Сидя за своим столом для совещаний, Лори сделала глубокий вдох и набрала номер мобильного телефона Саммер Карвер. Пока она ожидала ответа, ей казалось, что она слышит, как в ее жилах пульсирует кровь. При каждом гудке она представляла себе сельский домик, стоящий на принадлежащих Тобиасу Карверу четырех акрах земли. И ее воображение рисовало ей Джонни, запертого в подвале, на чердаке или в сарае.

Во взаимодействии с детективом Лэнгленд местная полиция отправила машину без опознавательных знаков, чтобы проехать мимо дома, но сидевшие в ней полицейские не заметили ничего подозрительного. Было решено не стучать в дверь. До получения ордера на обыск, который дал бы им право войти в дом и в выдаче которого судья отказал из-за недостатка доказательств, они не хотели давать Саммер и ее брату понять, что подозревают их.

Голос, ответивший Лори, звучал уверенно и бодро. И она вспомнила слова Джули, сказавшей, что под влиянием Дэррена Гантера ее дочь очень изменилась.

При упоминании шоу «Под подозрением» Саммер взвизгнула.

— Боже, вы даже не представляете, как я люблю ваше шоу. Я смотрела каждый ваш выпуск и прочитала все комментарии на ваших фанатских страницах и форумах. Должна признаться, поначалу мне казалось, что в деле о сбежавшей невесте вас, возможно, занесло не туда, но, когда стали известны все факты, я поняла, что вы правы. Ваше шоу расследует преступления лучше, чем ФБР.

Лори объяснила, что звонит, поскольку в тюрьме ей сообщили, что Саммер часто навещает Дэррена Гантера.

— Следующий выпуск нашего шоу будет посвящен мистеру Гантеру. Собственно говоря, вчера мы записали интервью с ним. Возможно, он вам об этом говорил.

— Это отличная новость. Я уже год слежу за его делом и убеждена, что он невиновен. У него такая добрая душа, и он блестящий литератор. Каждый день, проведенный им за решеткой, это трагедия.

— А он говорил вам о том, что мы взяли у него интервью? — спросила Лори.

Саммер ответила после длинной паузы.

— Я считаю себя членом команды его юристов и думаю, мне не следует повторять что-либо из того, что он мне говорил.

Лори не была юристом, но она была уверена, что адвокатская тайна работает не так.

— Будучи фанаткой шоу «Под подозрением», вы, возможно, читали, что недавно с пляжа в Хэмптонс пропал племянник нашего бывшего ведущего, Алекса Бакли.

На сей раз Саммер ответила сразу.

— Да, читала! Простите меня. Мне надо было сразу выразить мои чувства и сказать вам, что я молюсь за него. Я даже представить себе не могу, какой ужас испытывают сейчас его родители.

Лори не знала, что на это сказать. Надо как-то заставить Саммер запустить идею обменять Джонни на свободу для Гантера.

— Его семья — которая теперь, как вы, вероятно, знаете, стала и моей семьей — готова на все, лишь бы спасти Джонни. Возможно, вы сами относитесь к Дэррену так же, — добавила она. Она подошла максимально близко к тому, чтобы сказать, что они готовы заключить сделку.

— Дэррен не маленький мальчик, — ответила Саммер, — но он был совсем молод, когда его посадили в тюрьму. А он так же ни в чем не повинен, как Джонни.

— Мы не могли бы встретиться завтра? — спросила Лори. — Возможно, вы сумеете предоставить нам какие-то ценные сведения, которых мы в нашем шоу еще не знаем. Что бы вы ни хотели мне сообщить, я готова вас выслушать — и, если вы того хотите, все, что вы скажете, останется между нами.

Опять последовала пауза.

— Я вам перезвоню.

Лори отключила диктофон.