Камиль Островский
Что могу сказать… Три дня во Франции… Хрен его знает, чё мне здесь больше не нравится. Влюбленные парочки или разочарование от видов…
Наверное, только она и привлекает… И отомстить-то толком не удалось, потому что она неважно себя чувствует. Нет, мы трахаемся, конечно… Всё с этим нормально… Но хотелось жёстче… Не просто обкончать всё её красивое лицо, а сделать так, чтобы она давилась моим членом. Однако, сотворить это я всё же не смог… Как бы не грозился…
Тем более, мы наконец-то начали разговаривать… И у меня назрел сюрприз для неё… Я, правда, ещё не знаю с какой стороны подобраться… Но уже позвонил матери и занял у неё бабла для того самого… И бархатная коробка, надёжно спрятанная в сумке уже ждёт своего часа с того самого момента, как я якобы удалился нам за свежими круассанами в именитую кофейню… Потому что не вижу смысла тянуть. Чем быстрее она скажет мне «да» и наденет на палец кольцо, тем всё станет проще… Ну, я так думаю…
А сейчас уже ночь, и мы валяемся в постели с четырёх часов дня, так как с утра прилично нагулялись по городу.
— Кам…
— М?
— Как думаешь… Всё могло бы сложиться иначе… Ну, с мамой и твоей сестрой… Чья-то злая шутка…
— Не знаю… Чё уже думать об этом? Сложилось так, как сложилось… — перебираю в руках её волосы, которые россыпью накрывают мою грудную клетку, пока она лежит на ней. Обожаю так делать… Это меня успокаивает. И я уже не думаю о том, что случилось с нашими семьями. Я оставил это в прошлом… Да и Настя уже не так резко реагирует на всё…
— Ты так и не звонил той девушке… — напоминает, вынуждая насупиться. Я вообще сейчас о другом думаю… О том, как бы поэффектнее сделать ей предложение… А она мне про всяких шлюх вещает…
— Не звонил, Насть… Из России позвоню… Возможно…
— Позвони… Так нужно сделать, — настаивает она, чем бесит, конечно. Но я же обещал.
— Лаааадно… Ты мёртвого доканаешь…
— Прекрати, — хмурится она. А я беру её ладонь и целую.
— Тебе всё ещё плохо?
— Мне не плохо… Просто странно как-то… Не знаю, как объяснить… В общем, не важно… Пойду к терапевту, когда вернёмся… Наверное, стресс… И перелёт ещё…
— Твой отец там, походу, уже в ахере от нас… Хорошо хоть хрен этот за стенкой уехал…
— Камиль, блин! — наезжает она, ударив меня. — Хватит обзывать его!
— Да он урод! Знаешь, чё он базарил мне, когда я ему звонил?!
— Ты ему звонил? Он не говорил… — удивляется она. Ещё бы он ей сказал.
— Звонил, каэш. И он сказал, что вы вместе. Что помирились…
— Блин… — куксится Настя. — Извини… Просто он, наверное… Хотел…
— Хотел вернуть тебя здесь… Выбросив меня за поле…
— Я не хочу это комментировать… — с грустью вздыхает она, прижавшись ко мне. — Прости меня… Я даже не думала, что ты у меня такой хороший… Такой честный и добрый…
— Да? А какой я… Как ты думала? Беспринципная сволочь?
— Ну… — хихикает она, а мне вот прям реально обидно… За всё это время я ни разу не давал поводов в себе сомневаться. Да, я не евнух, но в отношениях с Настей я ни разу не изменял. А она всё продолжает так себя вести… Хотя я тоже ревную… Вообще не понимаю, нормально ли это… Но мы с ней как две взрывные волны… И если уж начинаем бычить друг на друга… Удар не сглаживается, а наоборот бьёт с двойной мощью по нам обоим.
— Не хочется уезжать…
— А мне наоборот… Поскорее бы вернуться. Обожаю наш город. Мне там проще, — задумываюсь я. — И не в людях дело… Просто обстановка… Атмосфера. Мне там кайфово…
— Ну вот… Мы и тут разные, — улыбается она, поцеловав меня в солнечное сплетение, и я тут же вздрагиваю. — Хочешь фрукты?
— Можно… А ещё… М… Взбитые сливки…
— Островский, зачем? — тут же реагирует, подняв на меня взгляд.
— Хочу тебе всю пизду ими измазать…
— Камиль! — верещит она, психанув и начав одеваться, а я ржу.
— Успокойся… Я пошутил… Хотяяяяя…
— Вот уж нет… Фетиш с едой… Не моё…
— Ты не пробовала просто… — отвечаю я уверенно, и она сразу же смотрит на меня своим самым противным прищуром.
— А ты?
— Что я?
— Ты уже это с кем-то пробовал…
— Нуууу…
— Кобель! — тут же нервно встаёт с кровати и идёт в ванную, а я догоняю.
— Настя… Это, блин, шутка была… Успокойся… Капец ты ревнивая какая… Ещё хлеще меня… Оказывается…
— Я бы посмотрела на тебя, если бы у меня было до тебя тысяча партнёров!
Я тут же морщусь.
— Если бы у тебя был хоть один до меня, я бы тебе уже башку свернул… — улыбаюсь я, а она скрещивает на груди руки и смотрит на меня волком.
— И чем это, простите, мы с тобой отличаемся??? Почему тебе можно, а мне нельзя!
— Я мужик. Чем больше баб у меня было, тем больше опыта. А девчонкам надо наоборот быть невинными для мужа. Чтобы боялась на член смотреть до того, как тебя увидела…
— Я тебя сейчас ударю, — рычит она, а я лыблюсь. Даже слово «муж» от ревности не расслышала…
— Ты ничего не пропустила?
— В смысле… — смотрит на меня своими синими огнями и нервно хлопает ресницами. — Только то, что ты моральный урод!
— Вот спасибо!
Залезаю в карман сумки, что валяется на полу, и за секунду становлюсь перед ней на одно колено… Чувствую себя, как в какой-то тупой мелодраме… Которые моя Настя, кстати, тоже не смотрит и не любит… Но… Что-то я для себя из них подчерпнул ещё в детстве, когда Карина просила смотреть вместе с ней…
— Камиль… Ты чего…
— В общем… Моральный урод делает тебе предложение… — произношу, открыв перед ней коробку. А у неё, кажется, голова начинает кружиться, потому что она шатается. — Эй… Ты чего?
— Ничего… Что-то в глазах потемнело… Ты что… Ты серьёзно?
— Нет, конечно. Это пранк. Сейчас из шкафа выйдет оператор, а нас сольют на ру-туб.
Настя сейчас будто не понимает моего юмора. Уставившись на кольцо, сглатывает слюни и прикрывает полы раскрытого халата… И я понимаю, что пора говорить нормально… Всё, что думаю…
— Настя, я серьёзно… Серьёзнее некуда. Хочу, чтобы ты вышла за меня замуж… Знаю, мы ругаемся. Но я тебя люблю очень… Не хочу потерять… А всем известно, что чем дольше мужик моросит… Тем больше вероятность расставания… — уверенно произношу, заметив слёзы на её глазах. — Только не реви… Я тебя умоляю, малыш… Давай лучше празднично потрахаемся… Только без слёз…
— Ты такой козлина…
— Знаю…
— И вообще… Кто так делает предложение? Я не накрашена… У меня… Волосы торчат… И я хочу есть… А ещё у меня до сих пор в глазу твои жидкости…
Я начинаю ржать, а она реально плачет, вытирая уголки глаз.
— Прости…
— Так и… Выйдешь? Скажешь мне «да»…
— Скажу… Да, я выйду за тебя, Островский…
Я тут же поднимаюсь с пола, надев кольцо на её палец и целую её… Рад, что с размером всё подошло… Чувствую, что пал для неё на пол, только потому что это она. Готов покоряться… Хоть каждый день… Лишь бы знать, что любит меня одного…
— Но обещай мне одно… Что мы теперь всё друг другу рассказываем… Даже если что-то неприятное о прошлом… Пусть лучше из уст родного человека ранит, чем от других слушать… Хорошо? — спрашивает она, заглядывая в глаза своим самым невинным взглядом.
— Хорошо, обещаю…
Прижимаю её к себе и вдыхаю запах каштановых волос… Мы оба с ног до головы пропахли еблей…
— Нам бы помыться… Мы воняем… — ржу я, а она любуется переливающимся при комнатном свете камнем.
— Красиво… И мне пофиг, что мы воняем…
Я ещё крепче её обнимаю…
— Папа, наверное, будет в шоке…
— Он уже знает… И он вовсе не в шоке. Наоборот рад, что мы всё обозначили…
— Господи, ты серьёзно? — удивляется она, насторожившись.
— Да, конечно…
— И твоя мама знает?
— Конечно… А ты как думала? Твоему отцу сказал, а матери нет? Она первая узнала… — смеюсь я, скривив рожу. — Правда по другой причине, но не важно…
— Камиль… Что теперь будет с тем помещением? Там будто тайфун прошёлся…
— Господи, да сделаю я его… Я там разобрал немного, что мы насвинячили… Но потом всё исправлю, не бойся… Давно пора тачку продавать, я уже говорил… Сегодня кину на продажу…
— Эээээх, — вздыхает она с хитрым лицом. — Придётся искать другого мужика на мерседесе…
— Василёк… Ты нарываешься, — рывком притягиваю к себе обратно. — Дразнишься, что ли… Хочешь, чтобы я ревновал?
— Нет, не хочу… — обвивает она мои плечи руками и смотрит прямо в глаза. — Я когда тебя впервые увидела… Подумала, какие красивые у тебя глаза… И волосы… Ты же как Дьявол — искуситель… Мне кажется, я намеренно не стала дожидаться того, когда Марта с тобой закончит… Поэтому влезла…
— Ну я же говорил… Тёлочку мне сбила… Поплатилась…
— А ты хотел? — смотрит на меня и не моргает.
— Как тебя увидел… Уже ни о чём больше не думал. И никого не хотел… Только тебя одну…
— У меня тоже самое… — шепчет одним дыханием. — Поцелуй меня…
Вновь сталкиваясь, заваливаемся на кровать… Я усаживаю её сверху… Дёргаю за пояс, обнажая упругую шикарную грудь. Не могу перестать пялиться и выкручивать её соски. Пожалуй, одно из самых моих любимых занятий… Смотреть как они меняют состояние… Как Настя возбуждается и течёт на меня… Стоит немного обслюнявить и помучить её…
— Завтра домой… А ещё… У меня месячные начнутся… — прикусывает она губу и трётся об меня внизу, виляя бёдрами… Только и успевает, что стонать и выгибаться, пока моя елда, будто кипятильник, жаждет опуститься в живительную влагу…
— Мне похер на твои месячные, ты же знаешь… Я и дня без тебя не протяну… — вхожу в неё снова… Встречаемся взглядами… Она стонет… Я притискиваю к себе… И опять мы нагреваем воздух до температуры непригодной для жизни… Опять раскаляем его… Потому что не можем контролировать дыхание. Когда смотрю, как она двигается… Будто в какой-то сон попадаю… Самый, сука, развратный сон… Обожаю вот это… Маленькие ладони на моей грудной клетке… Покачивания бёдер… Грудь, представшая перед лицом… Стоячие соски… Ебать её и толкать пальцы в её рот… Заставляя вытягивать губки и втягивать скулы… И то, как она при этом на меня смотрит… С вызовом, блин… Самая сексуальная девушка на свете…
Я даже не знаю, сколько всё это длится… Но мы не перестаём наслаждаться друг другом… Растекаясь и утопая в этом концентрированном запахе…
— Господи, как ты пахнешь…
— Ты тоже… Невозможно… — веду носом по её животу… Облизывая и целуя его… Не могу, блядь, оторваться… А она не может перестать лезть носом в мою подмыху… Наверное, это нормально, когда любишь человека до одури сильно… Ведь говорят же, что мы выбираем друг друга по запаху… Феромоны всё же существуют… Какая-то химия тел… Некоторые организмы притягиваются…
И я точно знаю, что притянулся к своей Настеньке навсегда…