Татьяна (Анна)

Я всего ожидала, только не этого.

— Как ты думаешь, почему это произошло? — сиплым голосом спросила я.

— Слаб я, хозяйка. Дом долгое время стоял без присмотра, тем более, на него не был наложен стазис. Из-за этого я и Тихон уснули, лесная же нечисть не спала, а с магическим выбросом стала еще сильнее, — дворовый сильнее опустил голову и съежился, ожидая своей участи.

— Тихон как-то проболтался, что, имея свое имя, вы становитесь сильнее?

— Да, хозяйка, но я не достоин…

— Это уже мне решать! Ты будешь Дориком… Тебе нравится?

С лица маленького мужчинки ушла бледность, щечки порозовели, и взгляд не казался таким обреченным.

— Спасибо, хозяйка, — с волнением прошептал он.

— Пожалуйста. Теперь подумай, что мы сможем сделать? Мне как-то не хочется покидать свой дом, когда всё только стало налаживаться.

— Ты же созерцающая, можно сказать единая в магии с нечистью, поэтому стоит обратиться к лешему. Хотя я даже не знаю, жив ли он — более ста лет не видел.

— Подожди, Дорик, а сколько тебе?

— Мы живем очень долго, хозяйка. Мне более трехсот, а Тихону — все четыреста.

Я тяжело вздохнула, для меня все сказанное казалось сказкой, в которую я попала по неосторожности.

— Пошли посмотрим, может, удастся докричаться до него.

Мы прошли на задний двор, и я увидела то, о чем тревожился Дорик. Лес, в прямом смысле этого слова, продвинулся на метр на территорию огорода. Деревянный забор преобразился и расцвел. От узлов на досках появились ветки, на которых успели образоваться почки с проклюнувшимися листочками, а на некоторых уже появились сережки.

— Леший, — крикнул дворовый. — Выходи, есть разговор.

Давящая тишина стояла минут пять, пока я не решилась позвать сама:

— Прошу прощения, уважаемый леший. Не соблаговолите ли вы появиться перед нашими очами и объяснить таким непонятливым существам, что происходит?

Сама удивилась таким поворотам красноречия.

Из лесу вышел видный мужчина в темно-зеленом кафтане, белой рубашке и в черных кожаных сапогах. Светлые волнистые волосы отливали слегка зеленоватым цветом, а глаза светились словно изумруды. Он посмотрел на нас и одарил меня легкой соблазняющей улыбкой.

— Добрый день, созерцающая, звала?

— Звала, — ответила я. — Уважаемый господин леший, вам не кажется, что ваше нашествие на мою территорию выходит за рамки? Это нарушение границ собственности.

— Дорогая созерцающая, приношу свои извинения, больше это не повторится, — он наклонил голову и махнул рукой в сторону забора. Вся листва и ветки высохли и упали на землю.

— Спасибо. Надеюсь, в этом вопросе мы пришли к взаимопониманию? Мне не хотелось бы выяснять отношения с таким прекрасным мужчиной, то есть лешим, — улыбнулась я, чтобы не настраивать хозяина леса против себя, и так уже нарвалась.

— Думаю, лес больше не побеспокоит, но я хочу пригласить вас погулять по моим владениям. Не беспокойтесь, со мной безопасно.

— Я вам верю, но не сегодня, как-нибудь в следующий раз.

— Если я буду вам нужен, то стоит подойти к окраине леса и позвать меня, — вновь улыбнулся леший своей очаровательной улыбкой и склонил голову.

Он исчез. Вот только стоял перед нами и словно растаял. Нет, я никогда не привыкну к магии!

— Вот и решили вопрос, Дорик. Я домой — устала, словно из меня вытянули все жилы.

— Проверял леший насколько силён в тебе дар созерцающей истину. Сейчас откат идет, поэтому тебе тяжко, хозяйка, — расстроился дворовый.

— Что же он понял, интересно? — поинтересовалась я, но Дорик, поняв, что это был чисто риторический вопрос, отвечать не стал.

Я зашла домой. Навстречу вышла Манила с моей девчушкой.

— Мамочка, ты наконец-то пришла, — она обняла меня за талию.

Наклонившись, заключила в объятия Лиззи и в ответ поцеловала её в макушку.

— Танья, что случилось? Я видела, что ты вернулась пятнадцать минут назад, — взволнованно спросила Манила.

— Няня, дворовый остановил. Представляешь, леший решил по каким-то своим соображениям занять немного территорий нашего огорода. Хотя он и говорит, будто это лес, но я-то знаю, что без его приказа в нем ничего делаться не будет.

— И как решился вопрос?

— Я сама не знаю. Мило поговорили, лес отошел обратно, забор на своем месте, — улыбнулась я, а в это время в голове витала мысль: «С какой целью лесная нечисть сделала это? Ведь не просто так он показал силу леса? Как же тяжело все понять!»

— Что-то неспокойно на душе, Танья. Есть у меня маленький дар ясновидения, но он в таком зачаточном состоянии, что я могу лишь эмоционально чувствовать дальнейшие события.

— Давайте оставим все это на будущее? Не в наших силах изменить то, что от нас скрыто. Лучше накормите меня, — улыбнулась я.

— Ужин уже на столе, хозяйка. Давно ждал, когда ты откинешь от себя все заботы и сядешь ужинать после тяжелого дня, — разворчался Тихон. Я понимала, что не от злости, а переживает за меня.

На ужин были приготовлены вкуснейшие мясные стейки, тающие во рту. К ним гарниром шли овощи, а на десерт Тихон вынес пирожные, напоминавшие на вкус медовый торт.

После ужина Лиззи побежала играть со Смелым, который уже чувствовал себя отлично. А мы устроились в гостиной. Я рассказала Маниле, как прошел день, и пересказала разговор с Джесси Лаурен.

— Ты планируешь изготавливать коврики?

— Думаю, сначала детские коврики под ноги в спальне, а потом можно подумать и о картинах. Если они хорошо пойдут, то буду заниматься только ими. Может, случится такое, что товар перестанет интересовать покупателей, тогда придётся заняться воротниками. Как же не люблю это дело…

— Ты же будешь получать деньги за свою работу, зачем тебе еще загружать себя дополнительно? — удивилась Манила.

— Я чувствую вину перед Аллесио. Понимаю, что он сам кинулся мстить за сестру, но мне его жаль. Не знаю его реакции относительно новой души в теле его любимой сестры, но хочу, чтобы и для меня он стал тем, кем был для Анны — защитником. Отчего-то слова наставника не дают мне покоя, ведь не просто так он озвучил эту информацию. Хочу уменьшить срок наказания брата.

— Пусть Боги будут на твоей стороне, Танья. Не просто так они заменили душу графини твоей. Помочь брату — это благое дело, а вот вину чувствовать не надо. Он взрослый юноша и осознавал, на что шёл. Я тоже хочу помочь моему мальчику, поэтому у меня к тебе просьба — научи меня вязать воротнички.

— Если ты хочешь, то научу. Как мне сказала те Лаурен, это востребованный товар.

* * *

Два последующих дня пролетели спокойно, если не считать постоянных придирок наставника. Мы занимались теорией, потом уходили на практику, а после сдавали весь найденный материал кладовщику. Количество часов практики увеличилось, и я уже домой плелась, еле передвигая ноги. На мое счастье, завтра был выходной. Аллесио обещал прийти в гости ближе к вечеру, поэтому день у меня был свободен. Я запланировала сходить с утра за продуктами, а ближе к обеду найти того самого кузнеца и обратиться к нему за помощью.

Пробежав по лавкам со списком, составленным Тихоном, я попросила привезти всё к дому и заранее расплатилась как за стоимость товара, так и за доставку. Сама же отправилась по адресу проживания кузнеца. Те Лаурен говорила, что кузница тира Меголока находилась недалеко от его дома. Стук железного молота о наковальню был слышен на всю округу, поэтому с направлением трудно ошибиться.

Остановилась возле дверей кузницы и не знала, что мне делать дальше. Как только наступила тишина, я распахнула дверь и сделала два шага, в лицо ударил сильный жар с запахом угля. Пошатнувшись, попыталась разглядеть кузнеца, но не выдержав, выскочила на улицу.

Через минуту передо мной стоял великан, заполнив собой весь дверной проём. Красив был чертяка: длинные темные вьющиеся пряди, скрепленные на голове кожаной веревкой, густые брови, твёрдый подбородок, словно высеченный из камня, и карие глаза, смотревшие на меня с любопытством.

— Кузница — это не место для любопытных. Вы что-то хотели?

— Добрый день, тир Антур Меголок, я ле Анна, пришла к вам по рекомендации те Джесси Лаурен.

— Даже так, удивительно, что такой госпоже понадобилось от обычного работяги? — с ехидцей в голосе поинтересовался мужчина.

— Мне нужно сделать одну вещь, а те Джесси сказала, что сделать её сможете только вы.

Стараясь не обращать внимания на его недоброжелательность, я протянула листок бумаги, на котором нарисовала углём то изделие, что хотела получить в результате.

— Хм, если не секрет, ле Анна, для чего он вам?

— Это ковровая игла и, благодаря ей, хочу заработать денег, чтобы снизить срок наказания брата.

Он как-то странно оглядел меня с ног до головы, но промолчал и вновь уставился на мой рисунок.

— Я так понимаю, она должна быть полая? — задал вопрос кузнец?

— Да, через нее будет проходить нить. Мне нужна хотя бы одна, но впоследствии желательно со съемным стержнем, если это возможно. Стержни будут разных размеров, — объяснила ему.

— Как срочно нужна?

— Значит, вы беретесь⁈ — обрадовалась я

Если бы не хмурое лицо, то расцеловала бы великана.

Мужчина на мой вопрос лишь ухмыльнулся.

— Как можно быстрее! — тут же дала ответ.

— Приходите завтра ближе к вечеру, — ответил он и, сложив листок, положил его в карман здорового кожаного фартука.