Уже с самого утра я была словно на иголках. Окно в коридоре второго этажа особенно сильно притягивало взгляд – из него открывался вид на объятое красками цветущее поле и лес, который виднелся вдали.

Решив, что точно не стану больше встречаться с таинственным фейцем, я спустилась вниз, чтобы поговорить со своей единственной подругой. Хотелось отвлечься от мыслей о лесном незнакомце, да и обсудить ее дальнейшую судьбу стоило уже сейчас. Ведь я и сама оказалась в шатком положении из-за шантажа нерадивых родственников, а Лора полностью зависела от меня.

Полгода назад, в страшный холод и дождь, в дверь поместья Икворт постучала до ужаса замерзшая девушка. Как оказалось, отец выгнал ее из дома, когда та отказалась выходить замуж за нелюбимого человека. Расстроенный жених воспринял бурную реакцию девушки как оскорбление. В конце концов, он и сам не захотел этого брака.

Конечно, ее история трогала до глубины души, ведь и мне был навязан брак против воли, но я не посмела бежать. Но больше всего меня задело за живое то, что из всех тех многочисленных домов, которые она посетила в столице нашего Королевства, только я согласилась принять Лору к себе на работу. Свободолюбивых девушек не жаловали нигде. Мельком услышав от городских прохожих рассказы о независимой молодой вдове, отвергнутая всеми Лора решилась ехать именно сюда. И, конечно же, я радовалась, что она смогла спастись. Но слухи, уже дошедшие до столицы, отнюдь не радовали.

– Лора, как твои родные, все еще не отвечают на письма?

– Сложно бороться с их холодностью, но постепенно они смирятся. Сестра же приняла мою сторону и стойко пытается растопить их сердца, – проговорила девушка с грустной улыбкой.

Лора была прекрасно образована и начитана, лучше гувернантки не найти, вот только детей у меня, конечно, не было, а потому она выполняла обязанности компаньонки. Не оставлять же Лору на улице, да и обычной служанкой взять девушку из благородной семьи не посмела. Гувернанткам жалованье платилось гораздо больше, чем простым слугам и даже компаньонкам, и, озабоченная судьбой Лоры, я выделила ей должность, которая обеспечит девушку и избавит меня от волнений за ее судьбу. Лоре не было равных в доброте и мудрости, поэтому она быстро стала моей близкой подругой. Холодная красота Лоры могла очаровать любого: русые густые волосы, светло-серые глаза и бледная кожа в сочетании с горделивым видом делали ее прекрасной партией для любого мужчины, у которого имелись глаза. Девушка могла позволить себе долго выбирать мужа, но ее отец был жестоким человеком и решил отдать дочь первому, кто попросит ее руки. А когда та взбунтовалась, нарушив его планы, просто отрекся от нее и выгнал из дома.

Мне было невыносимо видеть, как она все еще надеется на прощение отца и абсолютно согласной с ним матери. Я же старалась не вмешиваться. Разговор о будущем тоже отложила, поскольку по появившейся между бровями морщинке стало видно, что она подавлена. Будто подтверждая догадки, Лора поспешила перевести тему.

– Сегодня ты решила не кататься верхом, Миллиора?

– Нет, Буцефал накатал меня как следует. Сегодня я предпочту книги, – ответила я, и мы вместе рассмеялись, потому как обе хорошо знали повадки «монстра».

Я невольно вспомнила вчерашний день. В который раз. Лора открыла одну из тех книг, что мы иногда перечитывали друг другу, и принялась читать ее вслух. Мне правда хотелось сконцентрироваться на рассказе, но напряжение, вызванное интригами фейца, никак не спадало. Еще час я пыталась усидеть на месте, прогоняя навязчивые мысли и воспоминания, и делала вид, что ничто меня не беспокоит.

Прерывая тревожащие размышления, высокие напольные часы, стоявшие в углу гостиной, забили ровно полдень. Я в тот же миг забыла обо всем. Поднявшись, я поблагодарила Лору за компанию и быстрым нетерпеливым шагом направилась на второй этаж – к тому самому окну, что так не давало мне покоя. Вдруг Эрбос и вовсе не явится, поняв мой настрой? В глубине души я понимала, что это меня даже немного разочарует. И это определенно было плохим знаком.

Встав у оконной рамы и положив обе руки на широкий деревянный подоконник, я стала всматриваться в полоску леса вдали, у которой по-прежнему не было видно ни единой живой души. Может, и хорошо, если он не явится. А возможно, он не поедет дальше в поле, чтобы я не смогла рассмотреть всадника на вороном коне. Я уже собиралась уйти, не обнаружив своего вчерашнего спасителя. Но вдруг из леса появился темный силуэт – черный конь и его хозяин. Это заставило меня отпрянуть от окна, будто Эрбос смог бы меня разглядеть. Всадник сделал несколько кругов, пуская рысью нетерпеливого жеребца, а затем остановил его, глядя в сторону поместья. В этот момент он наверняка понял, что я не приду. Мне было неизвестно, сколько времени выжидал Эрбос в тени леса, прежде чем решился показаться. Но даже издали в нем ощущалось нетерпение. Я прикрыла глаза и глубоко вдохнула.

– Уходи… Уходи… Прошу тебя, – прошептала я, хотя он не мог услышать.

Душа разрывалась между желанием сейчас же отправиться к Эрбосу, долго говорить с ним обо всем на свете, слушать его рассказы о народе фейри до вечера и между желанием забыть об этом мужчине навсегда. А когда я вновь подняла глаза, чтобы увидеть пустое поле и темную одинокую полосу леса, обомлела от удивления и страха. Эрбос на всех парах скакал в сторону поместья Икворт. Не поверив своим глазам, я отвернулась от окна, а когда снова посмотрела в него, то уже не сомневалась: феец вознамерился заглянуть в гости и породить обо мне еще более страшные сплетни. Быстро спустившись по лестнице и поймав на себе удивленный взгляд Лоры, по-прежнему сидевшей на длинном диване, я выбежала на задний двор. И велела Элу немедленно оседлать для меня любимую лошадь. Она сочетала в себе добрый нрав и умение скакать быстро. Как раз то, что мне сейчас было нужно. Поглощенная переживаниями, я не успела понять, как оседлала лошадь и оказалась в поле, мчась к своей погибели.

Внутри бушевала такая злость, что всадник, несущийся мне навстречу, стал единственной точкой, к которой было приковано мое внимание. Хотелось растерзать Эрбоса на мелкие кусочки. Феец предоставил мне выбор и сам же его забрал. Он осознавал: стоит явиться ко мне в поместье – и обо мне тут же поползут слухи. Еще страшнее, если кто-то сейчас заметит, что я отправилась на свидание с мужчиной один на один. Без зазрения совести он предпочел спровоцировать этот скандал – вынудил меня идти у него на поводу.

«Совершенно невыносимый, наглый, эгоистичный феец», – пронеслось в голове, когда я заметила на лице приближающегося ко мне Эрбоса довольную улыбку. В следующий миг направляемые всадниками лошади сошлись в одном месте, кружась одна напротив другой на расстоянии нескольких метров. Красота, страх и злость встретились в одном месте, обещая последствия. Я прожигала Эрбоса таким взглядом, что, наверное, и сама бы испугалась себя, если бы увидела со стороны. Он же продолжал улыбаться, явно наслаждаясь тем, как я вскипела. Пришпорив кобылу, я рванула в сторону леса, не проронив и слова. Еще не хватало вести беседы у ворот поместья.

Заодно я дала себе немного времени, чтобы остыть, ведь позволить себе грубости в отношении фейца, несмотря на переполняющие чувства, было бы опрометчиво. Добравшись наконец до прохладной тени деревьев, я спешилась и, сложив руки, стала ждать, когда Эрбос слезет со своего коня.

– Почему вы не уехали? – Задала я вопрос, как только мужчина спешился и подошел ко мне ближе.

– Судя по всему, я не прогадал, когда предположил, что объятая чувством вины из-за невыплаченного долга, маленькая леди Аддерли станет наблюдать из окна за бедным и несчастным фейцем, поджидавшим ее у леса, – сказал Эрбос, при этом намекая, что именно его происхождение и стало причиной моего отказа.

В нем не было ни обиды, ни злости – одно лишь веселье, сверкающее озорными огнями в бездонных зеленых глазах. Стало страшно от проницательности Эрбоса: вдруг он сразу заподозрил, что я обладательница магических способностей, а теперь лишь искал доказательства своих предположений? А может, я и накрутила себя раньше времени, обращая внимание лишь на те слова, которые звучали угрожающе?

– Веселитесь, Эрбос? Мне же не до веселья, моя персона и так привлекает к себе достаточно внимания. Если же хоть кто-то заметит, что я встречаюсь тайком в лесу с мужчиной, то не разбираясь обольют грязью, – выпалила я, подойдя вплотную к нему. – Меня устраивает моя тихая и свободная жизнь, менять ее я не желаю. Вам не понять меня: вы родились не только мужчиной, но и фейцем, как вы правильно успели подметить. Ради своей забавы вы можете пустить под откос мою судьбу за несколько дней, а затем забыть мое имя и отправиться в столицу, домой, как ни в чем не бывало.

Эрбос резко посерьезнел, рассматривая меня с высоты своего роста с небывалым интересом. Взгляд мужчины на мгновение опустился к моим губам, но быстро вернулся обратно. Мне не составило труда понять, что именно сейчас промелькнуло у него в голове. Я резко сделала шаг назад, удивляясь тому, что этот мужчина вообще обратил на меня внимание как на девушку.

– Всего один день, Миллиора, и я исчезну из вашей жизни. Хотя, возможно, вы сами захотите встретиться со мной еще, кто знает? Не буду против нового свидания, я почти каждый день в этом лесу.

– Тогда после сегодняшней встречи я больше не ступлю в этот лес ни ногой. И я уже объяснила почему, хоть вы и не желаете меня слышать. Сейчас я уже тут и потому выплачу вам долг, как вы того и требовали, но на большее не рассчитывайте.

Эрбос немного нахмурился, но тут же быстро улыбнулся одним уголком губ, словно стирая с лица тень тревожных мыслей.

– Чудесно, тогда мы поедем в одно хорошее место, которое я обнаружил в лесу и теперь часто там бываю, – проговорил он с энтузиазмом, мягко подталкивая меня к лошади.

Мужчина подхватил меня и с легкостью помог усесться в седле, затем и сам оседлал своего коня. Мы медленно двинулись по дороге, уходящей в глубь леса. Эрбос, как и прежде, прокладывал путь сквозь заросли, ведь то место, которое должно было мне понравиться, находилось глубоко в лесу. Вскоре мы и правда вышли на большую поляну, которую сплошь устилал ковер из шапок лиловых цветов на достаточно высоких стеблях. Я замерла, залюбовавшись красотой этого места: солнце пробивалось сквозь облака и ветви близстоящих деревьев, освещая поляну мягким неярким светом, цветы наполняли и без того свежий лесной воздух сладковатым ароматом, ветер колыхал пушистые шапки лиловых соцветий, создавая живой ковер, который перекатывался волнами. Вокруг красиво переливалось пение лесных птиц, делая место волшебным.

– Это и правда особенное место, – согласилась я, все еще любуясь красивым видом.

Заставила меня вздрогнуть неожиданная надежная хватка на талии. Мой спутник поспешил лично помочь спуститься с лошади. Казалось, что он даже получал от этого удовольствие, на этот раз дольше обычного удерживая меня в своих руках, разглядывая глаза. Я же напряглась под навязчивым взглядом, ведь именно фиалковый цвет радужек когда-то привел в наш дом Инквизиторов. Фейцев. Они долго изучали меня, так же заглядывая в глаза, будто внутри них была видна душа со всеми ее пороками. Тот день хорошо запомнился, ведь охотники провели в нашем поместье несколько часов, подозревая отца в том, что он поит меня специальным зельем, скрывающим магические способности людей. Отваром абракуса пользовались многие люди, спасая своих детей и себя, даже учитывая, сколь сложно было его достать. Но действие растения было недолгим. Тогда, не обнаружив ничего странного, Инквизиторы ушли. Мне даже выдали документ, подтверждающий, что я не имею магических способностей.

– Я же говорил, вам понравится, – замечая мою реакцию, с довольным видом проговорил феец.

Выпустив меня из рук, Эрбос обошел свою лошадь и достал из седельной сумки большое покрывало. Я же направилась исследовать поляну. Вскоре и мужчина последовал за мной.

– Что это? – спросила я, когда наткнулась на два полуразрушенных столба по колено, сотворенных явно не природой. Эрбос притоптал ногой высокую траву вблизи этих самых столбов и расстелил тяжелое большое покрывало.

– Я заметил, что вас сильно интересуют слухи о фейри и в целом сказки. Представляю доказательства того, что я не сказочник, а действительно кое-что знаю. Когда-то на этом самом месте были магические ворота, соединяющие два мира.

Я присела и коснулась остатков каменных врат кончиками пальцев. Теперь я сгорала от нетерпения, хотелось услышать продолжение истории. Но Эрбос не заговорил, он ждал моих вопросов. Хотел упиваться заинтересованностью. Феец сел на покрывало и, сорвав одну из высоких травинок, сунул ее в рот, наблюдая за тем, как я встала и, распрямившись, повернулась к нему. Он рассматривал меня, как хищник рассматривал бы свою жертву перед трапезой. Мужчина смело обвел взглядом полуобнаженные плечи, которые не слишком закрывало летнее сиреневое платье, затем шею, губы и снова остановился на глазах. От этого я вновь вспомнила, кто передо мной, и невольно сжалась. Стараясь скрыть свою реакцию, быстро подошла к покрывалу и села на край, чтобы не быть слишком близко к этому мужчине.

– Я люблю сказки. Они мне напоминают об отце, который умер два года назад. Мы были весьма близки, он – единственный, кто делал меня счастливой.

Я делилась личным, глядя на узор на покрывале и обводя завитки на нем указательным пальцем, чтобы не встречаться взглядом с Эрбосом. Мне все еще было тяжело вспоминать об отце, порой я не могла поверить, что его больше нет рядом. Иногда даже ловила себя на том, что хочу, как и прежде, побежать к нему, живому, и рассказать новость, что меня порадовала. Затем я вспоминала о его кончине и впадала в ступор. Неожиданно на мои пальцы легла рука Эрбоса, заставляя поднять на него глаза. Он смотрел на меня с сочувствием и пониманием. Этот его жест был приятнее слов, он был искренним, как раз таким, который требовался мне в эту минуту: слова сочувствия и скорби, тем более подобранные расчетливым рассудком, вызывали во мне желание поморщиться от отвращения.

– Вы ни разу не говорили про мать. Где она?

Я пожала плечами и, наконец, убрала свою руку из-под большой ладони Эрбоса.

– Отец сказал лишь то, что она умерла от послеродовой горячки. Он не любил говорить о ней. Наверное, ему было больно. Я же не донимала его вопросами. Папа давал мне столько любви, что я и не замечала нехватку материнского тепла в своей жизни.

– Я был знаком лично с вашим мужем, лордом Аддерли. Возможно, и отца вашего знал. Как его звали? Хотелось бы знать имя того, о ком так тепло отзываются его близкие.

– Роберт Элфорд, так его звали. Поместье отца тоже соседствует с Иквортом, но оно гораздо меньше его. Сейчас там живут моя мачеха и сводный брат. После смерти папы ему в наследство перешло всё, даже я до двадцати одного года.

За потоком слов я и не заметила, с каким отвращением говорю о своих родственниках: наверняка это читалось и на моем лице, ведь Эрбос заметно нахмурился, прожигая меня серьезным взглядом.

– Это он отдал вас замуж за старика?

– Кто же еще? Он мой опекун. Но не подумайте, что меня планировали за него отдать. Моя заурядная внешность, судя по всему, не может затмить этот ужасный цвет глаз, – взмахнула я рукой у лица с усмешкой. – Разглядев его, женихи с ужасом бросаются от меня врассыпную. Ведь обычно ведьмы и маги смотрят на этот мир яркими глазами. Пусть я прошла проверку Инквизиции и не обладаю никакой магией, люди продолжают шарахаться от меня. Но кому я рассказываю, ведь фейри знают лучше других о таких случаях.

Эрбос слушал меня довольно внимательно, и его удивление не укрылось от меня, хотя я так и не поняла, что именно вызвало его реакцию.

– Я видел ведьм и магов, коих осталось совсем мало, но ни у одного из этих людей я не замечал фиалкового цвета глаз, Миллиора. В вас нет магии, я бы сразу ее распознал, как и проверяющие вас Инквизиторы. Что до внешности: верно, именно она обычно подтверждает принадлежность к магии. Все ведьмы до невообразимого прекрасны. Как и вы.

От речей фейца я сжалась. Его слова не прозвучали для меня комплиментом, скорее вызвали леденящий ужас. Ведь я знала – магия во мне есть. И если раньше я думала, что обнаружить ее не удалось Инквизиции лишь потому, что она спала и никогда не проявляла себя, то сейчас я была уверена – по какой-то причине фейри не чувствовали ее во мне.

– Кто же вы такой, раз видели ведьм и магов, Эрбос? – спросила я, игнорируя явную лесть и скрывая растерянность.

– Всех полукровных фейри обучают распознавать магию у людей. Еще будучи детьми, мы учимся на живых магах и ведьмах.

Я выдохнула:

– Мне показалось, что вы можете оказаться Инквизитором.

Эрбос громко рассмеялся, и от широкой улыбки под уголками губ стали видны две едва заметные маленькие ямочки. Эта совсем незначительная деталь делала его образ настолько живым и привлекательным, что я и сама стала улыбаться вместе с ним.

– Миллиора, вы проходили проверку и должны знать, как выглядят Инквизиторы. Неужели я похож на кого-то из них?

Я вспомнила устрашающих громил, которые практически ворвались к нам в дом, и поняла – он ничуть на них не похож. Или мне хотелось в это верить?

– Ну-у, – задумчиво протянула я, оценивая его внешность. – Если на вас надеть черные одежды, плащ с капюшоном и добавить шляпу, в каких они обычно ходят, то вполне можете сойти за одного из них.

Эрбос с полуулыбкой прилег на покрывало и явно наслаждался тем, как я его рассматриваю, прикидывая, подойдет ли он на роль Инквизитора.

– На самом деле все эти шутки зашли слишком далеко. Всем своим существом я презираю убийства людей, которые обладают магией. Они не выбирали рождаться со способностями. Гибнут даже маленькие дети. Это… просто ни в какие ворота, такого просто не должно быть…

Я впервые так категорично высказалась о правилах, установленных в Королевстве, при Эрбосе и сразу посмотрела ему в глаза, ожидая реакции. Он скользнул взглядом по моей опершейся руке, затем – к талии, обтянутой тканью платья, задержался на распущенных волосах, лишь слегка убранных по бокам двумя заколками, и вернулся к лицу. Его оценивающий взгляд словно впивался в каждую деталь и поглощал их одну за другой. Эрбос тяжело сглотнул и наконец ответил на мои рассуждения.

– Да, способы не допустить кровосмешение весьма жестокие, но они обеспечивают безопасность нашему королю.

«А нужен ли нам этот ваш король? Пусть бы уходил в свой мир и оставил нас в покое», – хотелось сказать мне, но я согласилась, молча качнув головой. Осознавая, что феец никогда не поймет меня.

– Миллиора, – неожиданно требовательно обратился он ко мне. – Вам на вид не больше двадцати. С унаследованным именем, состоянием и таким милым личиком вам бы не составило труда выйти замуж, даже несмотря на необычный цвет глаз, выделяющий вас среди остальных человеческих женщин. Но вижу, вы не стремитесь к этому. Даже больше – не хотите.

Я закатила глаза и отвела взгляд – этот вопрос мне задавали слишком часто, и он успел поднадоесть. Ведь обретенное наследство и правда могло перекрыть мой недостаток, но я практически не выезжала за пределы поместья.

– Не хочу быть чьей-то собственностью и подчиняться правилам мужа. Лучше уж побыть свободной, пока есть такая возможность, пусть и ненадолго.

Я тяжело вздохнула и перевела взгляд на Эрбоса – его лицо стало таким, каким, пожалуй, могло быть только у настоящего Инквизитора.

– Ты с кем-то помолвлена? – быстро спросил он.

– Нет-нет, вы не так поняли, – тихо рассмеялась я, – но сводный брат, мой опекун, настаивает на моем скором замужестве. Отказаться по весомым причинам я не могу, а потому в течение пары месяцев, которые он мне выделил на поиски мужа, я должна буду найти некого мужчину для официального брака.

– Официального брака… – повторил мои слова Эрбос. – Мне кажется, Миллиора, что в твоей задумке есть хитрость.

– Вы слишком проницательны. И слишком рано перешли на «ты», но вы правы. Я заключу фиктивный брак, если выйдет, и буду жить, как и прежде. Это же не противоречит законам, так?

Феец хитро улыбнулся.

– Какая же ты интересная особа, мисс Аддерли, – задумчиво проговорил он, даже не думая обращать внимание на мое замечание. – Любая другая девушка уже через месяц после кончины старого опостылевшего мужа нашла бы себе утешение в ком-то.

Я возмутилась заявлению фейца.

– Что вы имеете в виду?

– Ничего, лишь сужу по реальным примерам из жизней людей. Но я хотел с тобой поговорить не про это. У меня есть предложение, которое даст тебе возможность не выходить замуж, как ты и хотела. А я, в свою очередь, смог бы повлиять на твоего опекуна, чтобы он не смел от тебя этого требовать. Поверь, Миллиора, он без проблем оставит в покое молодую вдову: мой статус и влияние слишком велики, чтобы иметь смелость мне перечить…

Взгляд Эрбоса потемнел и стал хищным, как у ястреба, заметившего добычу. Плохое предчувствие разлилось страхом в груди, а сердце бросилось вскачь. Я торопливо огляделась, ища свою лошадь – та жевала траву неподалеку. Эрбос понял, что я хочу сбежать, и, пользуясь моим замешательством, в мгновение ока оказался рядом, приобнял меня за талию. Я подняла на мужчину глаза, сейчас наши лица были непозволительно близко, и его дыхание касалось моих губ. Я зря поверила в доброту Эрбоса, зря ему доверяла. Вот только уже было слишком поздно сокрушаться…

– Не спеши отказываться, маленькая бабочка, ведь твоя судьба напрямую зависит от моих дальнейших слов.

– Не трогай меня! – попыталась вырваться из чересчур крепких объятий фейца, но он и не думал отпускать меня. Лишь сильнее потянул на себя одной рукой, заставляя потерять равновесие и упереться ладонями в его грудь.

Другая рука мужчины легла мне на шею, подныривая пальцами под волосы и практически смыкаясь на ней. Паника затопила с головой, меня бросило в дрожь, ведь даже если я закричу, здесь никто меня не услышит.

«Глупая… Глупая Миллиора. Теперь тебе точно конец», – отругала я себя мысленно.

– Не стоит бояться меня, я не желаю тебе зла. Для начала выслушай что скажу, – ласково проговорил Эрбос, приблизив свои губы к моему уху, задевая нежную кожу на лице жесткой щетиной. – Я предлагаю тебе взаимовыгодные отношения, при которых ты получишь все, чего пожелаешь, и даже больше: не только свободу от брака с каким-нибудь мужланом, но и исполнение любой твоей просьбы, любого каприза, касайся он денег или общественного признания…

При этих словах феец мягко поцеловал меня в шею, заставив вздрогнуть от неожиданности. Я снова попыталась его оттолкнуть, но он не сдвинулся даже на миллиметр, его напряженное тело под моими руками было словно высечено из камня. Такое же тяжелое и невыносимо сильное. Он с легкостью уложил меня на покрывало и подмял под себя, вызывая во мне дичайший ужас. Его глаза стали темного зеленого цвета, а на губах нарисовалась кривая самодовольная усмешка.

– Чего ты хочешь?! – выкрикнула я, попытавшись столкнуть Эрбоса с себя, но это было невозможно, он словно припечатал меня к земле, даже дышать под его весом было тяжело.

– Думаю, ты уже догадалась, чего я хочу от тебя, Миллиора. Но я все же озвучу по пунктам.

Мужчина аккуратно убрал с моего лба прядь волос и, спустившись кончиками пальцев по скуле, шее, скользнул к плечу и стал медленно поглаживать его. От страха я практически не замечала этих его довольно интимных касаний, мое внимание полностью принадлежало тому, что он должен сказать, хотя я уже и предполагала, какие слова он способен произнести.

– Во-первых, ты станешь моей любовницей, и я часто буду забирать тебя в свое поместье. Конечно же тайно. Ведь нам не нужно портить твою репутацию. Во-вторых – эта связь продлится столько, сколько будет интересна мне. В-третьих, ты не станешь выходить замуж или иметь отношения с кем-то другим, пока мы будем встречаться. Теперь перейдем к преимуществам подобного союза. Ты получишь от меня защиту. Даже если кто-то узнает о нас, то я быстро закрою рот любому, я даже мыслить запрещу о том, чтобы очернить тебя. О твоем опекуне тоже позабочусь, он больше никогда не посмеет тебя беспокоить, ты станешь полностью управлять своей жизнью сама, как того и желаешь. Любые материальные блага и подарки, все чего пожелаешь, будет твоим. Для меня же станет отдельным удовольствием удивлять тебя, маленькая леди Аддерли.

От слов Эрбоса мои глаза все больше округлялись. Даже если бы я согласилась на столь унизительное предложение, которое было для меня недопустимым из-за личных принципов, он в первую же нашу близость понял бы, что я обманула суд и грубо нарушила закон, присвоила наследство, которое не должно было перейти мне.

– Нет! – решительно и быстро ответила я. – Этого не будет! Я ни за что не соглашусь на подобное!

Эрбос усмехнулся:

– Я знал, что настолько гордая девушка, как ты, быстро не согласится. Тем более после неудачного опыта близости с омерзительным стариком. – Мужчина вновь наклонился ближе и, несмотря на мои брыкания, стал нежно покрывать шею влажными поцелуями.

Сначала страх, что Эрбос не остановится, не позволял мне расслабиться, и я продолжала колотить его по плечам, цепляться ногтями за спину, скрытую под темной рубашкой. Но вскоре, заметив, что феец не пытается зайти еще дальше, поняла – он не будет настаивать на недопустимом, по крайней мере, пока я против этого.

– Ты тяжелый как конь, Эрбос, и если сейчас же не слезешь с меня, то задушишь, – возмущенно выдохнула я, ударив его по спине в последний раз. Я изо всех сил пыталась сохранить рассудок чистым, ведь умелые ласки мужчины уже начинали вызывать во мне отклик.

– Если будешь лежать смирно.

– Хорошо, – ответила я, при этом размышляя о том, как сбежать из ослабших объятий фейца.

Мужчина аккуратно приподнялся, дав мне больше пространства для движения, хоть мы все еще лежали слишком плотно, прижавшись друг к другу. В следующий момент он властно обхватил рукой мой подбородок и поцеловал в губы. Новые ощущения были странными, но приятными. Мягкие влажные губы заскользили по моим, щетина покалывала лицо, а руки Эрбоса прошлись по талии и груди, очерчивая пальцами край декольте платья, касаясь при этом чувствительной кожи.

Феец украл мой первый поцелуй – это вызывало возмущение, но с каждым мгновением бороться с растущим желанием ему ответить, позволить продолжить приятные ласки, стало невыносимо сложно. Я приоткрыла рот и начала отвечать на поцелуй. Неумело, робко. Эрбос сразу почувствовал эту перемену во мне и достаточно напористо проник языком в мой рот, углубляя поцелуй, сминая мое тело в своих руках. По коже мгновенно прокатилась волна мурашек, вызывая страх. Такой напор мужчины вновь спугнул меня, и я попыталась отстраниться, разорвать эту губительную для меня связь. Феец прислушивался к реакциям на его действия, потому вновь стал более нежным. Он опустился к моей шее, покрыл ее чувственными поцелуями и поднялся к мочке уха, прикусывая ее, – это окончательно растопило мою и без того пошатнувшуюся холодность, я стала выгибаться ему навстречу, желая еще большего. Мысленно я ругала себя за такую беспечность и глупость, но уже не могла противиться возникшему желанию.

Мои руки заскользили по спине Эрбоса, наслаждаясь приятной твердостью его напряженных мышц. Его нога проскользнула между моих бедер поверх юбок платья и плотно уперлась в сокровенное место, где зарождалось желание. Ощущения стали настолько прекрасными и приятными, что вынудили двинуться бедрами вперед. Губы Эрбоса снова завладели моими, а запах хвои и полыни, исходящий от его тела, наполнил легкие, странным образом утоляя дикую потребность в этом запахе. Я прекрасно понимала, что все происходящее сейчас между мной и этим фейцем неправильно и запретно, но уже не могла остановиться. Эрбос немного отстранился, прерывая сладкий, страстный поцелуй, и взглянул на меня изменившимся до неузнаваемости взглядом, в котором таилась бездна страсти.

– Видишь, Миллиора, мужчины могут дарить и приятные ласки. И это только маленькая часть того, что я могу тебе показать. Если позволишь, я покажу тебе, что такое настоящее удовольствие, способное вознести на небеса.

«Знал бы ты, что мне вообще неведомы никакие ласки», – подумала я про себя. А вслух произнесла совсем другое, пока этот мужчина опять не поцеловал меня и полностью не завладел разумом.

– Хорошо, Эрбос, будь по-твоему. Я подумаю над твоим предложением. – Я блефовала, точно зная, что больше ни за что не соглашусь с ним встретиться. – Мне и правда необходим влиятельный заступник, мой сводный брат совсем одичал от жадности.

Мужчина смерил меня оценивающим взглядом, пытаясь понять, лгу ли я, но вскоре довольно улыбнулся, высвободил меня из своих объятий и снова сел рядом. Пусть и гораздо ближе, чем до этого. Я тоже поднялась, смущенно поправляя смятое платье.

– Так в чем же дело? Наверняка родственники хотят урвать хотя бы кусок наследства после смерти твоего мужа?

«Необходимо держать язык за зубами. Иначе он быстро раскроет все мои тайны», – пронеслось в голове.

Я поняла, что совершенно ничего не знаю о нем, даже полного имени и статуса, в то время как Эрбос уже успел выведать обо мне даже некоторые личные подробности.

– Эндрюс хочет все. И поместье, и прилагающиеся к нему земли. Наибольшее, что он готов оставить мне, – это часть денег, украшения и наряды, на этом все…

Феец, кажется, и не удивился моему ответу, но злость в нем вспыхнула мгновенно: челюсть напряглась, руки сжались в кулаки.

– И как же твой отец не смог разглядеть в них этого? – задумчиво произнес он.

– Отец не собирался так рано покидать меня, он знал натуру жены и пасынка, но неожиданно заболел. Его разум помутился от боли… Он не успел даже составить завещание, чтобы определить мою судьбу.

Эрбос сделал паузу, но вскоре задал новый вопрос:

– Это они отдали тебя за лорда Аддерли?

– Да. Но жалеть меня не нужно. Мой покойный муж хоть и был сильно старше меня, но никогда не обращался со мной жестоко, он был добрым человеком. Пусть и странным, учитывая то, насколько молодую девушку выбрал себе в жены. Я знала его еще задолго до нашей свадьбы, он был другом моего отца. Да и брак наш продлился всего один день. Возможно, мне бы и опротивел наш союз, но он просто не успел продлиться достаточно долго.

От моих суждений мужчина заметно повеселел. Он задавал все эти вопросы не просто так. Эрбос уже примеривался к роли моего покровителя, он был уверен, что я соглашусь, а я делала вид, что готовлюсь к роли любовницы. Пусть мечтает, я же выиграю время для того, чтобы найти способ избежать этой участи. Ведь мне не только не хотелось становиться любовницей мужчины-фейри, одного из существ, коих я презирала и ненавидела, но и мне было что от него скрывать.

– Теперь мой черед задавать вопросы, Эрбос. Ты рассказал о своем поместье и влиянии. Кто ты?

– Я расскажу тебе все, когда ты дашь свое согласие на мое предложение и станешь моей. Не раньше, мотылек.

– Я о тебе ничего не знаю, и ты надеешься на мое согласие? – рассмеялась я.

Взгляд мужчины стал угрожающим, ему явно не понравились мой насмешливый тон и смысл произнесенных слов.

– Помни, Миллиора, я могу взять все, что пожелаю, и без твоего согласия.

От его слов я напряглась – это было правдой. Если Эрбос был достаточно влиятелен, то в тандеме с фейским происхождением для него не составило бы труда меня принудить, надавив на слабые места.

– Что будет, если я откажусь?

– Ничего, но судя по твоей реакции на нашу близость и по тому, в какой ситуации ты оказалась, могу быть уверен, что ты не откажешься. Все женщины одинаковы в своей жажде выгоды, и ты не станешь исключением.

Слова Эрбоса больно ударили по самолюбию, но я не стала отвечать на это откровенное оскорбление.

– Нам пора возвращаться, – только и сказала, желая поскорее расстаться с ним.

– Через два дня, не учитывая этот, ровно в полдень, я снова буду ждать тебя у леса. Если не явишься, я не стану проворачивать сегодняшний трюк, можешь быть спокойна. Но лучше тебе лично дать ответ.

– Хорошо, я услышала тебя, Эрбос, и буду через два дня в полдень у леса, чтобы дать ответ.

Эрбос, как и прежде, проводил меня до начала поля. Внутри все ликовало – казалось, мне удалось избавиться от его очень опасной компании. Но в глубине души уже родилось ощущение, что теперь отделаться от него будет крайне сложно. Об этом кричал его пронзительный взгляд, даже его поведение стало другим. Мужчина словно сбросил овечью шкуру и позволил себе показать истинное лицо. Улыбчивый и доброжелательный Эрбос превратился в серьезного, горделивого и властного фейца. А бурная фантазия делала эту картинку ярче.

Меня снова пронзил страх, когда, добравшись до нашего места прощания, он неожиданно подъехал на своей лошади вплотную к моей, так, что даже задел мою ногу и, приобняв за талию, резко потянул на себя, заставляя вцепиться в седло мертвой хваткой.

– Даю тебе это время на мнимые раздумья только для того, чтобы задать нашим отношениям добрый тон, Миллиора. Была бы моя воля, ты уже выгибалась бы подо мной, – сказал Эрбос, обжигая мои губы своим дыханием, и тут же впился в них грубым резким поцелуем, от которого наши зубы столкнулись, клацнув. Его стремительные действия застали меня врасплох, я даже не успела сжать рот, чтобы помешать поцелую стать глубже. Хотя, если быть честной, это вряд ли остановило бы фейца. Он целовал меня жадно, словно и не собирался отпускать вовсе. Похоже, так оно и было. От его слов и яростного напора по спине побежал холод. Этот мужчина уже считал меня своей. Оставалось лишь надеяться на то, что Эрбос воспримет отказ нормально. Возможно, через два дня он немного остынет. Снова насытившись поцелуем, он неохотно оторвался от меня и аккуратно придержал, чтобы я не выскользнула из седла.

В его взгляде читалась настолько безумная страсть, что от этого стало не по себе. Небо, словно вторя моему настроению, затянулось темными тучами, предвещающими скорую весеннюю грозу. Взглянув на меня, феец быстро сообразил, что его настойчивость и грубость начинают меня пугать и моментально, словно по щелчку пальцев, снова натянул маску доброжелательности. Но это подействовало на меня не так, как ожидалось. Стало жутко от его умения так идеально притворяться. Сумев найти в себе силы на ответную улыбку, я произнесла еще одну ложь, убеждающую Эрбоса в его правоте. Мне необходимо было от него избавиться, казалось, если я стану сейчас препираться, то он утащит меня обратно в лес и не выпустит из своих лап уже никогда.

– Не сомневаюсь, Эрбос. Наша связь принесет немало удовольствия нам обоим. Но запретный плод еще слаще, а потому я предпочту немного поиграть в невинность.

Внутри все сжалось от столь ужасных и совершенно несвойственных мне слов. Но феец довольно улыбнулся, обнажая ряд ровных, красивых зубов, и тем самым лишь подтвердил мои предположения: он мог принять только согласие, даже если оно будет немного отложено.

– Мне нравится твоя искренняя прямота, мотылек. Не люблю лицемерие.

«Как бы было хорошо, если бы ты и сам этим не грешил», – пронеслось в голове.

Мужчина осмотрел небо.

– А теперь лети, иначе попадешь под ливень.

– Как же ты? Далеко тебе добираться? – спросила, прикрываясь заботой. На самом деле мне было крайне важно понять, где живет феец, так я могла узнать о нем хоть что-то, чтобы позже разведать у немногочисленных знакомых остальное.

– Не стоит беспокоиться, дождь мне по душе.

Не получив желаемый ответ, я поспешила распрощаться.

– Тогда до встречи через два дня, Эрбос, – сказала и, сразу же пришпорив лошадь, помчалась в сторону поместья.

Ни разу не обернувшись, я разогнала лошадь, насколько это возможно, вспоминая то забытое ощущение из детства – когда ночью быстро бежишь по лестнице в свою комнату, будто тебя преследует чудовище. Но, конечно, это не могло спасти меня от фейри, скрывшегося в лесу.