Марина.
Господи, ну и дела… Что она знает обо мне? Или она ко всем так относится?
Возмущение распирает нутро, но я усилием воли сдерживаюсь… Все-таки Софья Сергеевна — владелица клиники… И от нее зависит мое будущее здесь… Зря я пришла… Беременная, с кучей проблем… Еще и живот скоро будет расти. На что я рассчитывала, соглашаясь так рисковать? Хирурги стоят в операционной по шесть часов кряду… Смогу ли вынести это испытание?
— Марина Филиппова? А в какое отделение вы устраиваетесь? Уборщица или… Кастелянша?
— Нет, хирург. Послушайте, Софья Сергеевна, я…
Она мерит меня подозрительным взглядом и взмахивает ладонью.
— Еще и врач… Интересно, где вы работали раньше? В вашей больнице не требовали бахилы и…
— Представьте себе, до лифта мы могли дойти в уличной обуви. А сменную использовали только в отделении. Я работала в третьей городской.
— Идемте за мной.
Стиснув зубы, повинуюсь и следую за злобной и не менее очаровательной начальницей… В ушах пульсирует, во рту пересыхает… Меня снова подташнивает… И страшно до чертиков… Она имеет право отказать мне без объяснения причин… Здесь частная клиника, все зависит от желания владельца, не более того…
— Проходите, Марина… Как вас там?
— Марина Федоровна, — прочистив горло, отвечаю я.
Кабинет просторный, с белыми, высокими потолками и висящими на стенах, авторскими фотографиями в деревянных рамках… За массивным столом восседает женщина с внушительной грудью и огненно-рыжими волосами.
Заметив нас, она приосанивается, снимая огромные очки в черной, роговой оправе, и поправляет пышный, белый бант блузки…
— Ольга Альбертовна, вам подавали заявки из хирургии? Оформление Марины Филипповой согласовано с кем-то? Почему я ничего об этом не знаю? Безобразие просто…
— Филиппова? Марк Игоревич предупреждал, что она придет. У него две ассистентки уволились, — отвечает она.
— А почему они уволились?
— Откуда мне знать? Они же не говорят о причинах. Одна вроде бы замуж вышла и уехала, другая…
Софья Сергеевна поворачивается, бесстыдно разглядывая меня… Интересно, чем я заслужила столь пристальное внимание? Неужели, она знает о нашем несостоявшемся романе с Марком? Нет, не верю… Даже если и так, все в прошлом… Мы уже другие люди — взрослые, самостоятельные, женатые… Что меня удивляет — она не спросила меня об опыте, прежнем месте работы, проведенных операциях…
— Марина Федоровна, наденьте бахилы и следуйте за мной. Я хочу поговорить с Марком. То есть с Марком Игоревичем… — поправляется она, едва сдерживая волнение.
На ее милых щеках с очаровательными ямочками проступает румянец. Ей-богу, если бы Соня не открывала рот и не вела себя так, я бы решила, что она ангел…
Альбертовна молча всучивает мне бахилы, Соня ждет, пока я неуклюже напялю их на ботильоны.
А вот и хирургия… Я уже была здесь, любовалась широкими, белоснежными коридорами, кабинетом Марка и… И самим Бехтеревым, что уж скрывать?
Она нетерпеливо стучится в дверь его кабинета и, не дождавшись разрешения, входит…
— Марк Игоревич, а мы тут…
— Здрасьте, — киваю я, встретившись с ним взглядом.
Боже, вы бы видели его лицо сейчас… Марк будто ангела увидел — не простую, задрипанную жизнью Марину Филиппову, а, как минимум Марию Магдаоину…
— Марина, Мариночка… То есть Марина Федоровна, вы уже познакомились? Софья Сергеевна — совладелец клиники, ее отец — профессор Разумовский, талантливый хирург, нейрохирург, невролог, эпилептолог… Гипнолог, если не ошибаюсь…
— И психотерапевт, — кисло добавляет Соня.
— Марина Федоровна — хирург общей практики. У нее давно не было практики и… Мне нужна ассистентка, Софья Сергеевна. Обещаю всему ее обучить.
— Марк Игоревич, будьте так добры в следующий раз согласовывать со мной свои кадровые решения, — чеканит она. — И обучите претендентку правилам. А потом… Зайдите ко мне, ладно?
— Хорошо, извините. Марине Федоровне можно вернуться в отдел кадров и оформиться? — послушно спрашивает он.
— Да, но… Медкарту пусть сделает. Такие правила, ясно? — а это она говорит мне.
— Да, хорошо. Я сделаю. Спасибо вам, Софья Сергеевна, я не подведу.
Она уходит, оставляя меня наедине с Марком. Замираю, съеживаясь от его взгляда… Ну, в самом-то деле, почему всем меня нужно разглядывать? Я же не микроб под стеклом?
— Мариш, ты такая красивая… У меня просто слов нет. Идем, я потороплю нашу кадровичку. А то она тебя до вечера оформлять будет. А потом познакомлю с персоналом.
— У меня будет собственный стол? — немного расслабляюсь я.
— Да. Кабинет, правда, будет общий, но… Коллектив у нас молодой, дружный. Из опытных только Владимир Борисыч. Может, проставишься вечером?
— Ты о… Мне нужно купить выпивку и закуску? — улыбаюсь я, наблюдая за Марком. Высокий, широкоплечий, красивый… Неудивительно, что Софья на него запала — это видно невооруженным взглядом.
— Нет, мы все пойдем в кафе. Напротив больницы классный бар. Ты как? Посидим, пообщаемся… Счет разделим на всех, не волнуйся.
А почему бы и нет? Киваю и окончательно расслабляюсь… Меня, кажется, приняли… Уволить беременную вряд ли кто-то решится. Даже Софья Сергеевна…