Закончив съемку в «Чиприани», Джерри, Грейс и Райан собрались в кабинете Лори, чтобы еще раз пройтись по событиям этого дня. Как обычно, Джерри и Грейс разошлись во мнениях насчет фигуры Эндрю Рейли.

— Он был явно на взводе и постоянно влезал, когда его не спрашивали, — утверждал Джерри. — Знаешь, если б всякий раз, когда я резко отзывался о родном брате, меня обвиняли бы в его убийстве, я бы сам уже давно мотал срок, ожидая исполнения приговора.

— Неправда! — Грейс подняла вверх указательный палец, что всегда было признаком того, что она готова грудью встать на защиту своей точки зрения. — Одно дело сказать, что твой брат зануда или фанфарон, но назвать Хантера отцовским любимчиком!.. Это признак глубокой обиды как на брата, так и на отца. Тут пора обращаться к психоаналитику.

— Если мы не сдвинемся с места, — заявила Лори, — к психоаналитику придется обращаться мне самой.

После удачного дня съемок она была готова к тому, что Райан возьмет на себя инициативу во время их мини-совещания. Увы, пока он лишь вертел в руках телефон, читая пропущенные эсэмэски.

Лори — как и ее сын — была единственным ребенком в семье и потому имела весьма смутное представление о взаимной ревности и соперничестве братьев и сестер. С одной стороны, она видела Эндрю во время интервью. Перед ней явно был запойный пьяница. Она легко могла представить себе, как в баре он позволяет себе резкие, однако в целом безобидные высказывания. С другой стороны, во время встречи в нью-йоркской квартире она заметила и то, что он — паршивая овца в респектабельном и именитом семействе. А его комментарий, что он-де останется у отца единственным сыном — тем более сделанный за несколько часов до убийства брата, — не мог не настораживать.

— Мы знаем, что после банкета генерал еще развлекал избранный круг спонсоров, — сказала Лори. — Но Эндрю якобы прямиком отправился домой.

— Вот видите? — воскликнула Грейс. — Это объясняет, почему он это сделал. Хантер уехал рано, потому что Кейси стало плохо. Возможно, Эндрю подумал: «Это мой единственный шанс доказать, что я тоже чего-то стою». А затем отец не пригласил его с собой на продолжение банкета. Говорю вам, он сорвался.

— Не говори чушь! — возразил Джерри. — С какой стати ему оговаривать Кейси? И откуда у него взялся «Рогипнол»? К тому же кто, как не ты, с самого начала говорила, что это убийство — дело рук Кейси?

Где-то на периферии сознания Лори витала некая смутная мысль, но у нее никак не получалось ее озвучить. Она посмотрел на Райана в надежде, что тот что-то скажет, но он продолжал набирать на телефоне эсэмэски. Лори заставила себя сосредоточиться. Она прокрутила в голове замечание Джерри насчет таблеток «Рогипнола», а затем снова подумала про интервью с Габриэль.

— Отец, — пробормотала журналистка.

— Похоже, папаша — сущий кошмар, — сказал Джерри. — Привык командовать везде — и дома, и на работе. Знаешь, что я думаю? Я думаю, что Хантер по-настоящему любил Кейси. Он не собирался уступать давлению отца, не собирался бросать ее. Именно поэтому Эндрю и заявил, что он останется у генерала единственным сыном. Если перед Хантером стоял выбор — семья или Кейси, он был намерен выбрать Кейси. Но у генерала были свои планы. Чтобы не замараться самому, он стакнулся с Минди Сэмпсон — или же с этой своей ассистенткой, Мэри Джейн, — чтобы получить совместное фото Габриэль и Хантера. Он нарочно сеял семена раздора. А потом, когда Хантера убили, продолжал смазывать колеса: следил за тем, как это дело освещается в прессе, и даже подбрасывал в Интернет порочащие Кейси комментарии, лишь бы только ее осудили.

— Точно! — воскликнула Лори. — «Рогипнол». Все это время у меня никак не получалось понять, как в этот сценарий вписывается наркотик. Что, если это дело рук Джеймса Рейли?

По этому пункту Джерри и Грейс выразили полное взаимное согласие: оба закачали головами. Генерал любил сына, плюс у него имелось алиби.

— Нет, — пояснила Лори, — Хантера он не убивал. Но что, если именно он подмешал в бокал Кейси наркотик, чтобы опозорить ее перед гостями? Тогда Хантер наверняка понял бы, что она не годится ему в жены. Генерал также мог подложить несколько таблеток ей в сумочку — типа, если она начнет утверждать, что ее чем-то опоили, ее легко можно будет поймать на лжи. Затем, когда Хантера убили, генерал был так уверен в виновности Кейси, что решил «помочь» следствию и суду тем, что постил в Интернете предвзятые комментарии, а также помог Джейсону опубликовать его пасквиль? Учитывая же постоянное присутствие рядом с ним Мэри Джейн, она была в курсе всех этих интриг, а возможно, даже участвовала в них сама. Это легко объясняет ее нежелание давать нам интервью. Она увиливает под любым предлогом.

После этих ее слов в кабинете воцарилось молчание. Гипотеза Лори звучала вполне убедительно. Если «Рогипнол» в сумочке Кейси не имел прямого отношения к убийству, это открывало самые разные возможности в том, что касалось личности убийцы. Им мог быть даже родной брат.

Райан продолжал строчить эсэмэски.

— Райан, что вы думаете по этому поводу? — спросила Лори.

— Извините, мне нужно позвонить.

— Вы серьезно? Завтра у нас съемки интервью с Эндрю и Джеймсом Рейли в их загородном доме. Нам нужно выработать стратегию. Сколько можно заниматься посторонними вещами!

Джерри и Грейс уставились на нее, разинув рот. Не в привычках их начальницы повышать голос, тем более орать на коллег.

— Мне всего лишь нужно позвонить, — как ни в чем не бывало ответил Райан и, не добавив ни слова, направился вон из кабинета.

— Если честно, — сказала Грейс, как только он вышел за дверь, — я всегда знала, что Бретт зря его нанял.

— Нисколько не сомневаюсь, — отозвался Джерри.

— Уже поздно, друзья, — сказала им Лори. — Давайте-ка по домам.

Когда двадцать минут спустя Райан вернулся, Лори была в кабинете одна. Перед тем как войти, он постучал.

— Я думала, вы уехали домой, — сказала Лори.

— Нет. А что, Джерри и Грейс уже ушли?

— Да.

— Мне можно войти?

— В этом есть необходимость?

— Иначе разве стал бы я спрашивать?

— То есть мы наконец поговорим, какой стратегии придерживаться завтра с Рейли?

Лори проработала в журналистике пятнадцать лет, из них последние десять — телепродюсером, однако сейчас ей казалось, будто она плывет в темноте. Она отлично знала, что такое потерять близкого человека. И после того, как спустя пять лет убийство Грега по-прежнему оставалось нераскрытым, прекрасно помнила, каково это — знать или, по крайней мере, подозревать, что кое-кто шепчет за ее спиной: «Всегда виновата жена». Вполне возможно, что отец Хантера подмешал Кейси в бокал наркотик. Вполне возможно, что Эндрю Рейли как-то причастен к убийству брата. Но если нет — они тоже жертвы. Они тоже пострадали. По вечерам они ложились спать, зная, что больше никогда не увидят Хантера. Так что она без особой радости станет задавать вопросы, что сейчас крутились в ее голове.

— Да, мы поговорим и о Рейли, — сказал Райан. — Но сначала я хочу сказать вам кое-что другое. Знаю, вы, возможно, предпочли бы видеть на моем месте другого ведущего…

Лори вскинула руку.

— Давайте не будем об этом, Райан. Мне всего лишь нужно хорошее телешоу. Сегодня вы были молодцом. Но работа ведущего не сводится к разговорам перед камерой. Относитесь к интервью как к перекрестному допросу, как вы сегодня это сделали, разговаривая с Джейсоном и Габриэль. План передачи гибок и изменчив. То, что мы узнали сегодня, пригодится нам завтра. И — да, в том, что касается семейства Рейли, Габриэль сбросила на нас бомбу. Перед тем как брать у них интервью, нам нужно перегруппироваться. — Лори посмотрела на часы. — В запасе у нас всего пятнадцать часов. Когда же я попыталась вовлечь вас в обсуждение, вы полностью отключились.

— А вот и нет. Я сказал вам, что мне нужно сделать звонок, но вы мне не поверили. Точно так же, как сегодня утром, когда я сказал вам, что пытаюсь добыть информацию про Марка Темплтона. По вашим глазам было видно, что вы мне не верите. Вы относитесь ко мне как к креатуре Бретта.

— Это вы сказали, а не я.

— Ну ладно. Мне ужасно неприятно говорить вам такие вещи, но что поделать. Вы скептически отнеслись к моим словам, что я связался с моими старыми контактами в генпрокуратуре насчет Марка Темплтона. А между тем сразу после нашего разговора я сделал несколько звонков. Отмалчивался же потому, что серьезно отношусь к своей новой карьере, и прежде чем делать какие-то заявления, решил перепроверить источники. Бретт рассказал мне о том, как вы преданы своей передаче, как скрупулезно работаете с материалом. Лишь поэтому я согласился работать в вашем шоу. Поверьте, Лори, я никогда не был вашим врагом. Я получил предложения от других каналов и передач, но хочу работать только в вашей. Мои источники предпочитают оставаться анонимными, но я им доверяю. Теперь их у меня два, и, как я понимаю, для телевидения это стандарт.

— Райан, хватит ходить вокруг да около. Выкладывайте, что вы хотите сказать.

— Вы были правы, говоря, что в уходе Темплтона из фонда было что-то подозрительное. Он не сразу нашел новую работу. Дело в том, что, несмотря на хвалебные отзывы в его адрес на публике, Джеймс Рейли отказался дать ему рекомендацию.

— С точки зрения перспектив найти новую работу это, конечно, удар. Тогда что изменилось?

— Они заключили некий договор. Официальные обвинения не были выдвинуты, но без участия прокуратуры не обошлось. Примерно тогда же, когда Темплтон нашел новую работу, он подписал с Рейли что-то вроде соглашения о неразглашении информации. Вот так. Была проблема — и нет ее.

— Я поняла. Спасибо за ваши поиски, Райан. Извините, что усомнилась в вашей ответственности. Но почему вам неприятно это мне говорить?

— Помните, Марка Темплтона видели в федеральном суде вместе с адвокатом? Так вот, это был ваш обожаемый бывший ведущий Алекс Бакли.