— Ты идиот, — Игорь мерит шагами мой кабинет. — Полный идиот. Я же тебя предупреждал про Крылова. А ты? Взял и попер на рожон. Теперь у тебя нет Алисы, нет инвесторов, нет половины бизнеса, и дети с Мариной. — Заткнись, — рычу я, сжимая в руке бокал с виски. Руки трясутся. Сегодня утром пришло уведомление: суд наложил арест на счета ресторанов до выяснения обстоятельств по делу о выводе средств. Инвесторша, узнав про фотографии, вышла из проекта. Я разорен. Ну, почти. — Что теперь делать будешь? — Игорь садится напротив. — Бороться, — я залпом допиваю виски. — У меня есть еще кое-что на Маринку. То, о чем никто не знает. — Что именно?

— Помнишь, пять лет назад она лежала в клинике? Говорила, что аппендицит? — Ну. — Это был не аппендицит, — я криво усмехаюсь. — Это был аборт. Она была беременна, но сказала, что не хочет третьего ребенка, потому что устала. Я уговаривал, но она настояла. Сделала аборт тайно от всех, даже от матери. Игорь смотрит на меня с ужасом. — Ты хочешь использовать это в суде? Руслан, это подло даже для тебя. Она имела право распоряжаться своим телом. — Она убила моего сына, — говорю я, и в голосе звенит металл. — И теперь будет за это платить. Я докажу, что она морально неустойчива, что она способна на все ради своих интересов. Даже на убийство собственного ребенка. — Это не убийство, — качает головой Игорь. — И ты сам это знаешь. Ты просто хочешь ее уничтожить, потому что она посмела уйти от тебя и быть счастливой. Посмотри на себя, Руслан. Ты превращаешься в монстра. — Зато я честен сам с собой, — огрызаюсь я. — А она — лживая тварь, которая строила из себя святую. Я открою ей глаза. И всем вокруг. Игорь встает. Я с тобой, — говорит он. — Потому что мы друзья. Но знай: если ты это сделаешь, обратной дороги не будет. Ты сожжешь все мосты. И не удивляйся, если потом останешься один. Он уходит, а я смотрю в окно. За стеклом — серый город, дождь, люди спешат по делам. А у меня внутри — черная пустота. Я ненавижу Марину за то, что она посмела быть счастливой без меня. Я ненавижу себя за то, что до сих пор люблю ее. И я уничтожу эту любовь, даже если мне придется уничтожить все вокруг.