За два дня, что прошли после выходных, Юджин ни разу не позвонил мне. Не поругал, и не извинился. Просто забыл про меня. Наверное, даже не вспомнил, что в тот день мы были вместе, и, конечно же не заметил, когда я ушла… Или был занят на работе?
А может просто зол? Меган-то наверняка рассказала ему о том, что видела, как мы с Марком целовались. А поцелуй тот, скажу я вам, был очень страстным.
В среду после работы иду к своему гинекологу на очередной осмотр, и она просит меня документы, которые остались у меня по первой беременности.
– Что-то не так с ребенком? – спрашиваю я.
– Нет, нет, милая, – говорит мне врач, спеша успокоить. – Просто нужно будет записать кое-какие данные на УЗИ. Придешь в пятницу через месяц. Я тебя уже записала. Как ты и просила, после работы.
Конечно, зайти к ней после работы – очень удобно для меня. Не нужно уговаривать шефа отпустить меня раньше (хотя, он такой великодушный человек, что отпустил бы без возражений). Но то, что ей нужны документы с тех времен, когда я еще носила под сердцем Холли, означает, что я должна прийти к Юджину домой, чтобы забрать их. Потому что они остались там. Я совсем забыла про них. И вспомнила только теперь…
У меня нет другого выхода, но у меня появляется отличный план…
Звоню Тайлеру и прошу его завтра задержать моего мужа на работе.
Он соглашается.
– Юджин, – если честно, совсем не ожидал, что Тайлер когда-нибудь вот так просто, по-дружески подойдет ко мне с просьбой. Все-таки, мы с ним, можно сказать, соперники. Но этому наглецу, видимо, все равно.
Я, погруженный в тяжелые мысли, поднимаю глаза от экрана ноутбука, где отображается проект, над которым я пытаюсь работать, но мне совсем не до этого (в тот день Леттис куда-то внезапно исчезла. Обиделась, видимо, на то, что я ее отчитал из-за Меган. Но зачем так относиться к племяннице? Пусть и не родной? А ведь Меган так мечтала с ней познакомиться… Меган отправилась на ее поиски, пока я занимался капризами дочери, которая хотела видеть маму. Но вернулась она, так ее и не отыскав. И тоже без настроения, будто бы узнала что-то, но мне говорить не хочет).
– Чего тебе, Тайлер? – мне не терпится, наконец, закончить проект и топать домой. Но мне не хватает идеи. Последнего ключа. Найду его, закончу проект и пойду отдыхать. Отдых мне сейчас так необходим. Хочу просто расслабиться дома и лечь спать пораньше…
Я так устал…
– А ты скоро закончишь? Мне нужна твоя помощь…
Мне самому нужна помощь. Если бы Леттис была рядом, она бы наверняка что-то придумала (она, ведь, у меня тоже талантливый дизайнер (ну, по крайней мере, у нее есть все задатки))… Как же мне помириться с ней? Я так устал быть без нее. Вроде, со всеми делами могу управляться сам. И с дочкой мне тоже не трудно. Но мне нужна сама Леттис. Я люблю ее. И когда она рядом, я будто бы заряжать энергией.
– Чем тебе помочь? – устало спрашиваю я.
– У меня кое-что не получается в программе… Покажешь мне, как правильно нужно делать?
Я глубоко вздыхаю и смотрю на часы. Уже почти шесть вечера. Мне пора домой. Но я встаю и иду помогать Тайлеру побороть программу, в которой он создает эскиз баннера для наших клиентов.
– Юджин, ты еще долго? – спрашивает по дороге Меган. – Мы скоро пойдем домой?
– Иди без меня, солнышко, – говорю я. – Я приду позже.
Тайлер останавливается и долго с подозрением смотрит вслед Меган.
– Ну мы идем? – спрашиваю я устало и подталкивает его к рабочему месту.
Захожу в квартиру Юджина очень осторожно. И чувствую себя воришкой. Вроде, это и мой дом тоже… По крайней мере, был раньше. Но я зашла без спроса, зная пароль от кодового замка входной двери. Без спроса зашла домой. Какой абсурд! Но в моей ситуации такова реальность.
Я оглядываясь. Вроде, ничего не изменилось. Вроде, все на своих местах…
Но я отвыкла… Тут все что-то не то.
Хотя, мне это место по-прежнему кажется родным…
Надо бы вспомнить, куда дела документы. Это было так давно… Я совсем про них забыла…
Может, в сейфе? Он в нашей комнате…
Захожу в спальню и открываю сейф. Пароль прежний – день нашей свадьбы.
Но в сейфе ничего, кроме денег, драгоценностей и документов на развод. Первые две позиции меня не интересуют. Но вот документы я решаю забрать с собой. Пусть будут у меня. В них есть доверенность, по которой любой из супругов может подать заявление вместе с этими документами. Юджин пока не нашел времени их сдать. Все еще на что-то надеется… Или просто не решился? Я более решительна в этом плане.
Держу их, и мне кажется, будто в моих руках судьба целого мира…
Закрываю сейф и иду к шкафу с одеждой. Наверное, на второй полке. Точно! Я клала их туда.
Открываю шкаф, собираясь лезть на нужную полку рукой, и тут замечаю что-то неладное.
Не поняла…
А что за женские вещи висят теперь на месте моих?
В моем шкафу…
Пока в задумчивости шарю рукой по полке, натыкаясь, наконец, на нужную мне стопку бумаг, меня окликает голос.
– Мамочка! Ты вернулась? Что ты делаешь?
Я вздрагиваю, быстро хватаю бумаги и закрываю шкаф.
– Ничего, милая. Искала кое-какие документы для врача…
– Это нужно братику? – любопытные круглые глазки внимательно смотрят на меня и ждут ответа.
Я прижимаю свою малышку к себе.
– Да, милая.
Она такая умничка у меня. Все знает. Даже то, что я беременна.
Дочка кладет ручку на мой еще небольшой животик и гладит его.
– Мамочка, я так хочу, чтобы ты вернулась… Я скучаю.
Я обнимаю свое сокровище и шуткой спрашиваю:
– По Батончику?
– И по тебе тоже, – говорит Холли. – Я же люблю и Батончика, и тебя, и моего братика…
– Кстати, Холли, а как мы назовем его? – спрашиваю я дочку. Знаю, ей приятно поговорить об этом. – Я еще не придумала ему имя…
– Пусть папочка придумает имя, – говорит Холли.
– Папочка уже придумал имя для тебя, милая, – говорю я.
– Тогда ты придумай. А я уже придумала имя сестренке…
– Какой сестренке? – спрашиваю я.
– Которая родится после братика…
Не понимаю, о чем говорит моя дочь. Но, наверное, это ее детские фантазии.
– Только Мамочка, – вдруг продолжает Холли. – Я кое-что хотела попросить у тебя…
– Что же, милая?
– Ты видела на моем рюкзаке, то, что я вышила?
– Я люблю папу и маму?
– Да…
– А почему папу перед мамой? Ты больше любишь его? – я делаю вид, что дразню ее. На самом деле, меня, и правда, давно интересует этот вопрос.
– Нет, – отвечает мне дочь. – Просто я боюсь, что ты заведешь мне нового папу… Я не хочу, чтобы у нас с сестренкой были разные папы, как у Кристины с братиком…
– А если папа заведет тебе новую маму? – спрашиваю я.
Дочь мотает головой.
– Нет мамочка, он так не сделает. Он сказал, что ты незаменимая!
Приятно слышать… Хотелось бы мне верить в это…
– Ладно, – говорю я. – Мне пора идти, милая. – треплю дочку по ее головке. У нее такие мягкие густые волосы. Как у папы… Или как у меня? Но цвет, определенно, папин. – Скоро погостишь у меня. Папа тебе уже говорил?
– Да. Через две недели. Он обещал уехать на неделю… Мам…
– Милая, я пойду, – говорю я, переживая, что встречу Юджина, рабочий день которого уже закончен и он все же может прийти домой с минуты на минуту (ну, если, конечно, снова не задержится (а я очень надеюсь, что он теперь этого не делает, и не оставляет нашу дочь одну), например, чтобы помочь какому-нибудь сотруднику, который не может разобраться с программой).
Я уже почти выхожу, как вдруг почти сталкиваюсь в дверях с Меган. Она удивленно смотрит на меня, явно не ожидая меня здесь увидеть.
– Несс! – Холли идет встречать ее, но с не особым энтузиазмом.
– Я пришла, – говорит она моей дочке.
– И что ты здесь делаешь? – бурчу я. Неужели, Юджин снова задержится, и решил прислать ее вместо себя?
– Я здесь живу, – спокойно отвечает мне она.
– Чего? – я все еще перевариваю услышанное. Может, я что-то не так расслышала? Что она только что сказала? Живет здесь?
Нет, я все услышала правильно… Это я знаю точно.
Вот это сюрприз!
Ну конечно! И те женские вещи в моем шкафу… Они точно не мои. Я-то свои давно забрала…
Значит, эти вещи принадлежат Меган? И висят они теперь на месте моих вещей, рядом с вещами Юджина?
Она заняла мое место. В это доме, в жизни моих близких… И в жизни Юджина…
Все ясно… Я больше не нужна ему. Зачем же тогда он пытается меня вернуть? Просто что-то хочет доказать Холли?
Интересно, а в ее жизни мне тоже больше нет места?
– Мам…
Я прихожу в себя и вижу, как на меня внимательно смотрят. Холли, Меган… и еще Юджин. Я даже не заметила, как он пришел домой.
– Мамочка, что-то случилось? Почему ты плачешь?
Я быстро смахиваю с щеки слезу, которую даже не заметила и быстро выхожу, грубо задев Юджина плечом по дороге. Случайно. Я не хотела этого. Просто он замер в дверях, и мне было не протиснуться.
– Милая, – он хватает меня за руку.
– Убери свои руки от меня, – кричу я на него и вырываю свою руку. – Ненавижу тебя… и ненавижу твою Меган! – и я быстро ухожу.
– Пап…
Голос дочки приводит меня в чувство. Я до сих пор не понимаю, что сейчас произошло.
И мне так больно от ее слов… От слов моей Леттис…
Чем я их заслужил?
– Пап… – Холли дергает меня за руку.
– Да, дорогая?
– Почему мама не с нами? Потому что здесь Меган? Она заняла ее место?
Почему она вдруг говорит это? Откуда она этого набралась? Не Леттис же ей это наговорила?..
– Что ты такое говоришь? Мама – это мама. А Меган – это сестренка.
– Но мама не осталась со мной, потому что пришла Меган.
– Холли…
– Мне не нужна сестренка! Мне нужна моя мама! – и с этими словами Холли убегает в свою комнату и закрывает дверь изнутри, чего она никогда не делала.
И я смотрю на Меган. Должно быть ей действительно больно…
Но ее взгляд. Он будто бы наполнен ужасом… Будто бы слова моей дочери напомнили ей о чем-то из ее прошлого…