Глава 2

Планерка в четверг стала филиалом инквизиции.

Переговорка со стеклянными стенами казалась аквариумом, в котором акула методично загоняла добычу в угол. Только Майя не собиралась быть добычей.

Глеб стоял у интерактивной панели с лазерной указкой в руке. На экране светилась 3D-модель того самого финансового центра. Рядом за длинным столом сидели еще трое: главный инженер, сметчик и менеджер проекта. Но их для Глеба словно не существовало. Он играл только для одного зрителя.

— И вот здесь, — красный луч указки скользнул по уровню шестого этажа, где Майя спроектировала подвесные террасы с японскими кленами. — Наша уважаемая ландшафтная фея предлагает разместить грунт объемом в полторы тонны на каждый сегмент. Плюс вес самих деревьев, плюс влага после осадков.

Глеб обернулся к Майе. Идеально выглаженный воротник, чуть склоненная голова и эта невыносимая, бархатная снисходительность во взгляде. Он наслаждался собой. Он препарировал ее проект с хирургической точностью, элегантно, без единого грубого слова.

— Идея потрясающая, Майя, — мягко продолжил он, откладывая указку. — Правда. Очень... поэтично. Но мы с инженерами сегодня утром пересчитали ветровую нагрузку. Твои клены при первом же ноябрьском шквале улетят на Садовое кольцо вместе с креплениями. Это архитектура, а не флористика. Здесь нужна жесткость.

В переговорке повисла тишина. Главный инженер виновато кашлянул, уткнувшись в свои бумаги.

Майя сидела идеально ровно. Ее лицо оставалось непроницаемым, но под столом ногти так впились в ладони, что остались полумесяцы следов. Внутри нее всё клокотало от ярости.

Она знала, что он врет. Точнее — манипулирует фактами. Он взял пиковые показатели штормового ветра, которые в Москве бывают раз в десять лет, и примерил их на стандартные крепления, хотя в ее сносках русским по белому были указаны усиленные анкеры. Он не мог этого не заметить. Он сделал это специально. При всех. Чтобы поставить ее на место.

"Довел. Ты меня довел, тварь."

Майя медленно поднялась. В переговорке стало так тихо, что было слышно, как гудит вентиляция. Она подошла к панели, оказавшись непозволительно близко к Глебу. Запахло его парфюмом — кедр и перец резали обоняние.

— Дай указку, — тихо сказала она.

Глеб чуть выгнул бровь, но протянул ей металлический цилиндр. Их пальцы на долю секунды соприкоснулись. Майя не дрогнула.

— Ты прав, Глеб, — ее голос зазвучал громко и четко, отражаясь от стеклянных стен. — Если использовать стандартные крепления типа "Б", которые заложены в твоей базовой смете, клены улетят. Но если бы ты, — она повернулась к нему, глядя прямо в его темные, чуть насмешливые глаза, — дочитал мой проект до страницы сорок два, ты бы увидел расчеты для динамических анкеров "Винд-Стоп". Они компенсируют раскачивание и держат нагрузку в три раза превышающую твои утренние фантазии о ноябрьском шквале.

Она сделала паузу, позволяя информации осесть в головах присутствующих. Лицо сметчика просветлело. Инженер быстро зашуршал бумагами, проверяя ее слова.

А Майя смотрела только на Глеба. Она шагнула к нему еще на полшага, вторгшись в его зону комфорта, и почти прошептала, так, чтобы услышал только он:

— В следующий раз, когда решишь потратить полночи на то, чтобы найти ошибку в моих расчетах, выпей кофе. А то из-за недосыпа ты начинаешь позориться при подчиненных.

Она положила указку на край стола перед ним.

— У меня встреча с поставщиками керамогранита. Детали по анкерам отправлю всем на почту, — бросила она остальным, развернулась и вышла из переговорки.

Ее спина была прямой, как струна, походка — спокойной. Но как только стеклянная дверь за ней закрылась и она завернула в коридор, Майя прислонилась к холодной стене и судорожно выдохнула. Руки мелко дрожали от адреналина. Щёки горели.

Она его ненавидела. В этот момент она его искренне, до зубовного скрежета ненавидела. Потому что он заставлял ее тратить столько энергии на эту идиотскую войну, вместо того чтобы просто делать свою работу.

А в переговорке Глеб провожал ее взглядом сквозь стекло. Он даже не пытался скрыть легкую, довольную ухмылку. Его не задело поражение. Наоборот — он получил именно то, что хотел. Она огрызнулась. Она показала зубы.

Игра становилась всё интереснее.