Случайно или неслучайно (а я думаю, что все в этой жизни предопределено, несмотря на кажущийся выбор) я познакомилась с автором и его книгой «Бытие и Безумие [и драконы]». Автор определяет жанр как поэму, но маленькое уточнение: это, скорее всего, философско-психологическое исследование, где нет определенного сюжета, хотя некоторая художественность и присутствует. Форма изложения существует на стыке жанров. Здесь больше вопросов, чем ответов. Не припомню, чтобы мне приходилось читать что-либо подобное, и в этом своеобразный взгляд автора на мир. Необычен стиль изложения, где эпизоды, почти документально точные, и цитаты известных личностей переплетаются с безудержной авторской фантазией, уводящей в мир грез. По мнению автора, миром правит безумие. Им пронизана не только жизнь отдельного человека, но и всего человечества. Это и есть сквозная драматургическая линия всего произведения, другой драматургии нет. Но, несмотря на сложность проблем, изложенных в книге, читается она легко и с интересом. Импонирует своеобразный юмор автора, например: «Как сказал один известный поэт, эта книга идеальна для чтения в туалете…» Вот еще: «Если эта книга попала вам в руки, – сожгите ее!» Или вот: «Если она (книга) вам приснилась, немедленно просыпайтесь!»; «Если вам про нее рассказывают, залепите уши воском и возьмите в руки арфу…» Но чем дальше читаешь эту книгу, тем больше понимаешь, что юмора становится все меньше, история становится все более серьезной, и ты постепенно все больше погружаешься в оторванный от реальности мир. Плохо это или хорошо? Скажу однозначно, это просто замечательно. Попробовала в плохом настроении почитать эту книгу. И что же?
Оторванность от реальности как нельзя лучше отвлекает от кажущихся важными проблем. Углубляясь в книгу, забываешь о них напрочь. Так что можно рекомендовать ее в качестве психотерапевтического средства! Вместо таблеток. Яркие и зримые портреты субличностей, которые составляют основной образ автора, присутствуют как нельзя кстати, разряжают атмосферу философской серьезности и оживляют общий стиль изложения. Иногда кажется, что автор пытается достучаться до читателя, и его слова звучат как назидание (глава «Безумие и Заратустра»). Есть некие, весьма интересные факты из жизни Зигмунда Фрейда и Жана Мартена Шарко, о которых я не знала (глава «Безумие и эксперимент – 1»). Здесь говорится об экспериментах по воздействию на тяжелых психических больных гипнозом. «При определенной глубине гипноза можно было установить контакт уже не с самим «больным», а с его психическим заболеванием. Если же исследователи шли еще дальше, они могли начать общение с «Безумием». Здесь уже явно начинается триллер. Эксперименты были брошены и больше не возобновлялись. Тайной окутана эта странная история.
В 2003 году я написала произведение для симфонического оркестра «Вступление к тайне», но тогда я не знала ни автора «Бытия и Безумия», ни его книгу… Мне как музыканту интересны главы «Безумие и музыка–1», «Безумие и музыка–2». Согласна с автором, что музыка требует измененного состояния сознания и не так исполнение музыки, как сочинения. Без этого невозможно создать что-либо толковое. К великому сожалению, прочитать подробно всю книгу у меня пока не получилось, но свидание с ней еще не раз состоится. И каждый раз, встречаясь с ней, я буду открывать для себя новые миры и горизонты.