В семидесяти восьми милях от Нью-Милфорда, в своем таунхаусе на Манхэттене, генерал Джеймс Рейли смотрел, как его помощница повесила телефонную трубку. Он слышал только ее часть разговора.

— Она считает, что ты пытаешься на меня давить? — спросил генерал с кривой улыбкой.

— Мне жаль того, кто попытается это делать.

— Как она отнеслась к тому, что я не приеду в Коннектикут?

— Плохо. Как вы и предсказывали, она попыталась применить тактику запугивания. Боюсь, что я должна извиниться перед вами. Когда я в первый раз позвонила ее ассистентке Грейс, то упомянула имя вашего издателя. Она тотчас узрела связь с книгой Джейсона Гарднера.

Генерал отмахнулся от ее извинений. В них не было необходимости.

— Мне вообще казалось странным, что никто до сих пор не понял, что агент Джейсона и его редактор — мои хорошие друзья. И я не вижу ничего дурного в том, что я надоумил того, кто знал темную сторону этой женщины, рассказать о ней правду.

— Она также упомянула Марка Темплтона.

Генерал сложил домиком ладони.

— Когда Моран впервые упомянула это имя в разговоре с Эндрю в библиотеке, я знал, что она непременно пойдет в этом направлении.

Генерал и Мэри Джейн уже были по пути в Коннектикут, когда Эндрю прислал Мэри Джейн эсэмэску с предупреждением о том, что Райан Николс задавал вопросы, связанные с фондом и Марком Темплтоном. Генерал тотчас велел водителю развернуть машину.

— Вы думаете, ей известна правда про фонд? — спросила Мэри Джейн.

Генерал покачал головой. Он лично поговорил с Марком Темплтоном. И твердо знал, что тому хватит ума не переходить ему дорогу.

— Тем не менее она по-прежнему хотела взять у меня интервью, — добавила Мэри Джейн. — Судя по всему, Кейси сказала ей, что Хантер презирал меня и добивался моего увольнения. Он действительно меня недолюбливал?

Генерал улыбнулся. Одна из причин, почему он доверял Мэри Джейн, заключалась в том, что, как и он, она никогда не выказывала своих эмоций. Как и он, в глазах окружающих она была тверда, как сталь. Но, как и у него, у нее тоже имелись чувства. Он никогда не говорил ей, насколько Хантер не доверял ей. Потому что знал: ей будет больно это слышать.

— Конечно же, нет! — бодро возразил Джеймс. — Он очень тебя любил.

Было видно, что его ответ ее не удовлетворил.

— Он знал о моей предыдущей работе? — спросила Мэри Джейн.

— Нет, — успокоил ее генерал. — В любом случае я бы никогда тебя не уволил. Что бы я без тебя делал!..