Поздравляем! Вы получили новый уровень чёрного направления Сколопендры: 2!
Поздравляем! Вы получили новый уровень чёрного направления Сколопендры: 3!
Поздравляем! Вы получили новый уровень чёрного направления Сколопендры: 4!
Поздравляем! Вы получили новый уровень чёрного направления Сколопендры: 5!
Поздравляем! Вы получили новый уровень чёрного направления Сколопендры: 6!
...
Поздравляем! Вы получили новый уровень красного направления Гремучей змеи: 8!
Поздравляем! Вы получили новый уровень красного направления Гремучей змеи: 9!
Поздравляем! Вы получили новый уровень красного направления Гремучей змеи: 10!
Поздравляем! Вы получили новый ранг красного направления Гремучей змеи: 3. Для активации нанесите татуировку.
Полученные очки навыков вы можете потратить на любой из имеющихся у вас культов.
Очнулся я у самой Двери около бункера.
Шершавый язык Воя облизывает моё грязное окровавленное лицо. Стефан поддерживает раненого Гроха. Октопус, в свою очередь, спешно нажимает на округлые символы у панели Двери. Рядом со мной лежит то, что некогда было Яхонтом. Изорванные обгоревшие ошмётки и разбитая голова – всё, что осталось от игрока, подорвавшегося на растяжке с Огненными камнями.
Я с омерзением отползаю в сторону и продолжаю наблюдать за пока ещё не вполне ясными действиями октопуса.
– Есть! – слышу уставший, но довольный голос Гроха.
Несколько секунд ничего не происходит. Затем внутри бункера шумят механизмы – Дверь медленно закрывается, погребая Лоренса Дрейка и Самуэля в бункере древних... впрочем, не до конца. В самый последний момент что-то усиленно жужжит и с треском ломается – Дверь замирает, не доходя десяти сантиметров до непробиваемой каменной стены «дота».
Слишком мало, чтобы пролезть наружу.
– Хотя бы так, – усмехается Грох и смотрит на меня. – Ну что, герой? Расскажешь теперь, как ты заполучил Чумной генератор и татуировку Сколопендры?
– Чумной что?.. – недоуменно переспрашивает Мясницкий. После бойни в бункере он ещё не пришёл в себя и продолжает ошалело смотреть по сторонам, как будто каждую секунду ожидая нападения носорогов.
– Расскажем в дороге, Стефан... – устало проговорил октопус. – А теперь ходу, ходу!! Или хотите дождаться, когда носороги появятся на респауне?
***
Светало.
Измождённые, мы наконец доковыляли до города.
Лучи рассветного солнца освещали Шроснберг. Словно огромный чёрный спрут, он оплетал гигантское плато – настоящую неприступную крепость Первого мира. Когда-то здесь жил один из народов древних, сумевший создать Портал к верхним мирам и сравнять с землёй своего менее удачливого соседа. Все, кто не успел сбежать в иллюзию, погибли. Но и победители были обречены на уничтожение – Шроснберг опустел и был теперь населён варварами, живущими на останках древней цивилизации. В память о древних им достались здания, огромные стены и брошенные механизмы с неразорвавшимися бомбами на респауне; а ещё воронка, находящаяся в паре десятков километров к северу.
Нам нужно к Порталу. Но есть проблема: Первый мир и плато соединял лишь узкий перешеек – и перешеек этот охранялся носорогами. Лоренс Дрейк, умирающий сейчас в подземном бункере, наверняка дал надзирателям исчерпывающие характеристики еретиков. Как минимум, татуировки гремучих змей и своеобразный вид октопуса говорили сами за себя. А потому рвать напролом было весьма опрометчивым решением. Тем более что и не хватило бы у нас сил взять Шроснберг штурмом, ровно как и перебить охрану и под шумок пробраться во Второй мир.
К счастью, Грох знал запасной путь – старую канализацию, уже лет семьдесят как выведенную из строя. К ней-то мы и направились, даже не выходя за пределы древнего леса, чтобы случайно не наткнуться на противника.
Я уже вполне пришёл в себя и, поминутно ощупывая Чумной генератор, холодивший шею, шагал следом за Стефаном. Мясницкий взвалил на плечи огромный Электрический щелчок и помогал идти раненому октопусу. Конечности последнего активно регенерировали, у октопуса поднялась температура, зеленоватое обычно лицо Гроха пылало красным. Тем не менее октопус поминутно шептал:
– Всё нормально, ребята, – и с ужасающей скоростью уничтожал наши запасы вяленого мяса, восполняя калории, требующиеся для регенерации.
Вой не утруждал себя дорогой, предпочитая телепортироваться между деревьями или и вовсе ехать у меня на руках. После небольшого перекуса, устроенного рядом с воронкой, пёс почти восстановил силы, и только раненая лапка не позволяла ему в полной мере ощутить прелести мирной спокойной жизни.
На том же привале у воронки состоялся и допрос. Гроху не терпелось узнать подробности истории с культом Сколопендры, поэтому он всё-таки решил остановиться и передохнуть.
В своём рассказе о произошедших в иллюзии событиях я умолчал лишь об одном – прямо скажем, довольно сомнительном договоре между мной и Алым бароном и моём обязательстве освободить этого мифического полубога из Микросхемы... Ну не было у меня особого желания спорить с октопусом относительно природы этого демонического существа, моём (возможно) глупом решении заключить договор с настоящим дьяволом и перспективе быть убитыми при попытке взломать коллекцию жёлтого странника.
– Алый барон?.. – хмыкнул октопус, растягивая слова и внимательно осматривая встроенный в мою шею артефакт при помощи навыков жёлтого направления. – Занимательно, занимательно... Есть у меня кое-какие мысли на этот счёт, но нужно уточнить у знающего человека из Второго мира... Что говоришь? Наколенники?.. Да, верно, судя по всему, некогда они действительно были связан с этим самым Чёрным. Не удивлюсь, что и Алый резак тоже...
Пока октопус продолжал изучение артефакта, я по возможности уточнял неясные моменты в рассказе: «плоская» Сколопендра, живущая в двухмерном пространстве, рука из преисподней, процесс изъятия Чумного генератора, разговор о Зелёном, с которым Узник, оказывается, был знаком лично...
Грох оживился:
– Так, ну и что он там про Зелёного бога рассказал?.. Что?! ПРОХОДИМЕЦ И ЛЖЕЦ?! Да кто этот твой Чёрный вообще такой! – вспыливший было октопус зажмурился: обожжённая плазмой рука отозвалась резкой болью. – Ладно. В любом случае план-минимум мы выполнили: добрались до культа Сколопендры и лишили Дрейка одной из его жизней... Вернее, это сделал Корт... Но мы со Стефаном ему активно помогали! Ну а сейчас наша первостепенная задача – выжить и добраться до общины во Втором мире.
– Грох, дружище, а ты что ж это, решил с нами пойти? – Мясницкий широко улыбнулся, вытирая чуть окровавленный длинный меч лоскутом ткани и пережёвывая мясо. – А как же Первый мир, древние, культы, артефакты и прочее?
– Какой ты интересный, Стефан, а куда я, по-твоему, теперь денусь? – съязвил октопус. – После перерождения Дрейка мой тихий домик сравняют с землёй вместе со мной и всеми моими тайными запасами артефактов. Надо драпать! Пока ещё есть такая возможность, конечно...
Улыбка пропала с румяного лица Стефана. Увидев это, Грох вдруг улыбнулся и хлопнул Мясницкого по плечу:
– Да ладно тебе, Стефан. Мы же теперь боевые товарищи, да ещё и сектанты! К тому же, я планирую дождаться, когда Корт прокачается до пятого ранга и сможет нанести мне татуировку возрождённого культа.
***
Огромное грязное озеро, населённое, вероятно не самыми приятным тварями, встретило нас жужжанием мошкары и кваканьем жаб. Именно сюда сливали отходы некогда довольно развитого города.
За последние семьдесят лет, прошедших с момента поломки канализации Шроснберга, озеро несколько очистилось от нечистот, и здесь хотя бы можно было находиться без угрозы потерять сознание от вони. Радиационный фон упал, и самые чудовищные монстры скрылись в глубине локации, оставляя чужакам небольшую полоску суши у самого плато. По ней-то мы и добрались к трубе – огромному цилиндру, выбитому в каменной породе, чтобы очищать Шроснберг от промышленных и бытовых отходов.
До трубы было метров десять. Просто так не добраться, однако за последние пятнадцать лет Грох не единожды пользовался запасным входом в Шроснберг и сумел (уж не знаю, при помощи каких артефактов) прицепить верёвочную лестницу к вбитому в камень крюку – как раз над канализационной трубой.
Вой зацепился за мою шею, и я, проверив лестницу на прочность, осторожно полез наверх, стараясь не смотреть под ноги.
***
– Мда... с экологией древние явно не дружили, – проговорил я, осматривая светящийся лишайник, покрывающий полупрозрачные кристаллы, наросшие по краям трубы. Вой телепортировался наверх, звонко гавкнул и, принюхавшись, отскочил в сторону от этого подозрительного представителя флоры: прикасаться к лишайнику явно не следовало.
– О чём это ты, Славка? Какая ещё эко-ло-гия?.. – спросил Мясницкий, принимая протянутую мной руку и осторожно взбираясь следом.
– Ну, экология... наука о взаимодействии с природой или что-то вроде того, – проговорил я, вспоминая университетские пары, на которых я по большей части сидел в телефоне или играл в приставку под партой.
Впрочем, Стефану это мало о чём говорило. В его мире гораздо важнее было то, сколько у тебя магических татуировок и какое положение ты имеешь в Трёх Великих Храмах. Об экологии тут не задумывались со времён древних, да и они, судя по озеру отходов у самого города, куда больше были озабочены противостоянием с агрессивным соседом.
Мы со Стефаном начали поднимать раненого Гроха (октопус уже едва шёл, мучаясь от активной регенерации), а Вой побежал проверять локацию на предмет засевших в ней недругов.
***
С трудом, но мы всё-таки сумели поднять октопуса.
– Зелёный бог, Гремучая змея, Алый барон... – бормотал Грох, привалившись к трубе и баюкая оплавленную лапу. – Чёрт дери этих богов!.. И никто! Никто из них не догадался дать артефакт для снижения боли. Дай мне таблетки, Стефан!.. они там, в рюкзаке за экзоскелетом.
Мясницкий тут же полез доставать лекарства. А я не выдержал и всё-таки задал Гроху мучающий меня вопрос:
– Слушай, Грох, я вот всё никак понять не могу. Ты ведь не веришь в богов, верно?.. А Зелёный бог октопусов – это тогда кто, по-твоему, Дед мороз? Или в него верить не считается, и можно устраивать магические поклонения, чтобы получить частички тела, как, к примеру, ту же Чешуйку?.. Или думаешь, я не знаю, откуда ты взял этот артефакт? Так мне голос обо всём рассказал!
– Да иди ты знаешь куда, переродившийся Корт!.. – взмолился октопус, жадно глотая таблетки из коробки с подозрительной этикеткой и с наслаждением закуривая впервые за последние несколько часов. – Нет у меня сейчас желания говорить о религии. Особенно о Зелёном боге. И особенно с человеком.
Я только головой покачал. Спорить с Грохом – дело довольно бессмысленное. Но позиция сектанта была по меньшей мере странной. Отрицать магию, считать Гремучую змею метафорой, а Трёх Великих богов – маскотами генетических препаратов, но при этом всерьёз обижаться, когда Алый барон называет Зелёного обманщиком и проходимцем?.. Есть в этом какое-то несоответствие. Вот как в голове могут уживаться настолько противоположные идеи?..
– Нихрена не помогают эти таблетки! – глухо проговорил октопус, откидывая коробку. – Просрочены уже лет сорок как... Дай мне лучше мяса, Стефан... да, оно тоже в рюкзаке... Организму нужны калории для регенерации.
Пока Грох медленно, но всё же приходил в себя, я от нечего делать пошёл следом за Воем, то и дело поскальзываясь на наклонной плоскости трубы и рискуя упасть прямо в странный светящийся лишайник.
***
Примерно через пятьдесят шагов тоннель делал плавный поворот и уходил вправо.
Оттуда доносился резкий визгливый голос старика, поминутно перебиваемый помехами...
– Ну наконец-то!.. – старик явно злился. – Четверть часа прошло! Этот болван с обожжённый головой совершенно не разбирается в технологиях... провести соединение двух передатчиков через Портал с 3d-картинкой – дело двух, ну максимум пяти минут! Ему бы только баранку крутить, да перед мэром унижаться... Нашла коса на камень! У семи нянек дитя без глаза! А ты? Почему не отвечаешь на вызовы, Вой?! Где вы сейчас находитесь?
Вой неопределённо гавкнул.
Нашла коса на камень? У семи нянек дитя без глаза?.. Это он вообще к чему? Да и кто этот «он» такой? При помощи чего и как связался с Воем? О чём спрашивает пса?..
– Ладно. Пусти, как говорится, лису в курятник... – вновь не к месту пробурчал старик очередную пословицу. – Скажи лучше, почему Лоренс всё ещё не поймал Отмеченного? Как его там зовут?.. Слава Кортов? Я тебя для чего в Первый мир отправил? А, Вой?!
Я обмер, буквально сползая по стенке, обросшей светящимся лишайником.
– Почему ты отключил автоматическую передачу координат?! – всё больше и больше злился старик, начиная откровенно орать на пса, который лишь скулил, не смея перебить хозяина. – Что говоришь?! Случайно сломал?! Да ты хоть знаешь, насколько это дорогая аппаратура?! Восьмой уровень артефакта! А ну живо сообщил координаты Кортова и Лоренса!
Догадка пришла сама собой:
С Воем говорил Коллекционер...
Это что получается?.. Бигль нас предал?! Прямо сейчас он разговаривает с Коллекционером, которого так настойчиво рекомендовал опасаться Алый барон и который, по-видимому, объявил на меня настоящую охоту с привлечением инквизиции.
Мда... Недаром Визор октопуса засёк жучок огромной мощности в момент нашего с ним знакомства. Визор работал исправно, да и сейчас, заброшенный куда-то в хранилище, наверняка отлично работает. И ещё как! Он сумел пробиться через глушилку артефактов и засечь жучок. А мы, дураки, решили, что Визор неисправен.
Значит, жучок действительно был. Но не на мне... А на Вое. На верном следопыте, который уже вышел на след переродившегося еретика Славы Кортова, или, как меня почему-то назвал старик, Отмеченного.
Теперь становилось понятно, откуда носороги узнали о нашем местоположении. Ошейник Воя передавал данные связному – некоему «болвану с обожжённой головой» (уж не шофёру ли Дрейка?) – а он переправил их Коллекционеру. Тот, в свою очередь, сообщил координаты Лоренсу через штуку, которую надзиратели называли «видеофоном».
Но зачем Вой так настойчиво покусывал ошейник и, если верить словам Коллекционера, сломал автоматическую передачу данных?..
***
Из-за угла вновь раздался громкий лай бигля, а следом за ним разом изменившийся и даже как будто немного испуганный голос Коллекционера:
– Ладно-ладно... Ну сломал – и сломал, с кем не бывает?.. А теперь будь хорошим мальчиком, Вой, передай координаты... – уже более дружелюбно проговорил старик, заливаясь нервным искусственным смехом и взвизгивая. – Скажи! Не нервируй меня. Вой!!
Вой снова гавкнул, но на этот раз коротко и уверенно, после чего Коллекционер выдал целую тираду, переполненную матом, смехом и не к месту употреблёнными пословицами.
Я прошёл чуть вперёд и выглянул из-за угла.
Окружённый светящимся мхом, Вой зажал крепкими челюстями собственный ошейник, а дёргающаяся голограмма старика что-то отчаянно орала, потрясая руками.
– Сканер!
Ошейник Воя, артефакт 5 уровня
Производитель: [заблокировано]
Обычное использование: возможно
Приращение: возможно
...
Кроме него, высветились ещё два артефакта:
Сверхмощный передатчик локационных данных, артефакт 8 уровня
Модифицированный:подключается к переходной станции (в том числе межпортальной)
автоматическая передача данных: поломка
Производитель: [люди, Шестой мир, корпорация «Механик-групп»]
Обычное использование: возможно
Приращение: отказано
Причина: высокий уровень артефакта (ваш лимит: артефакты 5 уровня)
...
Глушилка счётчиков артефактов, 7 уровень
Состояние: отключена
Производитель: [змееголовые, мир неизвестен]
обычное использование: возможно
приращение: отказано
Причина: высокий уровень артефакта (ваш лимит: артефакты 5 уровня)
...
– ВОЙ!! – заорал вдруг Коллекционер. – НЕ СМЕЙ, ЧЁРТОВ ПЁС!!
В ответ раздался хруст металла – через мгновение Сверхмощный передатчик локационных данных вышел из строя, обрывая крик Коллекционера. Голограмма отключилась, погружая локацию в тишину.
Ошарашенный, я медленно вышел из-за поворота канализационной трубы.
Щелчок – и Вой телепортировался ко мне, наваливаясь всем весом и роняя на грязный бетон. В какой-то момент я с ужасом подумал, что вот сейчас зубы пса вцепятся в моё горло, отправляя на респаун... однако вместо укуса почувствовал шершавый язык, которым пёс радостно облизал лицо друга.
Из пасти выпала погнутая металлическая пластинка с полным именем Воя – Амадей Людвиг – и аудио-просьбой вернуть пса хозяйке – отличной, надо сказать, маскировкой для сверхмощного жучка, шпионящего за нами последние три недели.
Но сейчас это было уже неважно.
Генномодифицированный бигль выбрал своего настоящего хозяина.
***
Уже через час мы: я, Вой, активно отряхивающийся от светящегося лишайника, прилипшего к его шёрстке, отдохнувший Грох и широко улыбающийся Стефан Мясницкий – стояли перед синеватой поверхностью огромного (метров пятнадцать в ширину и три в высоту) Портала. Из него то и дело выныривали весёлые торговцы с корзинами фруктов, мешками муки, картофелем и тканью, грязные зеваки, подозрительного вида личности в капюшонах, оборванцы, важные купцы и даже октопусы, на которых здесь не обращали особого внимания... Портал соединял две части шумной ярмарки, первая из которых находилась здесь, в богом забытом Первом мире, а вторая – в не менее загадочном Втором.
– Ну и что стоим? – хмыкнул Грох, баюкая зарастающую плотью руку. – Вперёд!