5.

В зале царствовали полумрак и прохлада. Вдоль стен выстроились длинные стеллажи, уходящие до самого конца помещения и тянущиеся под самый потолок. Чтобы добраться до верха рядом стояла стремянка. Освещение давали узкие стрельчатые окна, расположенные на западной стороне, напоминающие крепостные бойницы, если бы не разноцветное дорогое стекло. Слева грузным полумраком возвышались шкафы, справа витрины, с искусной резьбой по дереву и прозрачными крышками, отделявшими выставленные на продажу предметы от жадных рук покупателей, желавших осмотреть ценный товар перед тем, как заплатить за него бешенные деньги.

Стойка с продавцом нашлась сбоку и почти не привлекала внимание, если бы не эффектная лампа на алхимической основе, испускающая мягкое зеленоватое свечение, моментально притягивающее взгляд, стоило переступить порог магазина.

— Приветствую, уважаемый, — продавец за стойкой поднялся.

Долговязый, с вытянутым лицом, длинные волосы завязаны в жидкий хвостик, одет как обычный приказчик, которого можно встретить в любой другой лавке.

Я неспешно прошествовал по залу, цепкий взгляд скользнул по многочисленным стеллажам. Кажется, меня направили в нужное место, выбор магических ингредиентов впечатлял. В баночках и коробочках, в мешочках и склянках, все аккуратно разложено, подписано или имеет бумажную бирку. Единственное — цена не указана, но с этим индивидуально к продавцу.

— Приветствую, — сухо кивнул я, откидывая назад капюшон.

Долговязый приказчик склонился в коротком поклоне, обозначая уважение, не сколько самому посетителю, сколько его дворянскому наряду. Заявись сюда обычный наемник, вполне возможно приветствие могло быть другим. Встречают по одежке и так далее. Как ни странно, но это действительно так, первое впечатление всегда оказывал внешний вид, и лишь затем люди начинали приглядываться и оценивать, стараясь понять с кем столкнула судьба. Поэтому привычка одеваться хорошо (не обязательно роскошно, но дорого и неброско) часто помогает наладить контакт и решить много проблем, которые обязательно возникнут, заявись человек в рубище.

Психология, чтоб ей в бескрайних просторах вселенной икалось, она работала в любом из миров, что в технологическом, что в мече и магии.

— Вас интересует что-то конкретное? — вежливо поинтересовался продавец, когда я подошел вплотную к стойке.

На деревянную поверхность легла небольшая бумажка, исписанная черными чернилами. Ловкие пальцы приказчика подхватили список, поднеся к глазам хозяина. Я молча ждал, отмечая реакцию. Продавец шевелил губами, читая заковыристые название, не потому что плохо читал, а чтобы не ошибиться. В таких вещах ошибок делать нельзя, иначе разозленный клиент может вернуться и предъявить претензии, требуя компенсации.

Словно отвечая на последние мысли о недовольных покупателей в дальнем углу шевельнулась тьма, обрисовывая силуэт, затянутый в полноценные стальные доспехи.

Охранник, — и, судя по всему, неплохо экипированный, не только железо, но и амулеты присутствуют. Значит хорошо тренированный, умеющий быстро решать возникающие проблемы.

Интересно, он один, или в глубине помещений скучает еще парочка, на случай если понадобится помощь? Мысль скользнула вяло, почти не вызывая особого любопытства. Я сюда не грабить пришел, чтобы вычислять степень охраны.

Взгляд воина скользнул по мне и ушел в сторону входной двери, убеждаясь, что посетитель один. В глазах бесстрастное равнодушие и лишь тень предупреждения не шалить. Профессионал на работе, с таким без особой нужды лучше не связываться. Наверное, даже Сорену придется попотеть, чтобы справиться с этим парнем. Что-ж можно только поздравить хозяев магазина, они неплохо защищали свои вложения.

Я вернулся к продавцу, тот все еще шевелил губами, перечисляя написанное:

— … «лунный песок», «хрустальные слезы», «огненный камень», кристаллы-накопители в количестве не меньше пяти штук размером с крупный орех…

Чем дальше, тем сильней он хмурил лоб и это не вызывало особого доверия. Неужели перечисленное не найдется на многочисленных стеллажах? Тогда лавка вызовет разочарование, и совет знающих людей заглянуть сюда станет ничтожным, потеряв свою ценность, как изначально казалось.

— В чем-то проблема? — наконец не выдержал я, раздраженный бесконечным бормотанием долговязого.

Если начнет бубнить, как сложно все будет достать, придется молча разворачиваться и уходить, потому что ничего особо редкого в списке нет из-за чего тянуть время. Скорее всего попытаются развести, вытянув как можно больше денег, аргументируя сложностью заказа. Который только для случайного прохожего выглядит сложным из-за заковыристых названий, для разбирающегося хватит беглого взгляда чтобы понять и оценить собственные запасы, чтобы предложить нужное, определив итоговую сумму на выходе.

Или все проще, и я привык к более быстрому обслуживанию? А задержка раздражала самим фактом? Не стоит быть излишне требовательным, в конце концов, как часто к ним приходят с такими длинными списками?

Я успокоился, поняв, что раздражение возникло не из-за медлительности продавца, а из-за ощущения пустоты в груди, поселившееся с тех пор, как Сумеречный Круг потускнел, напоминая лишь тень себя прежнего. Отсутствие магии, неспособность прикоснуться к источнику, вот что бессознательно бесило, выводило из себя, заставляя чувствовать себя неуверенно.

Обладающие магическим даром настолько плотно срастаются с собственными способностями, что потеря воспринимается на глубинном уровне. Все равно что руку или ногу потерять. Нет, даже хуже — перестать уметь ходить или превратиться в овощ. Хотя последние два, наверное, перебор. Но все равно утрата воспринималась очень остро, вызывая мучение чуть ли не на физическом уровне.

Вот что выводило из себя, вот откуда глухое раздражение. А бубнящий приказчик лишь повод, чтобы злиться. Но злость на себя, и свою слабость, и об этом не следует забывать. Иначе однажды все закончится плохо.

С холодной отстраненностью адепта мар-шааг, я проанализировал собственное состояние и волевым усилием отбросил лишние переживания прочь.

Абстрагироваться от ненужных мыслей, сосредоточиться на главном.

В голове машинально всплыли постулаты древнего искусства пути духа. Какой смысл напрягаться и переживать, если проблема не имеет мгновенного решения? Только нервы испортишь, испериживаешься и станешь уязвимым для других проблем. Которые не заставят себя ждать, наваливаясь на сознание одна за другой, формируя процесс неотвратимого камнепада. Не успеешь опомниться, как окажешься погребенным под ворохом трудностей, о которых до этого даже не подозревал.

Поэтому прочь все. В первую очередь сосредоточиться на главном.

— Итак? — протянул я, дождавшись, когда приемлемый срок разобраться со списком прошел. В конце концов, сколько можно пялиться в несчастную бумажку?

Продавец оторвался от чтения, глаза на вытянутом лице на мгновение стрельнули вверх, выдавая задумчивость. Затем последовал неспешный кивок.

— Думаю у нас есть все необходимое в наличии, — изрек он, помедлил и назвал цифру — итоговую стоимость покупки.

Настала моя очередь задумчиво хмурить брови. Цена не то, чтобы кусалась, но оказалась примерно на четверть выше той на которую я рассчитывал. Дорого? Несомненно. Зато не придется таскаться по другим лавкам. Плюс, это самая уважаемая, имеет репутацию в городе, которую побоится потерять, втюхав случайному посетителю низкосортное дерьмо, лишь отдаленно напоминающее магические ингредиенты.

— Заказ большой, разве у вас не предусмотрены скидки для крупных клиентов? — я сделал вялую попытку поторговаться. Не то чтобы хотелось, скорее вырвалось на автомате, придется снова тащиться в чертов банк, снимать наличные. Покупка выходила более дорогой, чем изначально планировалось.

— Мы гарантируем, что все наши товары имеют оригинальное происхождение, — ровным тоном заметил продавец.

Проще говоря, подделками не торгуют. А за дешевизной нужно в окраинные районы, где без проблем продадут вытяжку калийской летучей мыши за двадцать серебрушек. Вот только от настоящих мыши там не будет даже кусочка высохшего дерьма, а сам раствор будет содержать части обычной полевки, пойменной мальчишками за пару медных монет.

— Ладно, бездна с вами, — я махнул рукой и полез в пояс, собираясь оставить задаток, чтобы заказ начали собирать.

Надеюсь, к моему возвращению все будет готово. Без денег никто и пальцем не шевельнет, тем более тревожа требующие деликатного обращения ингредиенты. Поэтому придется раскошеливаться, потом искать чертов Дом Моранов, брать векселя и наличку и топать обратно. Судя по всему, до вечера едва получится управиться. И почему здесь еще не изобрели кредитные карты? Или какой-то аналог. Например, на основе магических артефактов. Приходишь, тыкаешь перстнем в камешек и забираешь покупку без лишних телодвижений.

Я понял, что раздражение вновь проявило себя и быстро затолкал его обратно. К черту все, чем быстрее сделаю, тем быстрее будет результат, а отвлекаться на лишнее самое последнее дело.

На прилавок солидно бухнулся кошель, звякнув монетами. Опали развязанные тесемки, открывая взору блестящее золото и серебро. Клерк бесстрастно заглянул внутрь, оценивая содержимое, открыл рот, явно намереваясь сказать, что не хватает внушительной части, но я его перебил:

— Это задаток.

Рот на вытянутом лице закрылся, последовала задумчивая короткая пауза.

— Вижу, уважаемый, разбирается в редких вещах. Не желаете взглянуть на кое-что особенное?

Я смерил долговязую фигуру хмурым взглядом. Ну да, «особенное», хочешь, чтобы меня тут кондрашка хватила от цены на это что-то «особенное»? Но тем не менее я задумался, приказчик смотрел прямым взглядом, показывая, что дело серьезное и заслуживает хотя бы немного внимания.

Бездна с ним, пусть показывает. С моей стороны последовал неторопливый кивок.

Как правило подобные магические лавки и магазинчики специализировались на продаже простеньких амулетов, не требовавших особых знаний, алхимических зелий, лечебных эликсиров, омолаживающих кремов для скучающих кумушек и даже косметики. Это приносило основной доход, настоящие магические предметы предлагали только разбирающимся в вопросе людям, потому что только они могли дать настоящую цену, зная истинную стоимость подобных вещей.

Предлагать всем подряд редкости бесполезно, не оценят, даже не поймут, что видят и соответственно не заплатят, предпочтя потратить монеты на ерунду вроде порошка, обещающего скинуть пару лет, или снадобья, разглаживающего морщины.

Продавец ушел за перегородку и вскоре вернулся, неся в руках плоский вытянутый ящичек. Когда он опустился на прилавок из-за аккуратности исполнения стало понятно, что он больше напоминает резную шкатулку. Выглядело солидно и дорого. Из моренного дуба, внутри наверняка выложена приятным на ощупь темным бархатом. Даже сама шкатулка тянула на парочку-другую золотых монет. Интересно, что скрывается под крышкой?

Щелкнула защелка, продавец открыл ящичек. Я взглянул на содержимое и не сдержавшись, удивленно приподнял бровь.

— Это то, что я думаю?

Продавец неопределенно пожал плечами, показывая, что предлагает покупателю самому сделать нужные выводы, если он действительно разбирается в подобных вещах.

— Проклятье, — тихо прошептал я, озадаченно потерев щеку.

Похоже в чертов банк все же придется идти, упускать такую удачу глупо.

Внутри шкатулки на темно-синем бархате лежали три металлические пластины. На первый взгляд обычные железки, не заслуживающие даже мимолетного взгляда, если бы в магическом фоне все три не светились мягким переливающимся свечением.

— Сколько? — пересохшим голосом спросил я.

Продавец назвал цену. Наступила еще одна долгая пауза. Затем с моей стороны последовал короткий кивок.

— Беру.

Клерк спокойно кивнул в ответ, словно не ожидая услышать ничего другого. Что в целом более чем оправданно, любой маг или идущий по пути истинного познания на моем месте выложил бы за требуемое любую сумму не торгуясь.

На мягком шелковистом бархате лежали так называемые «иникийские таблички». Дивная редкость даже во времена Старой империи, стоившая невероятно дорого. Потому что только в Иникии, единственной имперской провинции, умели обрабатывать «небесный металл», из которого делали такие пластины.

На шероховатой стальной поверхности были выбиты три символа, по одному на каждую табличку: «Усиление», «Концентрация» и «Слияние».

На вид обычные плашки из потемневшего от времени металла, какие можно встретить где-нибудь в кузнице, но в действительно все гораздо сложней. Я сразу их узнал, хотя до этого ни одну не видел собственными глазами. Зато успел насмотреться на изображение в Книге Основ, где такие таблички указывались, как важный элемент для проведения сложносоставных ритуалов.

— Откуда они у вас?

В ответ лишь неопределенное пожатие плеч. Правильно, такой информацией не делятся.

С помощью подобных пластин можно не просто разогнать заклинания, можно существенным образом изменить сам Сумеречный Круг, наделить его особыми свойствами. В моем случае, в первую очередь, разумеется, Средоточие, хотя возможно задеть и другие грани магического дара.

Развитие. Преодоление очередных ступеней. Вот что это давало. До этого я собирался только поправить Сумеречный Круг, наделив его прежней силой, избавив от последствий чрезмерной энергетической нагрузки после перехода через неподходящим образом наведенный портал. Теперь же открывались совершенно другие перспективы. Простой ритуал наполнения магией внутреннего контура можно изменить, добавив необходимые элементы и расширив магический облик, вплетя в него новые свойства. Это потребует значительно больше средств и усилий, но оно того стоит.

Плевать на деньги, которые придется заплатить. Золото пыль, его можно достать, найти или заработать. И лишь приобретенные навыки или умения всегда останутся с тобой, став той опорой, на которую можно будет в трудный момент положиться.

Развитие. Самосовершенствование. Работа над собой. Вот что важно. Так учила древняя философия пути духа. Стать лучшей версией себя прежнего, возвыситься над собой и превратиться в иную личность. Более умелую, более подготовленную, более сильную. Это не стоило никаких денег.

— Я беру, — хрипло повторил я, уже мысленно выстраивая контур необходимой для резко усложненного ритуала пентаграммы. Придется серьезно попотеть и приложить усилия, но бездна, оно того стоит.

Новые силы, новые возможности, новый Сумеречный Круг и измененные заклятья — вот что обещали лежащие на темно-синем бархате потемневшие от времени металлические пластины с выбитыми, казалось, на первый взгляд простыми символами, за каждым из которых скрывалась заключенная внутри мощь.

— Я все подготовлю к вашему приходу, — пообещал продавец, мягко закрывая шкатулку.

— Вы принимаете долговые векселя Торгового Дома Моранов? — уточнил я, мысленно прикинув запрошенную за таблички цену и количество золота, которое придется тащить.

— Разумеется, — кивнул приказчик, но тут же уточнил: — На предъявителя.

Я понятливо кивнул, утонение не требовалось, какие еще бумаги можно использовать в качестве оплаты между двумя незнакомыми лицами.

— Скоро вернусь, — пообещал я и не слушая ответной любезности со стороны продавца, скорым шагом направился к выходу.