Эх, было времечко лихое. Да и сейчас не легче. Бандиты, аномалии, но в целом жить можно. В целом в Свободном жизнь даже довольно комфортная. Прикиньте, как я офигел, когда узнал, что здесь есть даже такси. Правда, для этих целей используют не боевые джипы, а вполне себе привычные для взгляда землянина легковушки на четырёх колёсах.

Почему я всё это говорю? Да к тому, что становится понятно, почему на самом деле здесь люди живут десятками лет и не стремятся выбраться с Фаэтона. Как выразился тот же Волк:

— От добра добра не ищут, а здесь я уважаемый человек, здесь у меня друзья…

А тут ещё и реформы, задуманные Шерифом, начали проводить. Так что Свободный стал превращаться из некого городка на диком западе с ковбойской вольницей в подобие государства.

Были, конечно, недовольные, но патрульные и большая часть старателей их поддержали, а именно они являются основной боевой силой. Так что порядка стало больше, и авторитет Шерифа среди городских жителей и так довольно высокий взлетел до небес.

Но если углубляться в аналогии, то Лиза наша стала княгиней, а патруль — её дружиной. Хотя видимость демократии присутствовала: например, членов Совета выбирали, но с маленьким нюансом — вступление в должность происходило только после утверждения Шерифом.

Мне, кстати, даже официальную должность прописали: «Командир особого отряда по охране правопорядка», сокращённо КОООП. Аббревиатура, конечно, так себе. Ну а по смыслу — «Опричники».

Если кто не понял, я стал главным пугалом для всех недовольных. И кто бы что ни говорил, в этом нет ничего страшного, ибо если тебя боятся, значит, уважают. И самое главное — не пытаются грохнуть Шерифа. Ибо за такие выкрутасы мы с ребятами наказывали очень строго. А порой даже показательно.

Почему я обо всём этом говорю в прошедшем времени? Так оно тикает. День за днём, месяц за месяцем, год за годом. Ведь мы все ждём, когда же Ава вырастит артефакт, который позволит открыть путь с Эдема.

Спросите, сколько прошло времени? А вот считайте сами. Шериф пропала с Земли в девяносто втором году. Как раз когда Егору исполнилось семь лет.

Правда, не уверен, что на Фаэтоне она оказалась в том же самом году, ибо космические расстояния и всё такое. Но пока будем опираться на эту цифру.

В поход же для открытия портала на Эдем мы отправились спустя несколько месяцев после того, как широко и с размахом отпраздновали двадцатилетний юбилей прибытия Шерифа на Фаэтон. То есть сейчас на Земле ориентировочно две тысячи двенадцатый год. Возможно, тринадцатый.

В армию я попал в две тысячи шестом, а значит, прошло пять лет с того момента, как я словил пулю и склеил ласты на Земле, ну или шесть — с этими космическими перемещениями ни в чём нельзя быть уверенным.

Конечно, мой любимый хейтер и его подружка наверняка сейчас скажут:

— Тунгус, зачем ты так внезапно времечко-то промотал? А как же приключения?

А я отвечу. Моя история не о том! Когда-то Всеслав отправил меня на Фаэтон найти свою внучку и собрать материалы для прибора, который позволит открыть путь с Эдема. А ещё лучше — на несколько комплектов, ведь шанс был не стопроцентный.

Вот и получается, что после того как Ава приступила к изготовлению «Компаса», потребность в том, чтобы что-то искать, пропала. И осталось лишь первая цель: найти и защищать Лизу. И я это сделал. Всё остальное — это лишь пересказ бытовухи. Скучно.

Нет, конечно же, были интересные моменты за прошедшее время. И даже в чём-то важные. Вот, например, погиб Болин. Дядя Гнары.

Мы как раз отправились с караваном на Базар, а он возьми да отойди в кусты по малой нужде. Ума нет, считай калека! А там на него монстры напали. Всё, что удалось от него найти, — это окровавленная одежда, правая рука по локоть и левая ступня.

Гнара была безутешна, билась в истерике и ревела. Пришлось унести её в машину и там до утра утешать.

А вот с утра они ещё и с Анькой чуть не подрались. Всё потому, что эта наглая коза не давала Гнаре «Аптечку», не выказывая ни малейшего сострадания к её состоянию.

— Анька, сволочь такая, отдай «Аптечку». У меня всё болит! — шипит сквозь зубы беловолосая полугнома.

— А нефиг было всю ночь трахаться! — с таким же шипением отвечает ей ревнивая брюнетка.

— У меня дядя погиб, у меня горе! — топает ногой Гнара.

— Да-да, сейчас заплачу! Могла бы и поделиться, тогда бы тебе «Аптечка» была не нужна! — упирается Аня.

— Ладно, ладно, — прищурив глаза и поджав губы, кивает Гнара. — Не последний день живём, я запомню. Дождусь момента, когда ты тоже пожадничаешь и угодишь под этот каток! А наш маньяк-утешитель тебе всё сотрёт, и тоже спрячу артефакты.

— Эй, ну ты чего сразу начала-то? — моментально врубила заднюю Аня.

И нет, мальчики и девочки, эти две долбанутые на всю голову подружки не сошли с ума. Ибо уже на базаре к нашему каравану прибился молодой паренёк-полугном. Лет шестнадцать на вид, которого звали Борис с ростом, несвойственным гномам, в сто семьдесят шесть сантиметров. Но всё ещё ниже племянницы. Хе-хе-хе…

Как вы можете догадаться, это наш погибший Болин. Всё-таки гном был в солидном возрасте, и хотя гномы живут значительно дольше людей, но, как говорится, силы не те и здоровье подводит.

Правда, с его перерождением вышла накладочка: то ли из-за того что ему для достоверности Лапка откусила руку и кусок ноги, то ли Ава глюканула, а может, и пошутила, но вместо молодого мужчины получился пацан.

Но это дело такое, быстро проходящее. Лет до тридцати он ещё будет стареть. А ведь как известно, для мужика это идеальный возраст.

Однако рассказать на весь свет то, что Ава может делать людей моложе, — так себе идея. Ибо появится целая куча желающих, а возможности у девушки пока ограничены.

Мне кажется, даже если мы всем вокруг расскажем правду, то всё равно найдутся те, кто нам не поверит. Решат, что мы тупо прячем какой-то артефакт или аномалию. И хрен кому докажешь, что бесполезно на нас нападать, ведь Ава не будет никого омолаживать просто потому, что им это нужно.

Так что скрываем эту возможность по максимуму. Хотя за прошедшие годы все члены экипажа «Варяга» прошли через модернизацию. Разве что внешность им не меняли. Лишь укрепление и изменения организма.

Анька вон тоже пыталась выторговать себе сиськи побольше. Но не срослось. Как заявила Ава:

— Да хрен тебе! Хочешь, чтобы и у тебя были больше, чем у меня?

А вот наша скромная милашка Вика ничего не просила, однако Ава самовольно провела ей небольшую пластику. А на возмущение Ани пояснила:

— А ты не завидуй. Девочке это необходимо, совсем бедненькие повисли. Тем более я их не увеличивала, а лишь вернула былую упругость.

Но лично мне кажется, что Ава просто всё больше очеловечивается и чисто стебёт ревнивую брюнетку.

Что же касательно Вики, то у неё теперь немного больше, чем у Ани, очень прилично меньше, чем у Шерифа, а про Гнару вообще молчу. То есть хорошие, большие сиськи. Собственно, как и у Ани. И чего она постоянно комплексует?

А ещё мы несколько раз гоняли в Гномбург. И тому было несколько причин. Во-первых, Бобри хотел повидаться с брательником, чтобы передать своим, что с ним всё в порядке, и самое главное — что Вика оказалась живой.

Во-вторых, прикупить топливных картриджей с запасом, ибо эта система всё-таки куда более надёжная и выдаёт больше энергии, чем если ставить генератор.

Ну и в-третьих, в той стороне находилась аномалия, в которой можно было разжиться подпространственными карманами. Как доложила Ава, в тех краях была пещера, доступ к которой был перекрыт множеством аномалий. Более того, сам вход находился во власти ментальной аномалии.

Вот и получается, что та пещера была из разряда тех, в которые не ступала нога человека.

А вот в глубине уже находилась пространственно-гравитационная аномалия, в которой созрели аж пятнадцать «Карманов». Когда я об этом услышал, у меня аж глаз дёргаться начал и ручки вспотели от возбуждения.

Более того, два из них были пятого уровня, три — четвёртого, пять — третьего, три — второго, и лишь два — первого.

Бобри, помнится, аж сознание потерял от счастья. А когда его привели в себя, тут же вскинул руку и заявил:

— Чур один пятого уровня мой, ну или хотя бы четвёртого. Да, точно четвёртого, надо быть скромнее.

— А лицо у тебя не треснет? — усмехается Шериф.

— Я его маслицем, маслицем смажу, — закатывая глаза и радостно скалясь, отшучивается гном.

— Боюсь, когда ты узнаешь его цену, то сам не захочешь подключаться к «Карману» четвёртого уровня, — ехидно щурится Лиза.

— И сколько же? — моментально настораживается гном.

— Точно не знаю, — пожимает плечами Шериф, — но слышала, что один такой как-то продали с аукциона там, в большом мире, — показывает пальцем вверх, — за двенадцать миллиардов.

— Сколько? — хватается за сердце гном.

— А ты что хотел? — Лиза начинает накручивать локон на палец. — Сам подумай, это же хранилище, в которое невозможно пробраться вору.

— А ещё его можно подключить к источнику энергии и назначить несколько точек доступа, причём для определённых лиц, — добавляет немного информации Ава.

— Да банкиры за такое душу продадут. Да и просто богатые люди, — соглашается гном. — Но хотя бы третьего-то мне можно?

— Тебе можно, — хлопаю Бобри по плечу.

— Живё-ё-ём, — довольно щурится гном.

Хм… Да, конечно, можно было бы и более подробно рассказать о том, как мы гоняли в Гномбург, когда бывали эти артефакты. Но… скучно.

Дело в том, что, получив доступ ко всем производственным мощностям «Промзоны», Бобри так заапгрейдил «Варяга», что он у нас теперь имба имбовая. Новая подвеска оказалась адаптивной, так что на поворотах наш танк теперь ведёт себя как парень.

Ещё и балансиры внутри по дну проложили, в случае если подскочим на какой-нибудь горке — уже не зароемся носом или не хряпнемся на бок. Плюс улучшенная система сканирования. Шанс влететь в блуждающую аномалию на дороге близок к нулю.

Вот и гоняем, как гоночный болид. Бандиты только шеи себе успевают сворачивать, наблюдая за столбом пыли. Нет, конечно, иногда мы ввязывались в какую-нибудь заварушку, не без этого. Но ради одного боя выслушивать историю, как мы собирались, ехали, что-то там потом по прибытии покупали… Скучно.

А уж поход в пещеру за «Карманами» ну вообще рутина. Ава тупо довела меня до места назначения и вообще всячески страховала. Честно, я себе даже пальчик на ноге не отбил.

Да и вообще добыча артефактов не такое уж опасное дело, если с тобой дружит местная Система, внезапно оказавшаяся очень даже прикольной и весёлой девушкой.

О чём же ещё стоит упомянуть перед наполненным всяческими опасностями походом к месту, где зреет артефакт «Компас», и собственно к месту открытия портала с Эдема?

Разве что об отношениях с Лизой. Она мать моего друга, а я её, извините за грубость, трахаю. Конечно, кто-нибудь скажет, что я плохой человек без моральных принципов. Меня Всеслав отправил найти и охранять свою внучку, да и Егор на меня надеется, что я буду беречь его маму.

И что здесь не так? Нашёл, охраняю, берегу. Всё остальное даже близко не планировал и не собирался, и даже честно пытался уклониться от этой почётной обязанности. Но как заявила Шериф, услышав о моих переживаниях, ещё тогда в её квартире после всего случившегося в ванной комнате:

— А-ха-ха-ха-ха! Тунгус, братское сердце, ты такую хрень несёшь, как будто у тебя был выбор! Мне нужен мужик, и я решила, что им будешь ты! — и, подмигнув, показала мне кончик языка.

— А ты не много о себе возомнила? — набычившись, сверлю блондинистую стерву взглядом.

— Не-а… — облизывает пальцы, испачканные в соусе. — Не обижайся, но мне полторы тысячи лет. Скажем так, — с задумчивым видом смотрит в потолок и, покрутив пальцем, сообщает: — Я была знакома с Рюриком, — и, прищурив глаз, поясняет как для тупого: — того самого, что на Русь призвали.

— В смысле? — выпучиваю глаза. — Ты что, с Рюриком того?

— Чего того? — состроив непонимающую мордашку, смотрят на меня.

— Трахалась!

— Фу! Как можно такие вещи говорить? Ни с кем я не трахалась! — из глаз красавицы начинают бежать слёзы. — Как ты мог такое сказать?

— Эй, ты чего? — потерянно смотрю на рыдающую девушку. — Я же не это хотел сказать!

— А что ты хотел сказать? — вскрикивает. — Что я гулящая? Шлюха? Как ты мог⁈

— Ну прости, — пытаюсь погладить расстроенную красавицу по волосам.

— Я не такая, — падает снова на стул, всхлипывая и отталкивая мою руку. — Ты же всего лишь третий мужчина в моей жизни-и-и…

— Ну прости… Что? В смысле третий? Стоп! Ты что, стебёшься? — наконец-то доходит до меня.

— Я же сказала: без шансов. Хи-хи-хи… — вытирает слёзы и, лучезарно улыбаясь, берёт кусок рыбы с тарелки.

Это писец, мальчики и девочки, большой, полярный и пушистый. Она же реально полторы тысячи лет мужиками манипулирует. Хм… Стоп! А чего я напрягаюсь? Нормальное же оправдание!

Всё. Совесть можно отправлять спать! Тем более что эта блондинистая зараза как-то подозрительно медленно облизывает пальцы, поглядывая на меня абсолютно сухими глазами…

Как там было у классиков? О женщины, коварство ваше имя. И таки подтверждаю — это так. Думаете, у меня одного проблемы? Ошибаетесь.

Вот взять к примеру Вадика. Хороший парень на самом деле. Да с некоторыми тараканами в голове, но в целом хороший.

И так уж получилось, что попался он на глаза Амиэн. Той самой эльфийки из Совета. Что собственно было неизбежно, учитывая то, что она продолжала трудиться на благо общества и соответственно иногда даже заскакивала к нам для того, чтобы пообщаться с Лизой.

Ну и бедный фаэтонский юноша попал в коварные сети весьма даже привлекательной девушки. Хотя, может, она на самом деле даже бабушка? Если честно, разбираться в том, как выглядят эльфийки в том или ином возрасте, не горю желанием.

Собственно, как вы понимаете, у Вадика не было никаких шансов. Тем более что местные мужики вообще почему-то угорают по эльфийкам, видимо экзотика. Да и наш юный гамадрил тоже несколько экзотичен на фоне прочих мужиков, учитывая его габариты.

Я сейчас про рост и размах плеч, если что. Ну и в остальном у него там всё нормально, можешь мне поверить, я был в этом теле.

Короче, чпокались они месяца три, не меньше. И тут Вадик прибегает вечером домой, весь в слезах и соплях. Оказывается, он решил устроить своей возлюбленной сюрприз.

Ввалился к ней домой. Весь такой с цветами и тортом. И застал её в тот самый момент, когда она надевалась головой на ту самую выступающую часть организма какого-то постороннего мужика.

Вадик очень расстроился, но, будучи джентльменом, даже не втащил ни разу ни ей, ни ему. Лишь запустил в любовников тортом и, размазывая сопли по щекам, побежал жаловаться на горькую судьбину своей сестрёнке и дяде.

Естественно, в этот момент, кроме Ани и Олега, в гостиной собралась вся наша банда, кроме Болина, а ныне Бориса. Ибо пока он жил отдельно, дабы не палиться.

И вот он забегает, машет руками и пытается матом рассказать о своей горькой судьбине.

— Ты чего блажишь, как потерпевший? — Шериф, высунув кончик языка, с увлечением пытается разгадать сканворд. — Ты что, ей муж?

— Да причём тут это? — возмущается Вадик. — Мы же с ней встречались?

— Тогда объясни мне, почему ты этого парня называешь любовником? А ты тогда кто? — продолжает гнуть свою линию Лиза.

— Олень? — подсказывает Анька.

— Сеструха, вот ты-то куда? — парень смотрит зверем на свою родственницу. — У самой-то вон, — начинает тыкать пальцем в Гнару, Вику и Лизу.

— Ты это… Ты в моих красоток пальцем не тыкай, — Анька, недолго думая, усаживается на колени Гнары и, обняв двумя руками за шею, выдаёт: — Они спасают моё нежное тельце от растерзания одним отдельно взятым сексуальным маньяком. Хи-хи-хи…

— Причём регулярно, — поддакивает Вика.

— Более того, охотно, — Гнара одной рукой придерживает Аню за талию, а второй с ехидной улыбкой гладит по коленке.

— Ладно, хватит стебать парня, — Шериф отталкивает от себя сканворд. — Вадик, сядь и успокойся. Во-первых, ты такой же любовник, как и прочие, а не муж. Во-вторых, если уж на то пошло, у Амиэн таких, как ты, ещё двое. Ну и в-третьих, я думала, ты об этом знаешь.

— В смысле думала, знаешь? — выпучивает глаза наш гамадрил. — Я что, по твоему мнению, этот… как его…

— Олень, — тут же подсказывает Аня. — То, что ты третий, тебя не смущает? Хи-хи-хи…

— Анька, хватит стебать брата, — подключается Олег. — Я вот если честно, тоже в ахрене. А казалось, приличная женщина.

— А она и есть приличная женщина, — зевает, потягиваясь всем телом, Шериф, — просто у неё три любовника. Парни, это Фаэтон. Здесь реально мало женщин. Да, публичные дома помогают как-то снять напряжение. Но в целом и такое бывает. А вот чтобы куча баб у одного мужика, — смотрит на меня, — вот это действительно редкость.

— Но это же… это же… — Вадик замирает на какое-то время, пытаясь подобрать слово, а потом выплёвывает: — Распутство!

— Кто сказал? — прищуривается Лиза. — Вот у вас в Империи, — указывает пальцем на Вадика, — официально нет многоженства. А у них в Федерации есть, — кивок на Вику, — несколько женщин на одного мужика. И тому есть причина — перекос в сторону женского населения. Так почему на Фаэтоне, где женщин раза в два или даже три раза меньше, чем мужиков, не может быть по-другому? Нет, официально многомужество я никогда не разрешу, — а затем, постучав себя пальцем по губам, выдала: — Да и многоженство тоже.

— Почему? — интересуюсь.

— Многоженство — потому что баб и так мало. Вон Анька себе другого мужика найдёт, соберёт вещички и свалит в закат. И всё. Никаких разводов и суеты.

— Это почему я? — Аня возмущённо покидает коленки Гнары и, уперев руки в бока, нависает над Лизой. — Может, лучше ты себе нового мужика найдёшь?

— Зачем? — удивляется Лиза. — Меня этот вполне устраивает, — а затем, хитро подмигнув, добавляет: — Плюс к нему ещё вон какие красоточки прилагаются, — и медленно так облизала губы.

Аня, мгновенно покраснев и засмущавшись, ретировалась, усевшись на свой стул.

— Так а что с многомужеством? — продолжаю интересоваться.

— Гонишь? — Лиза удивлённо приподнимает бровь. — Вы же мужики — народ гордый, а я, знаешь ли, не настолько дура, чтоб в колодец плевать, из которого весь город пьёт.

— Будет бунт? — интересуется Вика, закидывая в рот очередную конфету.

— Сто процентов, — кивает Шериф, а затем, включив режим мамочки, возмущается: — Деточка, не ешь столько сладкого — диабет будет!

— Не-е-е… — мотает рыжей шевелюрой гнома. — Ава сказала, мне это не грозит больше.

— Ну если Ава сказала, то ладно, — обречённо машет рукой Шериф.

Вообще у неё этот режим мамочки регулярно врубается, видимо, сказывается возраст. Она даже мной пытается иногда командовать, но у меня хотя бы есть «волшебная палочка», которой можно заткнуть ей рот. Как бы пошло это ни звучало. А вот остальным сложнее. Но в целом уживаемся.

Мдя… И нафига я всё это вам рассказываю? А точно: чтоб было понятно, что не у одного меня проблемы.

Вот тот же Олег. Знаете, с кем замутил? С Элестой. Точнее, она с ним. Видимо, взяв пример со своей сестры и Шерифа. Ухватила быстренько Олежу за колокольчики и потянула в койку. А что? Он после аномалии мужик стал очень даже видный.

Но в целом продлилось это всё тоже недолго — полгода примерно. Однако в отличие от нашего гамадрила, который умудрился, пусть временно и по незнанию, устроиться в мужской гарем, причина расставания была не в том, что кто-то куда-то загулял.

Ну сами посудите: девочка взрослая, при этом до сих пор не замужем, ясно же, что характер у неё непростой. И Олег недаром одиночка — под каблук никак загоняться не желает. Вот они и грызлись полгода.

Ага. Грызлись, потом шумно мирились, потом не менее шумно ругались, снова трахались. И в конце концов разбежались. И вот тут что интересно: у них моментально наступила полная идиллия, стали чуть ли не лучшими друзьями.

Так что единственным настоящим холостяком, не замаравшим себя отношениями в нашей компании, остался только Бобри. Но с тем понятно: у него всего две любви в жизни — сестра и хабар. Ну ещё немножко приключения. Так что он и так счастлив. Без баб! Про Болина-Бориса вообще молчу. Тот ещё совсем сопляк. Хе-хе-хе…

Так что, как и говорил, рассказать есть о чём. И много. Но в целом наша история о другом. Ибо основная цель достигнута. Осталось только встретить парней и выбраться с Фаэтона.

Хотя врать не буду. Будет жаль покидать этот мир и этих людей. Да понятно, что наша команда скорее всего уйдёт всем составом. Мои красавицы меня не бросят. Это факт. А Вадик, Бобри и Олег с Болином-Борисом не бросят своих девчонок.

Остаётся только Бизон, у которого любовь-морковь с рыжей полугномой Анли. Без понятия, как там получится. Всё-таки у неё тут мать с теткой и сестрой. Но в целом… Почему бы и им не свалить?

С другой стороны, кто тогда останется в Свободном и что станет с этим городом? Хотя не мы же одни радеем за него? Уверен, люди продолжат бороться за лучшую жизнь. А если не смогут или не захотят… Это будет их выбор!