Признаки напряженности, достигшие пика 27 апреля, начали проявляться за несколько месяцев до этого. Срок полномочий президента Ахмета Недждет Сезера истекал 16 мая, и в это время велась кампания, направленная на то, чтобы не допустить избрания на пост президента кандидата, связанного с исламизмом, будь то сам премьер-министр Эрдоган, его жена, которая носит головной платок, либо кого-либо другого.
Республиканские митинги, заявления начальника Генерального штаба Яшара Бююканыта о том, что «мы хотим президента, который будет привержен светскости не на словах, а на деле», заявление президента Сезера о том, что «режим как никогда находится под угрозой», а также высказывание председателя Совета высшего образования (Yükseköğretim Kurulu, YÖK) Эрдогана Тезича о необходимости кворума 367 депутатов, чтобы провести выборы президента, говорили о том, что события могут развиваться по описанному выше сценарию.
Тем временем в рядах Партии справедливости и развития начали ощущаться волнения по поводу того, что кандидат от партии на пост президента еще не объявлен. Члены партии хотели видеть кандидатом Гюля или самого Эрдогана.
По воспоминаниям А. Севера, Абдуллах Гюль на самом деле хотел, чтобы пост президента занял премьер-министр Эрдоган и неоднократно заверял Эрдогана с своей поддержке. Наконец, на заседании AK Parti 24 апреля премьер-министр Эрдоган объявил кандидатуру Абдуллаха Гюля: «Появился один кандидат, и это мой дорогой брат Абдуллах Гюль, с которым мы основали это движение». Это вызвало восторг у собравшихся и все наперебой бросились поздравлять Гюля.
Как только была объявлена его кандидатура, Гюль начал встречаться с руководителями всех партий в парламенте, начиная с CHP, а также с независимыми депутатами, такими как Камер Генч и Зюльфю Ливанели, и просить их о поддержке на выборах. Через три дня, 27 апреля, на первом туре голосования в Великом национальном собрании Турции депутаты партии CHP не присутствовали. ANAP и DYP, поддавшись давлению, поддержали бойкот. Однако несколько депутатов, включая Уммета Кандогана и Мехмета Эраслана из DYP, Мирача Акдогана и Хасана Озйера из ANAP, а также Эсата Джанана из CHP, несмотря на решения своих партий, приняли участие в заседании. Уммет Кандоган с трибуны заявил, что пришел, чтобы защитить демократию и считает позицию его партии не демократичной. В итоге в голосовании принял участие 361 депутат, Гюль получил 357 голосов. CHP, заявив, что в зале нет необходимого кворума 367 депутатов, подала в Конституционный суд с требованием аннулировать результат.
На повторных президентских выборах, которые состоялись в Великом национальном собрании Турции в августе 2007 года, новый кризис, связанный с требованием представительства 367 депутатов, был предотвращен благодаря заявлению MHP о том, что она примет участие в голосовании. Абдуллах Гюль, вновь ставший кандидатом от Партии справедливости и развития, получил 341 голос в первом туре президентских выборов 20 августа и 337 голосов во втором туре 24 августа. Поскольку 367 голосов, составляющих квалифицированное большинство в соответствии с Конституцией, не было достигнуто в первых двух турах, был проведен третий тур, в котором требовалось простое большинство – 276 голосов. 28 августа Абдуллах Гюль получил 339 голосов в третьем туре, и был избран 11-м президентом Турецкой Республики. На самом деле он получил больше голосов, чем Тургут Озал, Сулейман Демирель и Ахмет Недждет Сезер, избранные ранее на пост президента. Более того, для выбора этих президентов никогда не требовалось 367 голосов.
Бывший председатель CHP Дениз Байкал заявил 29 августа: «Президентские выборы легитимны, мы будем уважать их результаты», тем самым завершив дебаты по поводу президентских выборов, начавшиеся в апреле.