В четверг Арину родители сначала довезли до спортивного диспансера, потом, подождав 5 минут, отвезли в ДЮСШОР-1, уже с прививочным сертификатом и справкой. Управилась быстро, хоть в этом повезло…

— Что врач сказал, как здоровье? — поинтересовалась мама.

— Всё нормально! — уверенно заявила Арина. — Это простая формальность для выезда за границу. Ладно, всем пока, я на тренировку. Сейчас меня, наверное, вообще убьют или растерзают. Вчера весь день прошёл прахом. Осталось заниматься только сегодня и завтра, послезавтра уже выезжаю на соревнования.

На самом деле так и было. Ещё на прошлой неделе казалось, что времени до соревнований — вагон и маленькая тележка, а сегодня, как всегда, оказывается, что времени-то вовсе и нету… Выезжать на соревнования нужно сильно заранее.

В раздевалке никого не было, одногруппники уже упорно занимались общефизической подготовкой. Арина быстро переоделась и присоединилась к процессу. Начала со скакалки, потом по указанию Левковцева, переключилась на спиннер.

— Люда, а у тебя неплохо получается с круткой, — неожиданно сказал тренер, наблюдая, как Арина, висящая на удочке, шустро отталкивается от пола, подпрыгивает и бешено вращается, вытягивая руки вверх. Ось вращения при этом была абсолютно идеальная.

Одногруппники насторожились, прислушиваясь что говорит Левковцев.

— Спасибо, — смущённо поблагодарила Арина, прекратив тренировку.

— Я помню, ты как-то четверной флип ненароком прыгнула, — задумчиво сказал тренер. — Я, конечно, понимаю, что это сильное форсирование, но, возможно, перед чемпионатом СССР стоит попробовать? Хотя бы на удочке.

— Можно и попробовать, — согласилась Арина.

Одногруппники с большим удивлением посмотрели на Люську: ничего себе! Это же почти сенсация! Она хочет прыгать четверной флип! Да ещё и тренер не против! Конечно, не сегодня, но всё это смотрелось очень мотивирующе, поэтому общефизическая подготовка продолжилась с ещё большим усердием.

… В секции фигурного катания спортивной школы ЦСКА настроение было не такое радужное. Ирина Луцкая и Катя Денисенко не взяли золото на прошедшем первом этапе Кубка СССР! Казалось бы, обычное дело, ведь золото не всегда можно завоевать, часто преградой к нему становятся более сильные спортсмены. Но для ЦСКА, девизом которого была фраза «Всегда первый!», это, безусловно, поражение. И хотя на соревнования с ученицами ездила Елена Григорьевна Недорезова, Станислав Жук считал это своим личным поражением. И пусть оно произошло не на каком-то более значимом турнире, тем не менее, поражением от этого быть оно не перестало. Застал ещё Жук времена, когда за второе место могли и партбилет попросить на стол. Сейчас же предстоял разбор полётов: как так получилось, что Левковцев со своими ранее ни на что не претендующими фигуристками сумел обойти девчонок, с которыми точечно занимаются лучшие тренеры страны.

Пока проходила ледовая тренировка, Жук с Недорезовой разговаривали у бортика, наблюдая, как катается Марина Соколовская. Марина исполняла целиковый прокат короткой программы, а за ней, после отдыха, произвольной. Не допустила ни одной ошибки и даже по сравнению с Небельхорном выглядела получше. Но хватит ли этого для того, чтобы обойти Хмельницкую на старте в Америке, ведь звоночек-то уже прозвучал, причём с той стороны, откуда его совсем не ждали…

— Елена Григорьевна, я судейские протоколы не смотрел. Что там вообще нарисовали? — спросил Жук. — Сильно мы отстали от уральских?

— Разница между Барышниковой и нашей Ириной в технике 0,1 балла, в артистизме 0,2 балла, — пояснила Недорезова. — Признаюсь честно, всё справедливо. У Барышниковой артистизм на приличном уровне. Похоже, специально занимались этим параллельно с хореографией. Технический набор у обеих девчонок одинаковый, но Анжелика старалась мастерски обыграть каждое движение, каждый жест. Конечно, это не всегда получалось, но когда получалось, выглядело прекрасно. Мы тоже показали себя хорошо, но они выглядели лучше.

— Что по Денисенко? — спросил Жук.

— У Денисенко та же самая ситуация: разрыв в технике 0,1 балла, в артистизме 0,2 балла, — объяснила Елена Григорьевна. — Там та же самая ситуация, только с поправкой на возраст. Девочка, которая заняла первое место, Зоя Муравьёва, очень хорошо откатала обе программы, и технически, и артистически. В некоторых местах мне даже казалось, как будто катается Хмельницкая, настолько эффектно она выглядела.

— Ну, это легко можно объяснить, — заявил Жук. — Естественно, если фигуристки занимаются в одной группе, младшие смотрят на то, что делают старшие, и копируют их. Если Муравьёва практикует балетный стиль катания в юниорском разряде, она будет очень сильна. Все будут сравнивать её с Хмельницкой. Мда… Подкинули нам задачку…

— Там очень сильная и вторая девочка, Жанна Авдеева, — добавила Елена Григорьевна. — Как-то странно, но… Станислав Игоревич… Мне показалось, что она как две капли воды похожа на… нашу Марину Соколовскую. Катаются сходными приёмами, по-спортивному мощно. Временами, показалось, слегка неуверенно, но связь прослеживается определённая. В одной группе ж занимались как-никак.

— Нас начинают копировать? И что же нам теперь делать? — смеясь, спросил Жук. — Что вы предлагаете? Как нам усилить подготовку Соколовской к зарубежному старту?

— Я думаю, сейчас, кроме ледовой подготовки, нужно сделать упор на артистизм, — подумав, сказала Недорезова. — Физически и технически Марина готова полностью к соревнованиям, но, как мы видим, у Левковцева артистическая подготовка поставлена на более высокий уровень, чем у нас. Знаете, я сегодня, завтра и послезавтра могу дополнительно позаниматься с Мариной артистизмом и хореографией. Наш единственный шанс — сделать упор на артистизм, ведь технику Хмельницкая при чистых прокатах наверняка выиграет. А вот в артистизме, добавив ещё, мы станем сильнее.

— А вот это вы правильно говорите, — согласился Станислав Жук. — На этом и сделаем упор. Сейчас уже времени осталось мало до соревнований, поэтому в технике мы продвинуться не сможем, сосредоточимся на чистоте исполнения и артистической подготовке.

Сама Марина об этом разговоре, естественно, не подозревала, но то, что ученицы Владислава Сергеевича обошли её нынешних одногруппниц, вызвало двоякие чувства. С одной стороны, досадно за девчонок: и с Катькой, и с Иркой она уже успела сдружиться. Так как они были самые младшие в группе, быстро нашли общий язык. Иногда после тренировок гуляли по Ленинградскому проспекту, ели мороженое в детском кафе или сидели на лавочке в сквере, наблюдая за московской суетой и делясь планами на жизнь. Но и, зная, как раньше катались её бывшие одногруппницы, не могла за них не порадоваться. Хорошо, что Владислав Сергеевич и его нынешняя помощница Виктория нашли правильный подход к фигуристкам. Иногда Марина даже скучала по шутливым перепалкам в женской раздевалке ДЮСШОР-1, которые традиционно означали начало нового тренировочного дня. И хотя сама она в них никогда не участвовала, всё же относилась как к привычному рабочему процессу. В ЦСКА ничего подобного не было, и это накладывало лёгкий оттенок грусти…

… На занятии хореографией Левковцев неожиданно обратил внимание, что Арина и те спортсмены, которые не ездили на соревнования, сейчас исполняют самые простые базовые упражнения с улыбками. Сначала смотрелось несколько необычно, но потом стало привычно.

«Тарасова же мне говорила, что провела с ними уроки по хореографии по-своему», — подумал Левковцев, глядя на спортсменов. Интересно, как это будет выглядеть в прокатах… Но, кроме этого, Левковцев заметил прогресс и в технической части. Сейчас ученики исполняли движения более осознанно, не торопились, и каждое движение получалось плавным, не рваным, как раньше. Конечно, Хмельницкой это не касалось. Она делала всё так же качественно, как и раньше, а вот Нина и Ольга заметно прибавили и в артистизме, и в хореографии. Да и парни-юниоры неожиданно проявили себя в этой тренировке с лучшей стороны. Прогресс был незаметен для постороннего взгляда, но для профессионала, как Владислав Сергеевич, был вполне ощутим.

— Татьяна Петровна мне рассказала о ваших занятиях, — заявил Левковцев, прохаживающийся между занимающимися у станка учениками. — Признаюсь, некий прогресс есть. Продолжаем заниматься в том же духе. После разминки базовыми движениями Люда Хмельницкая исполняет на полу движения из короткой программы. Из дорожки шагов. Люда, делаешь не просто так, но активно работаешь лицом, показывая эмоции.

— Для этого нужно музыку включить, — заявила Арина. — Там эмоции значат не просто слегка улыбнуться, нужно, чтобы всё внутри кипело. На разрыв аорты!

— Будет тебе и музыка, и кипение! — заверил Левковцев.

Арина догадалась, что сейчас тренер сделает упор на её артистическую подготовку, что было логичным: с техникой подготовка шла по плану, больше двух программ за день не откатаешь. Поэтому, хорошо размявшись, сказала, что готова. Владислав Сергеевич поставил фонограмму короткой программы, Orquesta Broadway «Me Voy Pa'l Batey», и Арина от двери до стены прошла половину дорожки шагов.

Конечно, на паркете изобразить с полной достоверностью все шаги было невозможно. Но, исключив некоторые нюансы программы, она сделала требуемое. Крутила пируэты с руками в аллонже, исполняла прыжки и перескоки в разных направлениях, имитирующие моухоки и чоктау. И самое главное, всё это время активно изображала девушку-танцовщицу с карнавала в Рио, жизнерадостно танцующую сальсу посреди вечерней улицы, озаряемой заходящим за океан солнцем. Получилось даже немного вжиться в образ, и упражнение получилось прекрасным. По крайней мере, одногруппники зааплодировали и восхищённо закричали.

— Молодец, Люська! Тебе ещё надо на полу научиться танцевать! Будешь тоже чемпионка мира!

— Хорошо, — похвалил Левковцев. — Сейчас Люда отдохнёт, и покажет дорожку шагов из произвольной программы. А пока на тренировку выходит Муравьёва, за ней Авдеева.

Люда нисколько не устала, просто чувствовала, что нужно сбросить эмоции, наполнявшие её во время исполнения дорожки. Немного отдохнув, можно и продолжить…

…На ледовой тренировке Левковцев тоже сделал упор на исполнение короткой и произвольной программ Ариной. После короткой разминки разогнал всех учеников к бортам.

— Всем стоять там! Хмельницкая на старт короткой программы!

Арина согласно кивнула головой и покатила к центру арены, описала несколько крутых дуг, похлопала себя по бёдрам, словно разгоняя кровь, и замерла в стартовой позе. Левковцев включил магнитолу. При первых аккордах музыки Арина исполнила эффектную начальную растанцовку, сделала несколько пируэтов, подсечками набрала скорость и покатила к левому короткому борту, где описала несколько дуг, развернулась задними перебежками и покатила к правому короткому борту, где прыгнула каскад тройной флип — тройной тулуп! Чисто! Каждый прыжок с руками наверх! Одногруппники восхищённо закричали. Люська опять произвела большое впечатление! Вот что за ерунда??? Ты же тоже фигурист, перворазрядник! Кажется, делаешь то же самое, прыгаешь те же самые прыжки, но твои прыжки выглядят какими-то обычными, а прыжки твоей же одногруппницы — как настоящее произведение искусства. Где здесь собака порылась???

Арина выехала из каскада «собачкой» и покатила к центру арены, где прыгнула с кораблика двойной аксель. Сделав несколько пируэтов на выезде, сразу же исполнила комбинированное вращение со сменой ноги. Сделав несколько пируэтов, выехала из вращения и покатила дальше.

Каждое движение, что она делала при заходе на прыжок, или при выходе из прыжка, она, помня наставления Тарасовой, пыталась как-либо обыграть, в основном улыбками, активной мимикой и работой рук. Сейчас ей казалось, что она катается более эмоционально, впрочем, об этом говорила и живая реакция одногруппников.

Во второй части программы прыгнула тройной лутц, исполнила дорожку шагов и два оставшихся вращения. Всё исполнила чисто, всё исполнила хорошо. Закончив прокат и замерев в финальной позе, она неожиданно подумала, что ещё совсем недавно, полгода назад, буквально помирала после проката не только произвольной, но и короткой программы: накатывала усталость, бешено билось сердце, казалось, ещё немного и свалится на лёд. Сейчас же она чувствовала, что представься такая возможность, легко откатала бы эту короткую программу ещё раз. Тело Люськи полностью адаптировалось к её разуму, преодолев даже физические преграды в лице высокого роста. И продолжавшийся пубертат пока проявлялся лишь в виде колебаний психики: от грусти до радости за пару минут, а физические возможности тела пока были хорошими.

— Молодец, Люда! — радостно крикнул Левковцев. — Немного переведи дух, перерыв 30 минут.

Люда картинно поклонилась одногруппникам и покатила к калитке, где, надев чехлы на лезвие, села на лавку, на которой обыкновенно играли в толкашки, и стала наблюдать, что будет дальше. Левковцев по очереди проверял короткие программы Горинского, Савосина, Муравьёвой и Авдеевой. У каждого они получались с разной степенью чистоты. Надо признать, чисто не исполнил никто, что было удивительно, зная, что буквально несколько дней назад эти же фигуристы откатали на медали.

Исполнив свои программы, Муравьёва и Авдеева плюхнулись на лавку рядом с Ариной и стали заниматься баловством: спихивать её с насиженного места.

— Вы что, совсем оборзели? — с большим изумлением спросила Арина, собралась с силами и попыталась обратно спихнуть подружек, но в это время Левковцев позвал на разминку перед прокатом произвольной программы. Естественно, стало уже совсем не до баловства.

Арина сняла чехлы с лезвий, ступила на лёд и покатила вдоль бортов по часовой стрелке, обратно проехала фонариками, потом исполнила несколько перекидных прыжков, прыгнула двойной аксель и сказала, что готова.

— На старт! — велел тренер.

Арина согласно кивнула головой, описала несколько кругов в центре арены и замерла в стартовой позе. Заиграли первые аккорды балета «Египетские ночи». Арина вышла из стартовой позиции быстрым циркулем, исполнила несколько пируэтов и стремительными перебежками начала разгоняться к правому короткому борту. Набрав приличную скорость, у правого короткого борта развернулась задними перебежками и покатила к левому короткому борту через весь каток, по траектории буквы S. В середине арены моухоком развернулась на ход назад на левую ногу, встала на дугу назад-наружу, и попыталась прыгнуть каскад тройной лутц — тройной риттбергер.

Каскад не получился: плохо оттолкнулась на риттбергер, вышел он с большим недокрутом в половину оборота, и Арина приземлилась тычком лезвия в лёд, в степ-аут. Не сумев удержать равновесие, обеими руками коснулась земли, что равнялось падению. Недовольно встала, подпрыгнула и покатила дальше. Сначала охватила злость, но Арина большим усилием воли постаралась подавить её, чтобы не сдать полностью прокат. Каскад был сложный, единственный в мире, поэтому неудачное исполнение было в порядке вещей, как ни прискорбно об этом думать…

Естественно, в такой ситуации все советы и поучения Тарасовой полетели в тартарары. Хорошо, когда ты катаешь чисто, когда спорится прокат, когда ты подхватываешь вайб момента, и кажется, ноги сами несутся в пляс. Но когда ты задницей полируешь лёд, очень трудно заставить себя подавить негативные эмоции и начать улыбаться зрителям.

К сожалению, этот прокат произвольной программы никак нельзя было занести Арине в актив.

Второй каскад, двойной аксель — тройной тулуп, прыгнула чисто. После него шёл одиночный тройной сальхов с руками наверх и эффектное приземление в полубильман. Не получилось ни приземления, ни полубильмана. Несмотря на относительную лёгкость прыжка, почему-то недокрутила его и свалилась на лёд. Поднявшись, стремительно покатила дальше.

А дальше стоял двойной аксель, и его Люда прыгнула хорошо, что несколько добавило сил и уверенности, и в этом месте она наконец что-то изобразила руками и слегка улыбнулась в сторону одногруппников.

Разогнавшись перебежками от правого короткого борта к левому, Арина в середине арены сделала тройку, крюк, моухоком встала на ход назад на левой ноге, вытянула правую ногу, ударила зубцом по льду и прыгнула тройной лутц с руками наверх. Прыжок визуально получился чистым, но она почувствовала, что всё-таки был недокрут: на льду осталась отчётливо видимая запятая. Впрочем, одногруппники громко кричали и аплодировали после каждого её прыжка, даже неудачного.

Потом Арина покатила к центру арены, где прыгнула каскад тройной флип — двойной тулуп — двойной риттбергер. А вот этот каскад получился чисто! И, как ни странно, это придало Арине сил. Оставшиеся элементы она сделала безупречно.

Прыгнула чистейший тройной флип, опять с двумя руками наверх! Потом исполнила комбинированное вращение со сменой ноги, за ним дорожку шагов и прыжок во вращение. Непрыжковые элементы все получились хорошо, проблемы были лишь с прыжками, вдобавок Арина почувствовала, что, обозлившись, бросила программу, и на реальном прокате оценка за артистизм сильно ушла бы в минус. Надо с этим бороться! Бороться! Ведь не всегда же она будет побеждать, могут случаться ошибки, но ошибки у топового спортсмена никогда не должны перерастать в провалы. Конечно, есть разница, какое место занять: первое или четвёртое. Но даже четвёртое место всё-таки лучше, чем двадцатое…

Закончив кататься, Арина опять картинно поклонилась одногруппникам и покатила к тренеру, удручённо смотревшему на неё.

— Люся, ты не убилась? — в очередной раз спросила Анжелика.

— Всё хорошо, — улыбнулась Арина. — На меня льда хватит.

— Люда, я ценю твой юмор, — строго сказал Левковцев. — Но нам надо как-то повышать твою стабильность! В чём дело? Почему прыжки не идут? Сколько ты делала чистых прокатов, пока меня не было?

— Всё как обычно, 70 удачных на 30 неудачных, — пожала плечами Арина. — Просто… Просто сегодня не мой день. Дайте мне ещё шанс через полчаса.

Левковцев посмотрел на часы — время ещё было.

— Хорошо, откатаешь ещё раз, — согласился он, повернулся к одногруппникам и дунул в свисток. — Муравьёва! На старт произвольной программы!

Отдохнув и понаблюдав за прокатами одногруппниц, через полчаса Арина вышла и чистейше откатала произвольную программу. Наставление тренера подействовало… А может, просто взяла себя в руки…