В состав «Коалиции шести» входили следующие политические партии:

Республиканская народная партия (CHP). Является крупнейшей и наиболее влиятельной партией в «Коалиции шести». Лидер Кемаль Кылычдароглу. Ставила перед собой задачи демократизации и установления социальной справедливости, активно проводя кампании по этим вопросам.

Партия İYİ. Лидер Мераль Акшенер. Партия стоит на националистических позициях и делает акцент на таких темах, как демократизация и борьба с коррупцией, что помогало ей привлечь широкую аудиторию.

Партия счастья (SP). Глава партии Темель Карамоллаоглу. Партия придерживалась подхода к управлению, основанного на исламских ценностях, а также предлагала решения для демократизации общественной жизни и расширения помощи социально уязвимым слоям общества.

Демократическая партия (DP). Лидер Гюльтекин Уйсал. Программа партии основывается на необходимости создания сильной демократической системы для обеспечения политической стабильности в Турции.

Партия будущего (Gelecek Partisi). Основана Ахметом Давутоглу. Среди первоочередных целей – достижение независимости внешней политики Турции и экономической стабильности государства.

Партия демократии и прогресса (DEVA). Лидер Али Бабаджан. В предвыборной программе сделан акцент на экономическом развитии и установлении верховенства закона.

«Коалиция шести» объединяла партии, представлявшие различные политические спектры Турции, что позволило ей привлечь широкую аудиторию, включающую сторонников как правых, так и левых взглядов. Этот альянс имел потенциал для привлечения избирателей, поддерживающих идеи социальной и политической демократизации, а также верховенства закона. Критика «единоличного правления» и обещания вернуться к парламентской системе, выдвигаемые этой оппозиционной коалицией, нашли отклик у значительной части электората, отстаивающего демократические ценности.

Однако разнообразие политических позиций, которое изначально считалось сильной стороной альянса, также стало причиной разногласий внутри коалиции. Личное соперничество и борьба лидеров партий за выдвижение своего кандидатов ослабили доверие к альянсу в глазах общественности. К тому же «Коалиция шести» не всегда придерживалась четкой политики в отношении предвыборных стратегий и обещаний, что иногда делало ее позицию расплывчатой и трудной для восприятия.

Противопоставление «популистской» риторике Реджепа Тайипа Эрдогана и его четкой, привлекательной коммуникативной стратегии в предвыборной борьбе поставило «Коалицию шести» в крайне сложное положение. Эрдоган общался с избирателями, используя яркие, эмоциональные и запоминающиеся заявления, которые вызывали живой отклик у широкой аудитории. Его речь была не только понятной, но и вдохновляющей, что делало ее очень эффективной в политической агитации.

В результате «Коалиция шести» оказалась в ситуации, когда ее лидерам было трудно конкурировать с харизмой и мастерством общения действующего президента. Это затрудняло продвижение ее политических идей и снижало шансы на успех. Таким образом, сильная и четко выстроенная коммуникативная стратегия Эрдогана стала значимым фактором его политической устойчивости и препятствием для оппозиции.