Несмотря на то что партия избежала закрытия, обвинение в том, что она является центром антиконституционной деятельности, стало причиной острых дебатов о легитимности власти и будущем демократии в стране. В этом контексте решение суда по делу о закрытии AK Parti рассматривается как поворотный момент в политико-правовой истории Турции. Кроме того, данное событие вновь актуализировало вопрос о необходимости реформирования законодательства о политических партиях, особенно в части ограничения полномочий Генеральной прокуратуры Высшего апелляционного суда в инициировании процессов о закрытии партий. Решение по делу AK Parti также продемонстрировало, насколько политизированным может оказаться процесс ликвидации партии даже при наличии формально-юридических оснований.
Речь идет об утверждении № 15 в обвинительном заключении AK Parti по поводу того, что выступление за отмену ношения платка в вузах направлено против принципа светскости. В демократическом правовом государстве светскость является гарантией права на образование. В речи, произнесенной на заседании Совета по международным отношениям в Нью-Йорке в январе 2004 года на тему «Внешняя политика Турции» премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган, отвечая на вопрос одного из участников, напомнившего о запрете ношения головного платка во Франции[155], заявил, что проблема головного платка является общей проблемой нации и государственных институтов в Турции, и что ее решение должно быть достигнуто посредством общественного консенсуса.
Великое национальное собрание Турции даже учредило исследовательскую комиссию для всестороннего изучения этого вопроса. Кроме того, дело о запрете ношения головного платка стало предметом рассмотрения в Конституционном суде. Обращение премьер-министра к проблеме, признанной всеми и находящейся в стадии общественного обсуждения, не нарушает ни принцип светскости, ни положения Конституции. Утверждение обратного явно противоречит принципу верховенства права, закрепленному в статье 2 Конституции, а также принципу равенства, установленному статьей 10. Более того, в демократическом правовом государстве секуляризм представляет собой гарантию права на образование. В Турции, как демократическом, светском и социальном правовом государстве, ни демократия, ни светскость, ни правовая система не могут являться препятствием для реализации права на получение высшего образования студентами, носящими головные платки.
Утверждение № 16, содержащееся в обвинительном заключении, взято из выступления премьер-министра Турецкой Республики и председателя Партии справедливости и развития Реджепа Тайипа Эрдогана, произнесенного по случаю Международного женского дня 8 марта 2004 года. В этой речи премьер-министр, в соответствии со смыслом и значением этого дня, затронул проблемы, с которыми сталкиваются женщины, охарактеризовав дискриминацию в отношении женщин как уродливое явление, «более опасное, чем расизм, происходящее из эпохи невежества», и указал на необходимость борьбы со всеми формами дискриминации в отношении женщин.
Борьба с дискриминацией по признаку пола является актуальной проблемой не только в Турции, но и во всем мире. Именно поэтому в 1979 году Организация Объединенных Наций приняла Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин (CEDAW), участницей которой является и Турция. Сегодня к данной конвенции присоединилось более 170 государств. Тот факт, что премьер-министр Турецкой Республики – страны, являющейся участницей Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин и предпринимающей законодательные усилия для устранения из Конституции и действующего законодательства норм, содержащих элементы дискриминации, и принимающей меры в поддержку женщин, – поднимает вопрос дискриминации и подчеркивает необходимость борьбы с ней, не противоречит ни принципу светскости, ни положениям Конституции.
Более того, в период правления Партии справедливости и развития были приняты важные правовые меры по ликвидации дискриминации в отношении как женщин, так и мужчин. Статья 10 Конституции гласит: «Женщины и мужчины имеют равные права. Государство обязано обеспечить реализацию этого равенства» (Закон № 5170 от 07.05.2004), и, таким образом, обязанностью государства стало обеспечение равенства между женщинами и мужчинами и устранение дискриминации. Впервые в истории турецкого законодательства в Уголовный кодекс было включено положение, согласно которому «если преступление умышленного убийства совершено по мотивам чести, обоснованным местными традициями, виновное лицо приговаривается к пожизненному заключению в условиях строгого режима». Также с учетом убийств, совершаемых на почве оскорбленной чести, в кодекс было впервые включено положение о том, что «в случае умышленного убийства, совершенного в отношении супруги или сестры, виновный наказывается пожизненным лишением свободы в условиях строгого режима». Выражение «в отношении супруги или сестры» впервые появилось в Уголовном кодексе Турции.
Ранее «преступления против половой неприкосновенности» рассматривались в Уголовном кодексе № 765 под названием «Преступления против нравственности и семейного порядка» (книга 2, раздел 8, глава 6, статьи 414–447), тогда как в новом Уголовном кодексе они регулируются в книге 2 («Особенная часть»), раздел 2 («Преступления против личности»), глава 6, под названием «Преступления против половой неприкосновенности». Таким образом, прежнее дискриминационное отношение к женщинам в рамках уголовного законодательства было устранено.
Кроме того, было отменено положение, согласно которому, если женщина, подвергшаяся сексуальному насилию, выходила замуж за насильника, рассмотрение дела или вынесение наказания приостанавливалось на пять лет (УК № 765, ст. 434; УК № 5237, ст. 102).
Это лишь часть поправок, внесенных в Конституцию и Уголовный кодекс Турции. Перечисление всех изменений, направленных на борьбу с дискриминацией в отношении женщин, выходит за рамки данного текста. Однако следует отметить, что Партия справедливости и развития с момента своего основания ведет бескомпромиссную борьбу с дискриминацией женщин и будет продолжать эту борьбу до достижения полного равенства всех граждан перед законом.
С учетом всех этих реалий и ясности приведенных в обвинительном заключении заявлений, тот факт, что обвинение расценивает и представляет эти высказывания как противоречащие секуляризму и Конституции, не может рассматриваться иначе как выход за рамки конституционных и правовых норм. Это также свидетельствует об отрыве высказываний от контекста, причины, времени и адресата, приписывании им смысла, которого не имел в виду говорящий, и формировании обвинения и требования санкций на основании этого искаженного смысла – то есть фактической интерпретации сказанного по собственному усмотрению. Подобная позиция противоречит Конституции и принципу светскости.
Турецкая Республика признает и гарантирует свободу религии и совести как основное право. Конституция гласит: «Каждый человек имеет свободу совести, религиозных убеждений и вероисповедания. Служение, религиозные обряды и церемонии свободны при условии, что они не противоречат положениям статьи 14. Никто не может быть принужден к участию в богослужении, религиозных обрядах и церемониях либо к раскрытию своих религиозных убеждений и вероисповедания; никто не может быть осужден или обвинен за свои религиозные убеждения»[156].
С юридической точки зрения невозможно вывести из этих высказываний какой-либо смысл, противоречащий Конституции или секуляризму. Как с правовой, так и с фактической стороны невозможно приписывать этим высказываниям иные намерения или скрытые значения на основании текста обвинительного заключения. Текст обвинительного заключения ясен и недвусмыслен, он не оставляет пространства для произвольных трактовок. Обвинение должно основываться на конкретной реальности и не вправе толковать сказанное вопреки воле автора высказывания. Предположение обратного является явным нарушением принципа демократического правового государства, закрепленного в статье 2 Конституции.