Самая длинная и тёмная ночь года осталась позади. Солнцестояние отметили, -о местным традициям, в семейном кругу. После праздника Диаст ушёл в длительный обход вверенных ему угодий и должен был вернуться только дней через десять-двенадцать. Эрен загнала детей в постели и легла, попросив Кэт последить за печью и закрыть заслонку на ночь. В доме лесника было темно и тихо, только горела на столе стеариновая свеча.
При свете этой свечи Кэт и Кеалор занимались своими делами. Кеалор листал «Хроники дома Альдо». Конечно же, он не бросил в Тинмоуде такую ценную книгу! А Кэт шила. Чем ещё женщине заниматься в деревне долгими зимними вечерами? Прясть, ткать и шить. Кэт ничего этого не умела, но Эрен показала ей простейшие приёмы шитья. Когда в доме четверо детей и все растут как на дрожжах, постоянно нужны новые вещи, поэтому Эрен готовилась к лету заранее. Она кроила рубашки и отдавала их Кэт, которая потихоньку смётывала готовый крой.
Внезапно Кэт подняла голову от шитья, почувствовав какой-то особенно внимательный взгляд Кеалора.
— Ты чего так смотришь? У меня вдруг рога выросли?
— Да нет, — серьёзно покачал головой молодой человек. — Просто вот сейчас я смотрю на тебя и вспоминаю, какой ты была в Тинмоуде, в Доме. Ты всегда вела себя доброжелательно и по-дружески, но я всегда чувствовал, что между нами расстояние — как между нашим солнцем и вашим. А сейчас что-то поменялось. Ты сидишь и шьёшь, и я никакого расстояния не чувствую. Так могла бы сидеть моя мать или сестра.
— Да уж, — фыркнула Кэт. — Подумать только, федеральный планетолог, действительный сотрудник ГПА, сидит где-то в глухом лесу у печки и шьёт рубашки деревенским детям! Я, конечно, и раньше знала, что социальная планетология — это такая профессия, в которой можно оказаться где угодно и кем угодно, но как-то больше теоретически. А теперь вот я и сама испытываю это на своей шкуре.
— Так… с этого места поподробнее, пожалуйста. Что такое «планетолог» и ГПА? В Тинмоуде, если мне не изменяет память, вы назывались Звёздными Купцами.
— А ты не понял, что…
— Что «Звёздные Купцы» — это маска для необразованных жителей отсталой планеты? Понял, хотя и не сразу. Но не стал спрашивать. До эвакуации Дома в этом, очевидно, не было смысла, мне никто бы не ответил. Если люди носят маски, значит, им это зачем-то нужно. Потом мне было немного не до межзвёздных тайн. Но если уж ты сама об этом заговорила, то неплохо было бы узнать, кто же вы всё-таки на самом деле. Исследователи, наблюдатели, разведчики?
— Вот так вот, — грустно усмехнулась Кэт. — Получи по носу, Кэтрин Уильямстон. Все наши прикрытия гроша ломаного не стоят. Ну ладно. В документах Галактической Федерации Звёздные Купцы называются планетологической экспедицией, а Дом — планетологической базой Ирганто. Ты что-нибудь понял?
— Вполне. Планетология — это наука, которая изучает планеты. Очевидно, людям со звёзд известно много планет, и нужна специальная наука для их изучения. Галактическая Федерация — это какое-то политическое объединение, вроде империи, но в масштабах Вселенной. Не знаю, что туда входит, могу только догадываться. Государства, планеты, звёздные системы?
— Планеты, — вздохнула Кэт. — И всё-таки не в масштабах Вселенной. И даже не в масштабах Галактики… а вот что такое Галактика, ты не знаешь.
— Не знаю, — устало ответил Кеалор. Понимание, что огромное расстояние которое разделяло их с Кэт, вдруг исчезло, вдохновило его. Но теперь ему казалось, что оно опять вернулось. Что такое эта Галактика, и почему это его должно волновать? Кэт увидела, что настроение у Кеалора поменялось, но не совсем поняла, почему. Она решила, что он обижен, и пояснила:
— Понимаешь, Кеалор, ты прав в том, что у нас есть… была причина называть себя Звёздными Купцами. Торговля есть везде, даже в первобытных обществах племена обычно чем-то торгуют. Все знают, что торговцы ради своего дела порой преодолевают большие расстояния. Поэтому нам проще всего было объяснить наше появление с другой звезды торговыми интересами. Если бывает торговля между городами, странами, материками, то и между звёздами, наверно, может быть? И если можно торговать книгами, то, наверно, можно торговать и знанием, которое в них содержится? А вот представляться исследователями — это был слишком большой риск.
— В чём риск?
— У вас никогда не сжигали книги на площадях? Не казнили учёных за их открытия? Не сжигали на кострах женщин за занятия магией?
— Не было такого! — Кеалор аж отпрянул. — У нас есть университеты, библиотеки. Ну да, магия в Империи вне закона, но за это не казнят. Сажают в тюрьму или высылают в Земли Совета. А у вас что… — он подозрительно оглядел Кэт, — такое бывает?
— Ну, сейчас, конечно, нет. Но вообще было. И у нас на Земле, и во многих других мирах. Ирганто вообще во многом уникальная планета, хоть и выглядит очень похожей на Землю конца семнадцатого века: поздний феодализм, доиндустриальное общество, океанское парусное судоходство. Но на большинстве планет людей из другого мира бы просто не приняли. Уже то, что у вас мы могли открыто называть себя пришельцами со звёзд — огромная, неимоверная удача. Но вести исследовательскую работу в Империи безо всякого прикрытия было бы немного неосторожно. Купцам там всё-таки доверяют гораздо больше, чем учёным.
— Это правда, — согласился Кеалор. — Я понял. Вы назвались купцами из осторожности. А что такое эта… Галактика?
— Это звёздный остров. Звёзды во Вселенной расположены неравномерно. Они собираются в огромные такие сгустки. Вот наша Галактика и есть один из таких сгустков-островов. Ты ведь видел Млечный Путь? Это и есть Галактика, какой мы видим её изнутри. Но она так огромна, что тот союз планет, который называется Галактической Федерацией, на самом деле пока что охватывает только небольшой её кусочек. Хоть он и существует уже больше тысячи лет и включает более пятисот обитаемых планет.
Кэт поиграла кнопками на ЛЭТ и вывела на экран картинку:
— Вот посмотри. Это схема Галактики. Здесь видно, как она устроена. Вот это спиральные рукава, видишь? А вот тот участок в одном из рукавов, который занимает Федерация. Вот здесь моя родная звёздная система, а вот это Ирганто.
Кеалор присмотрелся.
— Федерация обозначена зелёным? А красное и голубое это что?
— Красное — счалки. Голубое — Хельмут.
— В Федерацию входят люди, а счалки не люди, поэтому они в Федерацию не входят? А Хельмут что такое?
— Нет-нет!!! — Кэт аж руками замахала. — Во-первых, в Федерацию могут входить не только люди. Большинство планет действительно человеческие, но есть и разумные кошки, и вообще такие чудики, которых люди и в страшном сне себе представить не могут. Примерно полсотни различных разумных видов. И все как-то находят общий язык, хотя конфликты, конечно, бывают. Во-вторых, Хельмут — это тоже люди. У них сейчас примерно сотня планет. Федерация и Хельмут стараются не ругаться, хотя бывает всякое. А вот счалки… дело не в том, что они не люди. Дело в том, что они не желают признавать равенство других видов. Проще говоря, они считают себя высшей расой и презирают остальные разумные виды. Глупость ужасная, но пойди это им объясни!
— Может, и глупость, — пожал плечами Кеалор, — но они разбили ваш флот и собираются обращать в рабство наших людей.
— Да, они хорошо подготовились к войне, — устало вздохнула Кэт. — Перестроили всю экономику на военный лад, снарядили большой военный флот и нанесли по флоту Федерации несколько внезапных ударов. Мы пока… просто не готовы ответить.
— А зачем это счалкам? Они хотят завоевать Федерацию, что ли?
— Возможно. — Кэт пожала плечами. — Если считать себя высшей расой и презирать остальных, обязательно придёшь к политике завоевания. Это разные цивилизации проходили неоднократно. Но формальным поводом оказалось соперничество за планету Леадо. Вот видишь, здесь на схеме показано, что пространство счалков этаким клином врезается в пространство Федерации? Так вот на вершине этого клина находится звезда, у которой есть планета Леадо. Человеческая. Это очень важный транспортный узел, настолько важный, что там уже несколько веков существует космопорт Федерации. И вдруг счалки заявили, что поскольку Леадо находится недалеко от их столичного мира, то нам необходимо отдать её им. Наши, конечно, такой хороший и удобный транспортный узел отдавать не захотели. И предложили Леадо официально вступить в Федерацию, хотя по нашим же правилам так делать не полагалось. Счалки объявили этот ход обманным манёвром и начали войну.
— Понятно… то есть непонятно, но в принципе, наверно, не так уж и важно. — Кеалор потёр лоб. — А что за правила, по которым Леадо нельзя было приглашать в Федерацию? Если и там и там люди живут?
— А, вот сейчас объясню. В Федерации считается, что у каждой планеты есть свой уникальный путь развития. Поэтому к планетам, которые ещё не доросли до космических полётов, там относятся очень бережно. Понимают, что у Федерации слишком мощное влияние, которое может исказить, нарушить планетарную уникальность. Поэтому если в зоне влияния Федерации обнаруживается такая планета, за ней устанавливается наблюдение, её аккуратно исследуют, стараясь не оказывать влияния на уровень развития и культуры. Именно это, собственно говоря, мы и делали на Ирганто. А когда планета выходит в космос, хотя бы запускает первые корабли к соседним планетам, тогда уже можно предлагать ей вступить в Федерацию. Так вот Леадо до сих пор до собственных космических кораблей не развилась. У них там век пара… в общем, они в развитии чуть дальше Ирганто. Поэтому приглашать её в Федерацию пока не положено. И не приглашали бы, если бы счалки не полезли.
Кеалор прикрыл глаза, пытаясь уложить в голове гигантские масштабы мира, обрисованного Кэт.
— Ладно, с войной более-менее понятно. А как устроено управление в Федерации? Там есть король или что-то в этом роде? Или как у нас в Землях Совета?
— Нет-нет! Федерация — это не государство. Это союз равноправных планет, на каждой из которых может быть много государств. Управляется он Советом Федерации, в котором по два представителя от каждой планеты. Но Совет Федерации занимается только тем, что касается межзвёздной деятельности. Туда входят Торгфлот, Военно-Космический флот и Галактическая Планетологическая Академия. То есть ГПА. Ты спрашивал, что такое ГПА.
— Я понял. А какая-то центральная планета у Федерации есть?
— Ну, Совет собирается на Веоре. Вот видишь эту звезду на схеме? В ваших звёздных каталогах она называется Сердце Орла.
— Сердце Орла? Знаю. Звезда средней яркости в созвездии Орла. Примерно в середине.
— А у нас она называется Вега, и в небе моей планеты она одна из самых ярких звёзд. И у неё целых две обитаемых планеты, Веор и Вента. У них сложная и длинная история. В общем, Веор — более древняя цивилизация, и Федерация начала формироваться именно вокруг него. А сейчас у них с Вентой единая цивилизация, потому что обе планеты оплетены сетью… ну, порталов, наверное. И можно мгновенно перемещаться из любой точки в любую другую в пределах этих двух планет.
— А ты бывала на этих планетах?
— Конечно! Я же училась на Венте. У нас на Земле пока мало где есть планетологические факультеты. Только в Москве, в Пуне и в Рио-де-Жанейро. Но я решила, что если уж ехать учиться куда-то далеко, то стоит подумать и о других планетах. Планетология зародилась и развивалась в Федерации, а Земля в ней без году неделя, лет сто, не больше. Так что учиться на планетолога, наверно, лучше где-нибудь ещё. Вот, например, на Венте в университете Рипата старейший и самый знаменитый планетологический факультет в Федерации. И потом, это же Вента! — Кэт возвела глаза к потолку. — Наша Земля по сравнению с Вентой — всё равно что, скажем, Фипс по сравнению с Тинмоудом. Глухая провинция. А в Рипате огромный космопорт, перекрёсток галактических дорог! Там представители всех народов Федерации просто по улицам ходят! Вот я и махнула туда… и жила там четыре года. Там же и диплом защитила, магистерскую диссертацию по-вашему.
— Стало быть, ты магистр. — Кеалор мимолётно нахмурился. Он не любил, когда девушки, которые ему нравятся, в чём-то его превосходили. Кэт пожала плечами:
— В федеральных университетах вообще нет такого понятия, как бакалавриат. Чтобы получить диплом, нужно выполнить хоть небольшую, но настоящую научную работу. Так что там любой выпускник по факту магистр.
— А ты вообще много миров видела? — спросил Кеалор, чтобы отвлечься от царапнувшей его темы.
— Нет, конечно! Когда бы я успела? Земля, Вента с Веором и ещё три планеты, на которых я проходила практику на младших курсах. А потом Ирганто. И всё. Здесь я застряла надолго, даже если бы не было войны, всё равно бы застряла. Я просто влюбилась в вашу планету.