Стихотворение в момент замышления ищет

Необходимое и достаточное. Прежде было

Проще: сцена и сценарий готовы,

Повторяй по готовому.

                     Но театр изменился,

Перестроился – прошлого не воротишь.

Нужно заново жить, овладеть новой речью,

Нужно быть готовым предстать пред мужами

И пред женами века сего – во всеоружье.

Стихотворение должно найти всё что нужно

В себе, оно должно выстроить сцену

И, вскарабкавшись на нее, как актер неуемный,

Повторять и твердить в это чуткое ухо,

В ухо воображения – именно то, что

Воображаемая публика желает услышать:

Чтобы она слушала себя, а не пьесу,

Свое чувство, но разыгранное как бы двоими,

Чьи эмоции на фоне декорации общей

Сливаются воедино. Актер – это мистик,

Бряцающий в потемках на струне дребезжащей,

Но порой находящий такое созвучье

Неопровержимой точности, что дух замирает,

Не дерзая ни отступить от нее, ни превысить

Меру мер. Вот – награда.

                        Описывать можно

Конькобежца, плясунью или просто

Женщину, расчесывающую волосы гребнем.

Что угодно. Стихотворение произошло.