— Я так плохо выгляжу? — буравлю соперницу взглядом. Холит и лелеет свою рожу на деньги моей семьи. По сути, на мои деньги. Булат на нее средств не жалеет. Готова поклясться, что у нее безлимитная карточка. А для меня его щедрость ограничена. Благо, у меня успешный бизнес, и я сама могу купить себе все, что хочу.

— Ну… не помешало бы внести изменения, — скользит по мне хитрым взглядом. Раньше вызывающее поведение сестры казалось мне даже забавным. Она критиковала меня, а я смеялась, принимая все это за шутку. Я не задумывалась, что Алёна говорила все, что ей приходило в голову. Без обиняков, а я, дура, не обижалась и не отвечала ей тем же.

Пожалуй, надо начинать.

— Хочешь сказать, что я старая? — спокойно смотрю как она копается в своей сумке.

— Да как тебе сказать… Есть немного. Через год полтинник, скоро на пенсию, бабуля, — ржёт на все кафе.

Короче, моя сестра в своей репертуаре. Но теперь эта особа в черном списке, поэтому пощады ей не будет. Хотя бы в лайтовой версии, ведь мне нужно делать вид, что я по-прежнему слепая, доверчивая и поэтому очень рогатая жена своего мужа.

— Слушай, а ты где день рождения отмечать будешь? — как бы невзначай спрашиваю я.

— В смысле? — ощетинилась любовница Булата. — У меня же день рождения через год.

— Ну, да, тебе будет сорок один. Вот я и спрашиваю, где отмечать будешь? Дома, в ресторане? Даже не думай опять праздник замылить. В этом году ты его не отмечала…

В день своего сорокалетия сучка отключила телефон и куда-то уехала, не дав никому ее поздравить. Она как бы вычеркнула этот день из своей жизни. Глупо, ведь дальше будет 41, 42, 43 и так далее.

— Вера, я же просила тебя не напоминать мне об этом… мне неприятно, — нервно отзывается змея.

Ясно… Значит, лживую сучку можно гладить только по шерстке…

— Да, нет… просто я свой возраст не скрываю. Да, мне будет пятьдесят, а тебя сорок один, — невозмутимо допиваю кофе и открываю меню. От злости у меня очнулся аппетит. Пожалуй, можно заказать омлет или позволить себя пирожное. — У меня своя фирма, муж. А что есть у тебя?

Улыбка медленно сползла с лица соперницы. Она не ожидала, что я снова подниму вечную тему, которой мучает ее наши родители — когда ты найдешь работу, перестанешь прыгать с одного члена на другой, выйдешь замуж и родишь детей. Хотя последний пункт в списке уже потерял актуальность — Алёне стукнуло сорок и вряд ли она станет рожать.

— У меня есть квартира, машина, — ухмыльнулась она и, как-то странно посмотрев на меня, добавила: — И любимый мужчина.

Булат, оказывается, не простой спонсор элитной жизни, но и любимый мужчина. А ведь я пока не знаю, сколько времени парочка вместе. Возможно, мерзкая связь длится годы.

Зову жестом официанта и мимоходом добавлю: — Квартиру ты снимаешь, машину тебе очередной член подарил. Разве не так? Ты чего-нибудь в этой жизни сама добивалась? Сама… то есть своим умом, а не сиськами? — резко осаживаю я соперницу.

Только она открывает рот, чтобы мне ответить, к нашему столику подходит официант.

— Принесите мне, пожалуйста, еще кофе и пирожное с кремом, — кидаю взгляд на злое лицо бывшей родственницы. Вся покраснела от негодования, ожидала, что я как и раньше буду молчать в тряпочку, а я решила взбрыкнуть. Причем, достойно и без лишних эмоций.

— Заговорила как отец с матерью. Всегда одна и та же песня. Почему обязательно надо зарабатывать своим умом? У меня есть внешность…

— На внешности можно вылезти, когда тебе двадцать, ну, максимум, тридцать. Но тебе, моя дорогая, уже сорокет. А что, если твой спонсор найдет себе бабу помоложе и тебя бросит? Куда пойдешь, на помойку? Мужики они, знаете ли, молодых любят, а ты уже, прости, баба не первой свежести. И не помогут тебе твои процедуры — от цифры в паспорте никуда не убежишь, — уф, теперь, кажется, полегчало. Соперница сейчас икать начнет от злости. По сути, я сказала ей правду и не более того. Простую истину без обиняков.

— Да что с тобой такое? Месячные что ли? Или… или, — злорадно усмехнулась она и выпалила: — Тебя муж не трахает, вот и злая такая.

Ого, да Булат ей рассказывает сказочку, что не спит со мной. Впрочем, я слышала, что так делают все мужики, которые изменяют своим женам. Мой предатель и здесь не стал оригинальничать.

— С чего ты взяла, что я злая? Меня просто достали твои шутки… И вообще, я ведь твоя сестра, желаю тебе добра и просто высказала свои опасения. Если я перегнула палку, то извини меня, пожалуйста, — кривлю душой как могу. Ссора с врагом сейчас в мои планы не входит, поэтому лучше сгладить возникшие неровности. На время.

— Ладно… Вера, только больше не надо мне такие вещи говорить. Это очень обидно, — слышу в ее голосе нечто похожее на уязвимость. Стерва считает себя обиженной. Похоже, она реально не осознает, какую грязь развела. Когда родители об этом узнают, то отвернуться от нее и вычеркнут из завещания. А Алена ведь на наследство надеется. Еще бы — у отца с матерью три процветающих фирмы, двухэтажный дом в Подмосковье, трехкомнатная квартира в Москве. Про машины, драгоценности, картины я вообще молчу.

— Ладно, не буду, — из последних сил изображаю искренность. — И, кстати, с чего ты взяла, что меня муж не трахает? У нас это дело регулярно, особенно по утрам. А когда он с командировки вернулся, то накинулся на меня чуть ли не с порога, — не удержалась я, заметив как по лицу соперницы пробежала тень.