? Слабак? Он докажет старому ублюдку свою силу. Он заставит отца давиться собственными словами и умолять о прощении.

Ноги сами понесли парня под землю. Там, под фундаментом их родового поместья, находилось хранилище реликвий. А в нём идеальное оружие — «Чёрный Осколок». Странный и пугающий артефакт недавно притащили контрабандисты. Они нашли его в аномальном секторе и продали Дому за бесценок, лишь бы поскорее избавиться от жуткой вещи. Никто из придворных учёных не понимал принципа работы этой штуки. Техника рядом с камнем сходила с ума, а люди жаловались на мигрени. Но все чувствовали скрытую пульсирующую мощь «Осколка». Вайтус решил, что сегодня эта сила станет его главным козырем в борьбе за власть.

Двери распахнулись, открывая вид на коридор из серого бетона. Вайтус уверенно зашагал вперёд, подошёл к первым воротам и приложил ладонь к сканеру. Система считала капиллярный отпечаток крови и одобрительно пискнула. Толстые створки с шипением разошлись в стороны.

Воздух внутри хранилища оказался спёртым и ледяным, а в ушах сразу появился низкий давящий гул. В самом центре парил небольшой кусок антрацитового камня с острыми краями, висящим над антигравитационным постаментом. Артефакт был надёжно закрыт внутри мерцающего поля стазиса.

Вайтус подошёл к контрольной панели. Руки предательски дрожали от злости на отца и от предвкушения скорого триумфа. Он ввёл код доступа и нажал кнопку отключения защиты. Голубое свечение стазис-поля мигнуло несколько раз и полностью погасло, но гул в ушах стал громче.

Парень сделал глубокий вдох, шагнул к постаменту и схватил «Чёрный Осколок» голой рукой.

В этот же миг привычный мир перестал существовать.

Осколок срезонировал с кипящей яростью внутри Вайтуса. Пространство вокруг исказилось с оглушительным хрустом. Взбесившаяся гравитация ударила парня по плечам и швырнула его на колени. А камень намертво прилип к ладони, обжигая кожу мёртвым холодом.

Самое страшное началось внутри головы. Туда без стука и предупреждения ворвалась чудовищная телепатическая волна. Это был не один голос, а голоса миллиардов и триллионов существ. Они кричали в порыве вечной и непрекращающейся агонии. Эти неизвестные создания горели заживо внутри застывшей сингулярности. Их тела разрывало на атомы, они теряли своих детей и сходили с ума от бесконечной боли, запертые вне времени.

Вселенская мука всей своей тяжестью обрушилась на хрупкий мозг. Вайтус не мог этого выдержать и закричал, почувствовав, как в глазах лопаются сосуды. Горячая кровь залила зрение красной пеленой.

— Хватит! — истошно вопил Вайтус, упав на бок.

Он начал в исступлении раздирать ногтями собственное лицо. Парень пытался выскрести чужую боль из головы, оставляя на щеках глубокие кровоточащие борозды.

— Умоляю, прекратите! — хрипел он, катаясь по полу. — Я больше не могу!

Но голоса в голове не останавливались ни на секунду. Личность парня дала трещину. Его детские воспоминания, его амбиции и мелкие обиды на отца начали стираться. Разум мёртвой расы давил с силой океанского дна. Вайтус умирал, его мозг буквально закипал в черепной коробке от информационного перегруза.

И тогда древние сущности, проникшие в тело, внесли жёсткие коррективы. Они слишком долго ждали этого, но всё же нашли идеальный живой сосуд с подходящей нервной системой и не собирались позволять ему сломаться в первые же секунды контакта.

Боль резко оборвалась. Всё закончилось, словно по щелчку пальцев.

Вместе с болью исчезло и всё остальное: гнев на отца, карьерные амбиции, страх, гордость, ненависть и любовь; всё это выгорело подчистую. На месте юношеской души остался лишь бесконечный космический холод.

Вайтус медленно поднялся с колен и ощутил, что движения его тела неуловимо изменились. Они больше не были дёргаными и резкими, как у обозлённого юноши. Они стали плавными, выверенными и неотвратимыми, словно движение мёртвых планет по своим орбитам.

Он опустил взгляд на свои руки. «Чёрный Осколок» впитался в кожу, не оставив ни следа. Мир предстал перед ним в совершенно ином свете. В нём больше не было ярких эмоций, остались только голая математика, векторы приложения сил и слепая, безжалостная целесообразность.

Его зрачков и белков больше не существовало. Теперь на их месте зияли две жуткие чёрные пустоты, которые жадно засасывали в себя любой падающий свет. Вайтуса больше не было. Жалкий и вспыльчивый щенок умер на этом холодном полу. А его место заняла сама Энтропия, принявшая форму человека.

За спиной нового существа с лязгом распахнулись бронированные двери хранилища.

— Вайтус? Что ты наделал… — раздался сзади испуганный голос.

Существо медленно обернулось. На пороге стоял Лорд-Отец. За его спиной тяжело дышали пятеро элитных гвардейцев Дома в тяжёлой броне. Они держали наготове плазменные винтовки и водили стволами по сторонам. Отец замер в ужасе, увидев сына. Он смотрел на его изуродованное лицо, на чёрные провалы глаз и на чёрный иней, который начал стремительно покрывать стены хранилища. Старик нутром чувствовал могильный холод, исходящий от тела своего наследника.

— Убить его! — в панике воскликнул Лорд-Отец и ткнул дрожащим пальцем в сторону Вайтуса. — Немедленно убейте эту тварь! Огонь!

Гвардейцы синхронно направили на него оружие. Но существо даже не сдвинулось с места. Оно лишь слегка наклонило голову набок, анализируя их потуги.

Хватило одной лишь мысленной команды, и гравитация вокруг солдат сошла с ума. Она схлопнулась в крошечную точку прямо в центре их отряда. Пространство содрогнулось от чудовищного перепада давления, и тела пятерых крепких мужчин вместе с их тяжёлой бронёй и плазменными винтовками в долю секунды смяло в воздухе. Их спрессовало в уродливые кровавые комки размером с футбольный мяч.

Тошнотворный хруст десятков ломающихся костей и рвущегося металла эхом разнёсся по залу. А затем на пол с мерзким чавканьем упали бесформенные куски перемолотой плоти.

Лорд-Отец рухнул на колени. Его былая аристократическая гордость и презрение исчезли без остатка. Их место занял неконтролируемый страх. Старик дрожал всем телом, смотрел на кровавое месиво у своих ног и не мог вымолвить ни слова.

Существо бесшумно подошло к нему, посмотрело на этого трясущегося человека сверху вниз, но не почувствовало ни капли жалости. Не было и торжества победителя. Этот старик был просто помехой на пути. Ненужным уравнением, которое следовало аккуратно стереть с доски.

— Ты был прав, отец, — произнесло существо ровным и абсолютно безжизненным тоном.

Голос звучал пугающе. В нём сливалось многоголосое эхо миллиардов мёртвых душ, создавая эффект жуткого металлического хора.

— Эмоции — это слабость плоти, — продолжал звучать хор. — Они делают нас уязвимыми перед лицом вечности.

Отец с трудом поднял глаза, попытался молить о пощаде, но из пересохшего горла вырвался лишь сдавленный хрип.

— Но теперь их нет, — существо медленно протянуло руку к лицу старика. — Осталась лишь слепая целесообразность.

Оно коснулось влажного от пота лба кончиком указательного пальца. Лёгкий импульс чистой тёмной энергии скользнул сквозь кожу и кость прямо в череп. Лорд-Отец мгновенно обмяк и кулем повалился на пол. Существо просто стёрло его нервную систему, словно удалило ненужный файл с носителя.

Оно равнодушно перешагнуло через труп человека, который ещё полчаса назад считался отцом, и направилось к выходу. В коридоре тускло мигали аварийные лампы. На стене висело зеркало в золотой раме, и существо остановилось напротив него.

Высокий молодой человек с бледной кожей и чёрными провалами глаз долго и внимательно изучал своё новое отражение. Существо рассматривало это тело так, словно примеряло новый, не слишком удобный костюм, который придётся носить не одну сотню лет. Оно аккуратно поправило смятый воротник, а затем большим пальцем стёрло каплю чужой крови с щеки.

Всё внутри этого нового разума было подчинено единой цели. Его народ страдал слишком долго в пучине чёрной дыры. И теперь эта слабая, погрязшая в мелких дрязгах галактика заплатит за их боль сполна. Они соберут все ключи. Они вернут своих. Любой ценой.

— Этот мир болен хаосом, — тихо и без единой эмоции сказало существо своему отражению. — Нынешний Император слишком слаб, чтобы его исцелить.

Оно развернулось и медленно зашагало в спасительную тьму коридора. Существо оставляло позади мёртвый Дом и делало свой самый первый шаг к созданию новой, идеальной Империи.

«Пора сменить правителя и навести в этой галактике особый порядок», — пронеслась в пустоте холодная и расчётливая мысль будущего владыки.