«Освобождение из рабства — это, конечно, хорошо, — размышлял Джив Маррес, сидя перед общедоступным терминалом в холле казармы. — Но свобода получилась какая-то относительная. Вот уже десять дней, как нас вывезли с Эарта. Вроде цивилизованная планета. Никто ничего не требует. Можно зависать в компьютере, читать книжки и смотреть кино. Можно сколько угодно гулять по городу. А пойти-то и некуда! Людей за пределами базы вообще нет. Местные жители какие-то негуманоидные. С клыками, когтями и шерстью. Зачем им сдался бесшёрстный программист моего уровня? Только и остаётся, что сидеть тут и копаться в сети.»

Надо сказать, что товарищи Джива по лагерю интернированных вряд ли оценили бы его меланхолию. Хотя они и испытывали похожие чувства, но очень удивились бы тому, что Джив их разделяет. Почти все они были родом с планет доиндустриального уровня развития, той же Ирганто. А Джив был уроженцем технологической цивилизации, уже робко пытавшейся выйти за пределы своей атмосферы и построившей глобальную компьютерную сеть. Поэтому на военно-космической базе он чувствовал себя куда увереннее, чем жители средневековых городов. Опять же, его цивилизация успела изобрести и научную фантастику, которой Джив никогда не брезговал. Поэтому крупные разумные кошки его не испугали и даже не слишком удивили. Он считал, что они гораздо симпатичнее тех же людораков.

К тому же аспирантка профессора Пурра Ирра почти всё своё рабочее время посвящала общению с Дживом. Вот и сейчас она грациозно свернулась клубком на диване рядом с его терминалом и, подперев кончиком хвоста ЛЭТ, что-то набирала на экранной клавиатуре наманикюренным блестящим когтем.

— Вот интересно, почему ты меня совсем не боишься? — спросила она. — Другие ваши смотрят на нас как на чудовищ каких-то. Нашим ребятам приходится работать с ними над преодолением страха. А тебе не надо.

— Ну ты же домашняя кошка…

— Ну не ручная, это точно, — фыркнула Ирра, махнув хвостом туда-сюда. — Вполне свободное существо, хозяина у меня нет.

— Не будешь же ты утверждать, что ты дикая. Ты представитель вполне цивилизованной расы. Живёшь в доме.

— И что из этого?

— Понимаешь, я думаю, дело в том, что у нас на планете есть домашние кошки. Вот такие, — Джив показал руками длину примерно в полхвоста. — Но зубы и когти у них вполне серьёзные. Поэтому между людьми и кошками издревле существует что-то вроде договора. Если кошка сидит рядом с человеком, значит, она не против с ним пообщаться. Если кошка не хочет иметь дело с человеком, она найдёт способ остаться в стороне. А если человек навязывает кошке общение, она имеет право пустить в ход когти и зубы. Так что кошка, которая свернулась клубком на диване — это не страшно. Её можно, например, почесать за ухом. — Джив протянул руку и почесал Ирру за ухом. Та замурлыкала. — Остальные почти все привыкли, что кошка — это такой крупный дикий зверь, сильный и опасный. И вы для них больше похожи на этих зверей. А я знаю, что бывают кошки, которые прекрасно умеют ладить с людьми.

— Хммм… знаешь, а шеф говорит, что нас не боятся те, кто происходит из цивилизации с научным стилем мышления. Такие люди считают, что если кто-то разговаривает, значит, с ним можно договориться. А у тех, кто происходит из доиндустриальных цивилизаций, ещё сохранилась вера во всяких демонов и прочие силы Зла, которые вполне могут быть наделены речью. И существо, воспринимаемое как карикатура на человека, например кошка на задних лапах, как раз и есть первый кандидат на роль демона. Вот помнится, на Земле Мррата приглашали в театр играть такого обаятельного демона, Бегемота.

— А что он делал на Земле?

— О, это была весёлая история. Мы в прошлом году поставили земной музыкальный спектакль, где все персонажи — кошки. Любительски поставили, конечно. Изучали, как люди воспринимают кошек. И в качестве практики по общению с другими разумными видами повезли его на гастроли на Землю. Кто же знал, что это там такой фурор произведёт?

От разговора Джива отвлёк звонок, раздавшийся с терминала.

— Ура, досчиталось!

Джив повернулся к экрану и через несколько секунд отвернулся от него расстроенный.

— Что досчиталось?

— Я тут пытался определить положение своего родного мира на ваших картах. Вспомнил, что мог, по части вида нашего звёздного неба, наложил на ваши карты Галактики. Но получается сразу четыре звезды примерно того же цвета, а точнее я не помню.

— А как называется ваша планета?

— Ачжантея. Но что толку? Всё равно на ваших картах этого названия быть не может.

— Не забывай, что есть ещё и людоракские карты. Они, конечно, очень сильно искажают человеческие названия, но всё же. Ага, вот. Сигма-сорок-девять-пятьсот-тридцать-шесть.

— Надо же, действительно одна из тех звёзд, которые нашла моя программа.

— Ты подошёл к поиску, располагая только теми знаниями, которые есть у тебя в голове. А я не стесняюсь пользоваться любыми доступными внешними архивами, и это оказывается продуктивнее. Может, дело в том, что ваша цивилизация — молодая. У вас просто нет ещё такого количества накопленных знаний, чтобы можно было найти готовый ответ почти на любой вопрос…

В это время раздался звонок из ЛЭТа Ирры.

— Кто это меня хочет?

На экране появилось лицо дежурного оператора связи.

— Ирра, там Джива Марреса в радиусе слышимости от тебя нет?

— Есть, публичный терминал номер 18.

На экране перед Дживом появилось окно с лицом того же оператора:

— Джив Маррес, вас вызывают на видеобеседу с планеты Даор. Соединяю.