В каждом безумии живет одна большая тайна, несколько средних и множество малых. Эти тайны невозможно не только изъяснить словами, но даже помыслить.

Мысль от соприкосновения с такой тайной искривляется и огибает ее по длинной дуге. От этого начинает кружиться голова.

Попытка рассказать о такой тайне может вызвать полную немоту. Попытка охватить ее разумом может вызвать полную остановку всех процессов в мозге. Попытка почувствовать ее вызывает ужас [см. «Безумие и ужас»], но именно он позволяет нам выйти на новые просторы миропонимания, свидетельствуя о Ничто [см. «Безумие и Ничто»].

Тайны вызывают тревогу и в то же время приносят спокойствие, если мы касаемся их только в рамках особых ритуалов и только в особое время, и тогда тайна становится источником пророчеств.